Страница 39 из 78
- Язнал, что ты выиграешь, - говоря это, бросился обнимать меня Семён, - утёрли нос крепостной пехоте.
Стоящий рядом со всеми Андрей Белый, тоже расслабился, и улыбнулся такой хорошей новости, ведь ранее он считал, эти просто громадные деньги, уже потерянными для меня.
Тут же стали выпытывать подробности, рассказал, как мог, понимая, что уже сегодня вырваться посмотреть на саму ярмарку мне уже не удастся.
Вырвался походить по самой ярмарке я только через ещё один день – отпустил меня Василий Гай, ранее не смог, ведь именно на следующий день мы покупали порох, к этому моменту и привлёк меня Василий. Тут надо сказать следующее, что порох в Российской империи был государственной монополией. Его производили только на казённых заводах (к примеру, на Шосткинском, который в это время активно работал) и как и свинец, являлся «стратегическим товаром» для империи. В сами войска, как порох, так и свинец выдавали по существующим нормам. Как в самой крепости, или же в казённых лавках, сам порох продавали только «по билетам» или же спискам для поселенцев и казаков, которым он был необходим для обороны границ, цена его составляла 2 – 4 рубля за пуд.
Но ярмарка есть ярмаркой, если есть спрос, значит есть и предложение, вот и на ней «из-под полы» и продавали как порох, так и свинец, правда уже не на пуды, а на кожаные мешочки или же рожки. Почему такой разброс по цене? И тут всё просто, так как качество самодельного или же подмоченного пороха было низким, ну а на хороший порох и цена была соответствующей (его проверяли следующим образом – поджигали щепотку: хороший порох вспыхивал мгновенно, не оставляя на ладони нагара).
Вот и покупали мы порох в течении дня разными путями сколько смогли, ну а заодно и свинец. А так же хороший «кремень» (кусок специально обработанного кремня), который сам по себе, был так же товаром. «Кремень» покупали, сколько было его в наличии, так как он крошился после 20 – 30 выстрелов.
Здесь же конечно стоит упомянуть и тот факт, продажа оружия татарам или подозрительным личностям на самой Георгиевской ярмарке строго каралась. За этим внимательно следили комендант крепости и патрули, чтобы как говорится «огненный бой» не уходил в степь бесконтрольно. Однако сама пограничная жизнь диктовала свои правила – у каждого мужчины за поясом или у седла должен был быть «аргумент», и вот сама ярмарка была главным местом, где этот самый аргумент можно было раздобыть. Кстати, на хуторе никогда собранный трофейный порох не продавали, его был постоянный дефицит, и он строго учитывался.
Со мной напросился пройтись по ярмарке и мой друг Семён, вот с ним мы и гуляли между рядами, рассматривая разложенный товар, естественно в первую очередь меня интересовало оружие, само собой огнестрельное.
Оно на ярмарке было, продавалось, и как бы делилось, на три группы это в первую очередь татарское и османское оружие, далее на втором месте шли охотничьи, так называемые «птичьи» ружья, а на последнем, третьем местебыло казённое (армейское) оружие.
Первую группу привозили купцы из Крыма, или же оно попадало в Российскую империю в качестве трофеев. К примеру, продавались ружья, как и у меня - «янычарки», длинноствольные ружья с узкими прикладами, украшенные костью или насечкой, их особенно ценили за качество стали, которое шло на изготовление их стволов. Цена такой покупки 10 - 15 рублей, ну или же пара тех самых «бахматов».
Вторая группа это были лёгкие ружья для мелкой дичи, как правило, привезённые из Европы, ну или же из Тулы, это было самое дорогое оружие и стоило от 20 рублей и выше, в зависимости от изысканности.
Те же пистолеты почти всегда продавались парами в ольстрах (кобурах), которые крепились к седлу. Обычные, армейские стоили от 5 до 8 рублей за пару.
