Страница 74 из 88
— Думаю, в Беверли-Хиллз больше нечего покупать, — говорю я, когда мы входим в наш номер, и бросаю сумочку на столик у входа. Это наш последний вечер здесь, и я хотела вернуться вовремя, чтобы увидеть закат.
Наблюдать за тем, как солнце опускается в воду, а небо меняет цвет с голубого на оранжевый и фиолетовый — самое волшебное зрелище, которое я когда-либо видела. Я знаю, что мы еще вернемся сюда. Как гости, потому что владеть этим курортом мне вовсе не обязательно. Но я не знаю, когда это будет снова, и хочу насладиться моментом.
— Но ты купила всё, что хотела? — спрашивает Джулиан, следуя за мной в номер. Все мои сегодняшние покупки полетят с нами завтра. Их доставили прямо в самолёт, а не сюда, в отель.
— Я купила то, о чём даже не подозревала, что хочу, — отвечаю с улыбкой и позволяю ему притянуть меня к себе, сама подставляя губы для поцелуя.
Эта поездка — именно то, что нам было нужно. Я никогда не чувствовала себя ближе к Джулиану, чем сейчас, и это абсолютное блаженство.
Я также немного волнуюсь, что всё может рухнуть, но я решила довериться ему.
Довериться нам.
— Пойдём, — говорит он, берет меня за руку и ведёт на балкон.
Я вскидываю ладонь к губам, потрясенно застывая на месте.
Посреди террасы накрыт стол. Белые тарелки прикрыты серебряными крышками. Повсюду мерцают свечи, а все поверхности утопают в красных, розовых и белых цветах. Запах просто потрясающий.
Даже музыка играет из скрытых динамиков.
— Кто бы мог подумать, что ты такой романтичный?
— Буквально никто, — смеётся он и обнимает меня, прижимая спиной к себе. — Ты сказала, что хочешь поужинать здесь сегодня вечером, так что... ужин подан.
Он отодвигает для меня стул, и, когда с тарелки снимают серебряную крышку, у меня буквально текут слюнки при виде стейка, картофеля и запеченных овощей. Я умираю с голоду.
Покупка всего Родео-драйв может так повлиять на девушку.
— Ты меня сегодня избаловал.
Джулиан поднимает бровь.
— Я просто сводил тебя за покупками.
— Ага, и купил всё, на что я смотрела. Тебе не обязательно так делать.
— Мне вообще ничего не обязательно делать, ангел. Это было весело. Я никогда раньше не ходил с тобой по магазинам.
— И впрямь весело, — соглашаюсь я. — Спасибо, что пошёл со мной. Без тебя было бы скучно.
— С тобой была бы охрана, — напоминает он, а я только склоняю голову набок и смотрю на него с выражением «серьезно?».
Он усмехается.
— Кстати, как ты с ними ладишь?
Я отказалась от услуг Бенджи и Гэри в качестве личных телохранителей после того, как они бросили меня у дома отца. Джулиан не стал спорить и приставил ко мне Дэнни и Джереми. Оба сильные, крупные и никогда не улыбаются.
— На самом деле они мне нравятся, — честно отвечаю, доедая стейк. — Они уважительные и немногословные, но это нормально. Оба огромные и страшные на вид, и я чувствую себя в безопасности, когда не могу быть с тобой.
Джулиан кивает.
— Хорошо. Так и должно быть. Это двое из лучших моих людей. Оба обучены рукопашному бою, отлично стреляют и к очень умны.
— Если это двое твоих лучших людей, может, им стоит заниматься чем-то другии? — говорю я, отодвигая пустую тарелку. — Более важной работой.
Джулиан пристально смотрит на меня, нахмурив брови, а затем встаёт и протягивает мне руку.
— Пойдем устроимся поудобнее.
Мы садимся на диван напротив океана. Небо сейчас ярко-оранжевое, и этот цвет отражается в воде.
Я люблю это место.
— Ангел, я не хочу, чтобы Дэнни и Джереми охраняли кого-то, кроме тебя. Потому что ты — самое важное, что я вообще могу им доверить. Они понимают: если облажаются и с тобой что-нибудь случится, я отрублю им головы.
