Страница 9 из 68
Достаточно одного последнего движения языка, медленного, до самого верха, чтобы оргазм наступил. Он вынимает пальцы и трахает меня языком, позволяя мне кончить ему в рот так, будто ему это нужно так же сильно, как и мне.
Себастьян плывет со мной на последних волнах оргазма, прежде чем мое тело наконец расслабляется, а слух сводится к белому шуму, звенящему в ушах. Только тогда он целует меня, оставляя след на моем теле, и ложится рядом.
Но, несмотря на то что он раздет, и я чувствую, как его длинный, твердый член прижимается ко мне, он не делает ни единого движения. Он обнимает меня, дыша так же тяжело, как и я. Прижимая мою спину к своей груди, мы лежим в его постели.
Нос наполняются нотками зимней зелени, кожи и травки.
Себастьян держит меня так, словно я сломалась, и он не знает, как собрать это обратно. Он держит меня так, словно не хочет отпускать. И даже если мне не следует так думать, я тоже не хочу, чтобы он меня отпускал.
Глава 5
Кэсси
Неделю спустя
Я все еще сплю или мне это кажется?
Пока я смотрю на экран телефона, между висками начинает пульсировать ритм моего сердцебиения. Я снова просматриваю видеоролик, словно надеясь, что, если я посмотрю его достаточно много раз, он перестанет существовать.
Не повезло.
Я бросаю телефон на кровать и запускаю пальцы в волосы. Нет никаких сомнений, это я. Эти дурацкие розовые кончики в моих волосах, которые я так люблю, выдают меня. Один намек на то, кто я, мгновенно распространился в прессе, и мое имя и адрес были раскрыты за считанные часы.
Мои социальные сети уже взорвались от комментариев. Будучи мазохисткой, я совершила ошибку, посмотрев комментарии, прежде чем до конца поняла, что происходит.
Шлюха.
Шлюха.
Шлюха.
Среди них попадались и несколько ободряющих комментариев, но это почему-то только ухудшало мое самочувствие.
Сколько времени пройдет, прежде чем мои родители это увидят?
Коллеги?
Достаточно одного человека, шепнувшего что-то на ухо другому, и неважно, насколько человек отдален от рок-культуры, информация рано или поздно до него доберется. Распространится, как извращенная игра в испорченный телефон.
Это последнее, что нужно мне и моей семье. Особенно после того, что случилось чуть больше года назад. Я должна быть опорой семьи, надежной, хорошей. Дочерью, на которую мои родители могут рассчитывать.
Меньше всего им нужен дополнительный стресс или душевная боль после всего, что случилось с моим братом. А мне еще и пришлось втянуть себя в самые ужасные и публичные неприятности.
Зачем?
Ради оргазмов.
Звонит телефон, и я вздрагиваю, боясь увидеть экран. Но когда я все-таки смотрю на него, то вижу, что это Мэри.
— Знаю.
Я пропускаю приветствие и вопрос «Как дела?», потому что все пошло наперекосяк, и я слишком занята тем, чтобы вытирать с лица пыль, чтобы говорить любезности.
— Я на улице и собираюсь войти, — ее голос звучит так же запыхавшись, как и мой. — У меня все еще есть запасной ключ, который ты мне дала давным-давно. Но я сначала решила позвонить, потому что не хотела просто войти и напугать тебя.
Она кладет трубку, и я понимаю, что Мэри приехала сюда очень быстро, ведь она была на Восточном побережье только вчера. После того, как «Enemy Muse» уехали из города на прошлой неделе, они отправились в тур по всей стране. И все же ей каким-то образом удалось добраться сюда менее чем через двенадцать часов после того, как видео стало вирусным.
Мне не стоит удивляться; Мэри работает на группу, и я нисколько не сомневаюсь, что они бы первыми узнали об этом. Вероятно, у них в команде есть люди, специально назначенные для постоянного отслеживания прессы на предмет всего, что может вызвать волну возмущения. И Мэри — доказательство того, что они ее нашли.
