Киштов - пограничный хутор

Тот же Елизар Ветров, как впрочем, и я сам, да и все остальные в группе прекрасно понимали, что оставлять безнаказанным такое нападение нельзя, так же должен думать и мой отец, ведь это в первую очередь его престиж, здесь на месте. Вот поэтому все и были настроены на погоню, правда, её исход был пока не ясен, но по всем раскладам, да и как сказали наши бывшие егеря, то верховых, иначе говоря, военных у гайдамаков должно быть не более сорока человек, а то и менее.

Как только ускакал наш посыльный,вперёд был послан Рик, по следам, тем более ему дали понюхать обрывки каких-то тканей, которыми, по всей видимости, именно здесь, перевязывали своих раненых гайдамаки, так он устойчивее встал на след.

Далее наша группа двигалась намного быстрее, чем раньше, причём за тем, что мы правильно идем, следили несколько человек одновременно, а уж те были достаточно опытными в таких делах.

Примерно через полчаса, мы вышли к тому месту, где проходила вторая дорога, так сказать второстепенная, если бы надо было просто обойти наш хутор.Наши, а точнее вторая группа поиска, там не проходили, это было видно по самой дороге, поэтому в сторону, где они шли, был направлен наш гонец.Те появились на той дороге, буквально через десять минут, там старший группы был десятник Ларион Сокол.

Тот внимательно выслушал то, что ему поведал наш старший – десятник Елизар Ветров, и полностью согласился с тем утверждением, что гайдамаки далеко уйти не смогли. Осталось только дождаться подкрепления из хутора, и можно идти по следу дальше. Кстати, именно в этом месте, когда обоз захваченный гайдамаками пересекал дорогу, те позаботились, не оставлять свои следы, при пересечении, зачистив их, следы, основательно.

Подкрепление, в составе двенадцати человек, прибыло через сорок минут, его возглавил, помощник отца вахмистр Антон Сорока. Требование отца было одно – догнать обоз и отбить его у гайдамаков, последних по возможности уничтожить.

Вот после прибытия подкрепления из хутора, и началась изнурительная скачка, по оставленным следам, и так продолжалось порядка шести с половиной часов.

- По любому мы двигаемся быстрее телег, раза в два, - рассуждал Семён, который и передвигался рядом со мной, что впрочем, не мешало ему рассуждать, - на сам обоз, напали где-то до обеда. А значит, за несколько часов они покажутся на горизонте, аккурат к вечерним сумеркам. Мы же издали увидим их костры, ну не могут они идти в тёмное время, обязательно остановятся на ночь табором, да и тягловым коням, надо передых, после такого перехода.

Оно-то понятно, что человек может выдержать такой темп перехода без проблем, к такому тут все привычные, но вот коням, надо давать отдых, иначе никак, разве что менять самих коней в упряжи. Ну не будут же гайдамаки ставить своих строевых коней как тягловых, никак не должны.

Оказалось, что гайдамаки, встали на ночлег, только как уже наступил вечер, и опустилась сама ночь, с её прохладой.

Нам было проще идти, ведь с самого начала, был набран размеренный темп, щадящий как раз для верховых, но в то же время и быстрый, насколько это возможно. Но вот к вечеру, бег наших коней весьма замедлился, приходилось очень внимательно присматриваться к тому, что творилось впереди. Гайдамаки, не такие дурные, чтобы устраиваться на ночевку вот так на открытом месте. Обязательно остановятся в какой-либо обширной, но мало заметной балке, где идля всех будет место, игде есть возможность выпаса коней, тут же рядом.

- Дальше мы не поедем, - вскорости остановил и такое наше движение Антон Сорока, - они где-то рядом.

Оно и понятно, что где-то рядом – это может быть расстояние и несколько вёрст, ну или шагов с пятьсот. И тут надо действовать весьма тихо и осмотрительно, что и было сделано. Далее вперёд пошли только опытные наши воины, которые как раз и привыкли так действовать: медленно, и не торопясь. Все остальные остались на мести, теперь оставалось только терпеливо ждать, ждать, когда придут разведчики. Те появились примерно минут через сорок.

Действительно гайдамаки, выбрав подходящую балку, расположились там, на ночлег, выставив естественно охрану, со всех четырёх сторон.