Ну и к последней третьей категории относились русские пехотные фузеи и драгунские мушкеты. Но тут нужно сказать следующее, что официально их не продавали (но дезертиры или нуждающиеся в деньгах служилые люди могли тайно сбыть своё оружие). Фузея, к примеру, стоила 3 - 6 рублей, в зависимости от состояния.
Естественно меня только заинтересовала вторая группа, но уж очень кусалась цена на ружья, так что рука не подымалась купить хоть одно.
Да и вообще, на мой взгляд, чисто для меня тут, ничего не было, хотя товаром была завалена вся ярмарка. Тут можно было найти всё, начиная от железа, хоть оно железо, здесь ценилось невероятно высоко. К примеру, продавались косы, серпы, сошники для плугов, массивные медные и чугунные котлы и сковородки для приготовления пищи на артель или большую семью. Медная посуда ценилась невероятно высоко и служила признаком достатка. Продавались топоры как тульской работы, так и «черкасской», пилы для различных нужд
На отдельных рядах продавалось сукно: английское, немецкое («фалендыш») или польское, причём разных цветов, но преобладали красный и синий, как наиболее востребованные.
Выделанные татарские или османские кожи или сафьян, из которых шили сапоги или пояса, имелись в наличии телегами.
Продавали восточные ткани, попавшие сюда через Крым или Константинополь, те покупали для женских нарядов зажиточные поселенцы, имелся и шёлк, а вот ту же шерсть продавали тюками, правда, не такими большими.
Имелся в наличии тот же листовой табак как османский, так и черкасский, его можно было купить как на развес, так и тюками.
Перец, гвоздика, имбирь – необходимые для консервации мяса и рыбы, всё было в продаже. Имелся в продаже и чай, а так же кофе. Вот как раз кофе,только-только стало входить здесь в моду, пока, правда, у офицеров крепости.
Ну и конечно же, в большом ассортименте было вино и водка в бочках, вино как правило привозное из Крыма, а вот водка была и местного и привозного производства. Кстати один из ходовых товаров ярмарки.
Золотари (ювелиры) располагались на ярмарке отдельно, выставив для себя большие и небольшие шатры. Основной спрос на украшения был у женщин, те в первую очередь присматривались к дукачам (крупным медальонам, часто переделанными из монет), в спросе были «доброе намисто» (бусы из натурального коралла). Кораллы везли из Средиземноморья через Речь Посполитую, и стоимость нитки хороших кораллов могла равняться пары волов.
Очень много закупалось особенно приезжими из приграничья - дегтя и смолы, ими смазывали оси телег, кожаную обувь, сбрую, чтобы не дубели на морозе и не гнили от сырости реки Бог.
Вот такие люди как Андрей Белый, приехавшие из приграничья сюда с товаром, могли подобрать здесь себе всё, для всего хуторского хозяйства. Я уже видел, что две телеги были полостью загружены купленным товаром, для нашего хутора.
Прошёлся я и посмотрел на «живой товар». Да, вы не ослышались, именно живой товар. Крепостное право, в это время было, как говорится, в самом разгаре. Здесь, на ярмарке, так же продавались и покупались целые семьи, как обычный товар, правда тут надо сказать, что это был, как говорится, не основной «товар», объявление «продаётся семья дворовых людей», в это время было обыденностью.
А вот, к примеру, если офицер получал здесь в Прибужье, землю за службу, как и мой отец, то он имел право перевозить туда своих крепостных.
Сюда же татары часто привозили пленных, зная, что за них здесь дадут «окуп» (выкуп). Выкупленные семьи часто оставались жить здесь же, в Прибужье, так как возвращаться им было некуда, а здесь кроме того они становились свободными поселенцами. В Российской империи, существовали специальные государственные и церковные фоны, а так же были частные лица, которые приезжали на такие, как Георгиевская ярмарка специально, чтобы выкупить, к примеру, соплеменников из плена.