Скорее всего, это будет цунами. Вероятно, ее отправили на устранение последствий аварии.
Не то чтобы я сливала информацию.
Не то чтобы я хотела об этом говорить.
Если бы я могла залезть под камень и спрятаться, я бы прямо сейчас выбрала самый большой. Гору, если быть точной. Я бы подняла ее и зарылась в нее. Теперь, когда я об этом думаю, автономное поселение без интернета звучит не так уж и плохо.
— Кэсси, — Мэри входит в мою спальню с натянутой улыбкой, и я понимаю, как сильно по ней скучала, хотя прошло всего шесть дней. Она крепко обнимает меня, а когда отстраняется, кладет обе руки мне на плечи.
Она выглядит как всегда. Все темное, даже глаза. Но фиолетовый цвет в волосах сменился на пурпурный, и она щеголяет новым пирсингом в стиле Мэрилин Монро. Скорость, с которой все меняется, когда живешь рок-н-ролльным образом жизни, никогда не перестает меня удивлять.
— Почему ты мне не сказала? — спрашивает Мэри, провожая меня к кровати, где мы обе садимся.
Она не собирается никого казнить, но я не виню ее за этот вопрос. В конце концов, кто заигрывает с одной из крупнейших мировых рок-звезд и не рассказывает об этом своей лучшей подруге?
Это я.
Я спрятала ту ночь, которую провела с Себастьяном, в своих воспоминаниях, заперев их на замок на верную память.
— Я не знаю. — Это чистая правда. — Я не совсем понимала, как это пережить. Я так не поступаю. Моя семья меня убьет.
— Они этого не сделают. А если попытаются, я стану твоим живым щитом. Не волнуйся, — Мэри снова выдавливает из себя улыбку, и мне бы хотелось, чтобы в ее выражении лица было настоящее утешение, потому что тогда это означало бы, что я, возможно, смогу это пережить. — Это случилось в ночь акустического концерта?»
Я киваю.
Ее брови хмурятся.
— Но ты же ушла?
— Почти, — говорю я, вспоминая, как Себастьян прислонился к моей машине под бледным светом уличного фонаря. — Я столкнулась с ним на парковке. Он курил, мы разговорились, и одно привело к другому, — я машу рукой по кругу и позволяю ей закончить фразу.
Звонит телефон, и я снова вздрагиваю.
Мама.
— Черт.
Я закрываю лицо руками и игнорирую звонок.
Мэри нажимает кнопку отключения звука и бросает телефон на стол.
— Тебе нужно на время отвлечься от всего мира.
Я киваю, сдерживая слезы, и снова смотрю на нее.
— Это должно было быть весело, ты сама это сказала, — я машу рукой в воздухе. — Какая девушка не захочет подурачиться со своей любимой знаменитостью?
— И это было так? — усмехнулся Мэри. — Весело?
— Ты видела видео? — я удивленно поднимаю бровь.
— Фу, нет, — Мэри качает головой. — Как бы мне ни было любопытно узнать больше о Себастьяне, ты моя лучшая подруга. Мне не нужно, чтобы этот образ запечатлелся у меня в памяти.
Сегодня утром, проснувшись и взглянув на свой телефон, я впервые засмеялась.
— Поняла, — говорю я. — И да, он же рок-звезда. У парня явно есть опыт. Но какого черта? Он это снял на видео?
Мэри качает головой.
— Нет, он этого не делал.
— Ну, кто-то это сделал. И мы были в его гостиничном номере. Так что ты можешь понять, почему мне трудно в это поверить.
Она сжимает губы и кивает головой.
— Они пытаются это выяснить.
— Они?
— Себастьян, Эдриан, группа. Честно говоря, я не уверена, что произошло, но ему это тоже не понравилось.
Я закатываю глаза. Он не в восторге? Он же рок-звезда. Люди ожидают от него подобного. Более того, это, вероятно, сделает его еще более привлекательным для фанатов. Как будто это вообще возможно.