При этих словах у меня отвисает челюсть, и я хмуро смотрю на него.
— Джулиан...
— Не спорь со мной, Наташа. Так и будет. Они защищают тебя, рискуя жизнью, если потребуется, или умрут от моей руки. И, кстати, напомню: хоть это и самая важная работа, она им нравится, потому что ты не устраиваешь проблем, не пытаешься от них сбежать и добра к ним.
— У меня всю жизнь были телохранители, — я пожимаю плечами. — Я привыкла. Нет причин быть грубой с парнями, которые просто выполняют свою работу.
Он зачёсывает мои волосы за ухо, а затем лезет в карман и достаёт... моё кольцо.
Только это уже не совсем оно. Оправа похожа, и, кажется, центральный бриллиант тот же самый, но по бокам появились другие камни, да и само кольцо выглядит немного иначе.
Я хмуро смотрю на мужа, пока он поворачивает кольцо, чтобы я могла его рассмотреть.
— Я его немного переделал, — буднично говорит он. — Это все тот же твой камень, бриллиант в восемь карат. Но я добавил по бокам розовые бриллианты и поменял оправу.
— Зачем менять оправу? — спрашиваю я, пока он надевает кольцо мне на палец, а я кручу рукой, любуясь тем, как оно сверкает на свету.
— Потому что его трогала та сука из ломбарда. Я хотел, чтобы у тебя было что-то новое.
Честно говоря, мне тоже неприятно, что она его трогала.
— Оно прекрасно, — бормочу я, любуясь кольцом, а потом приподнимаюсь и целую его. — Спасибо.
Он тянется за новым поцелуем, но я поднимаю палец и быстро убегаю внутрь, к своей огромной сумке, откуда достаю коробку, которую ношу с собой с тех пор, как Джулиан вышел из магазина, чтобы ответить на звонок.
— У меня тоже кое-что для тебя есть.
Я протягиваю ему коробку с бантом, и он на мгновение замирает.
— Это подарок, — говорю с нервной улыбкой.
Он смотрит на меня.
— Тебе не нужно было...
— Мне вообще ничего не нужно делать, — отвечаю я, повторяя его слова, и его глаза сужаются. — Просто открой. Если тебе не понравится...
— Понравится, — перебивает он, развязывая бант и открывая коробку, а уголки его губ медленно ползут вверх в улыбке.
— Я знаю, что ты нечасто носишь запонки, но не смогла устоять. — Это жёлтые бриллианты в обрамлении жёлтого золота. — Когда я их увидела, сразу поняла, что они должны быть у тебя.
— Спасибо, — он приподнимает мой подбородок и нежно целует. — Они идеальны.
Я снова смотрю на своё кольцо.
— Почему ты выбрал розовые бриллианты?
— На то есть несколько причин, — говорит он, берёт мою руку и целует тыльную сторону ладони. — Во-первых, ты потрясающе выглядишь в розовом. Это бриллианты Аргайл. Шахта в Западной Австралии закрылась в 2020 году, и, если не считать красных и голубых бриллиантов, они являются самыми редкими в мире. Твой центральный камень — так называемый фантазийный белый. Он совершенно бесцветный и довольно редкий.
— Это кольцо, наверное, стоит как маленькая страна.
Он ухмыляется и снова целует мою ладонь.
— Возможно.
— Откуда ты так много знаешь о ювелирных изделиях? — спрашиваю его.
— Это то, чем я занимаюсь, Наташа. Я импортирую драгоценные камни. Работаю с крайне редкими экземплярами.
Я чувствую, как щеки начинают гореть.
— Ну вот, теперь я чувствую себя глупо.
Мой муж хмурится и гладит меня по щеке.
— Почему?
— Потому что я подарила тебе запонки просто потому, что они красивые. Я вообще ничего не понимаю ни в чистоте камней, ни в цвете, ни…
— Ты отлично справилась, — перебивает он. — Это канареечные бриллианты. И если судить без весов, я бы сказал, что в каждом примерно по два карата.
Я удивлённо моргаю.
— Ровно по два карата.
Он кивает и достаёт из кармана ювелирную лупу.