- Всего там порядка сорока человек, ну может чуть больше, - докладывал, один из разведчиков, - из них, раненых около десятка, в той или иной степени, по всей видимости, обозные задорого продали свои жизни, из их разговоров, мы поняли, что они только что, похоронили своих убитых, сколько было убитых, мы точно не знаем. Телег же всего двенадцать, все хорошо груженные, тяжёлые, судя по коням, в каждую, должно быть запряжено, пара коней.

- У них командир, опытный вояка, - добавил второй разведчик, - судя по всему из военных. Да там много бывших военных, это сразу видно. Они так всё там организовали, что подобраться к ним незамеченными не получится, да и за конями у них присмотр особый. Нападать ночью на них бесполезно, у нас не будет преимуществ, даже наоборот, в этом случае мы нападаем, а они обороняются, у нас будут большие потери, с неизвестным результатом.

Такое заявление заставило задуматься десятников и нашего старшего.

Пока они молчали, один из разведчиков, тот, который говорил последним, добавил, - я думаю, что у них и охрана самого обоза организована на высоком уровне. И они будут осматривать все балки, на всём пути, говорю же что у них старший весьма опытный зараза, а как тут атаковать их я не знаю, всё-таки эта степь, и тут всё видно, как на ладони.

Все думали, крепко думали, ни у кого не было желания подставлять без веской причины, своих подчинённых, но и вместе с тем, уходить просто так, не попробовав что-то сделать, тоже никто не желал. Но ни у кого дельных мыслей не было.

- Ну, так давайте сделаем так, чтобы они атаковали нас, - тут же предложил я идею, - ну а мы уж проредим их, вот тогда и посмотрим, что можно будет сделать дальше.

- Ну-ка, ну-ка, а с этого момента более подробно, - заинтересовано высказался наш старший вахмистр Антон Сорока, хоть он и не понял моего предложения, но тем не менее, он точно знал, что все ранее мои предложения имели успех, так почему бы не выслушать это моё предложение, так сказать в более расширенном варианте.

На меня как всегда заинтересованно посмотрели и все остальные десятники, а так же разведчики, которые докладывали ранее.

- Ищем подходящее место, на маршруте их движения, - стало пояснять свою мысль я, - чтобы оно было слегка возвышено, там устраиваем засаду, силами всего лишь меньше десятка человек. Всё это задумано, чтобы они просто так не проехали мимо этого места. Когда они поймут, что в засаде находятся не так много человек, то, конечно же, атакуют их. Вот в момент, когда они завязнут в этой атаке, по ним ударят откуда-то сбоку ещё одна засада, теперь уже именно по атакующим. Ну и можно с другой стороны, если будет возможность, атаковать сам обоз. Как-то так, в этом случае, мы как раз будем в выгодном положении - обороняющихся, а не наступающих.

- Ты хочешь сказать, - спросил у меня Елизар Ветров, - что нам надо сделать так, чтобы они напали уже на нас?

- Нет, - отрицательно покачал головой я, - я хочу, чтобы они поверили, что напавших на них совсем мало, и чтобы они не думая атаковали их. Для этого тех действительно должно быть не более пяти человек, причём стрелять должны только двое-трое, а остальные перезаряжать ружья, особенно дальнобойные, на них у меня как раз и ставка.

- Тут есть над чем, подумать, - согласился со мной Сорока, размышляя над тем, что я сказал, с уточнением.

Действительно, ведь что получалось, стреляют, к примеру, трое, размеренно, подпустив к себе как можно ближе, насколько получится, поначалу из дальнобойных ружей. По мере их стрельбы потери среди гайдамаков только увеличиваются, проехать, игнорировав такое, они не смогут, а значит, будут вынуждены напасть на стреляющих. На такое он бы сам отрядил не более двух десятков, ещё один десяток оставил около самого обоза, а на телегах обозниками, скорее всего, едут те же легкораненые. Если всё получится, то в этом случае, гайдамаки уже будут в меньшинстве, и скорее всего, встанут в оборону, образовав круг из телег вагенбург. И вот тут главное – есть ли у них дальнобойные ружья, если нет, то мы их одолеем, а если есть, то, как получится. Но уйти они уже с обозом, не смогут.