Страница 73 из 76
— Это будет тайное венчание с Ириной? — хмыкнула Серафима. — Каким образом он пытается это провернуть?
Если это так, то дурак будет крайне разочарован. Она уже замужем.
Серафима достала лист бумаги, перо и чернила и принялась подробно описывать то, что ей удалось узнать, добавляя свои идеи и пожелания.
Авось Ирочка и Алёша смогут какие-нибудь из них воплотить…
* * *
Карета мчалась по просёлочной дороге, подскакивая на кочках. Ветер стучал в окна, хлестал по стеклам пылью. Анастасия раздражённо откинулась на бархатную спинку, прикрыв глаза. После недавнего разговора с Виталием всё внутри кипело — слишком медленно он действовал и дико ее раздражал, а в это время эта жирная корова Ирина наслаждалась жизнью в поместье Алексея!!!
Вдруг лошади резко взбесились, рванули в сторону, и карета накренилась. Сквозь крики кучера донёсся лязг железа и гортанные голоса. Анастасия не успела вскрикнуть — острый, удушающий запах разлился по карете, и вскоре мгла накрыла её.
Очнулась в сырой темноте. Пахло плесенью, жиром и чем-то гнилым. Грубые доски потолка нависали низко, а в единственном окне, закрытом ставнями, проглядывали щели света. Комната была незнакомой — старая, грязная, но теплая. В углу стоял стол, на нём дымился суп и лежал хлеб.
Дверь заскрипела, и в проёме появилась корявая старуха — седая, сутулая, с лицом, изрытым глубокими морщинами. Она молча посмотрела на Анастасию, будто оценивая.
— Немедленно отпустите меня! — закричала та, пытаясь вскочить с топчана, но тут же обнаружив, что связана. — Вы не представляете, с кем связались! Вас всех повесят! Я требую…
Старуха не ответила. Ни слова. Ни появилось дрожи в руке, ни колебания в лице — будто и не слышала вовсе. Посмотрела ещё секунду и медленно вышла, плотно закрыв за собой дверь.
Анастасия замерла.
Отчаянием сдавило грудь.
Её похитили. Зачем? Кто вообще осмелился?!
«Меня?! Меня?! Этого не может быть!!!» — в панике метались мысли.
И всё же — даже когда ужас скрутил тело и задрожали губы, Анастасия не раскаялась. Не вспомнила, как недавно советовала Виталию украсть Ирину и совершить обряд, не вынимая даже кляпа изо рта. Не ужаснулась собственной жестокости.
Нет.
Потому что бессовестные люди не раскаиваются. Даже если их постигнет та же участь, на которую они сами обрекали других…
* * *
Храм Оракула утопал в сумерках. Стены из чёрного камня казались впитавшими в себя века молитв, отчаяния, крови и сделок, заключённых тайно, на грани дозволенного. В воздухе пахло воском, сандалом и пылью. Высокие купола терялись в темноте, и только одинокие свечи колыхались под гулкими сводами, будто предвещая нечто зловещее.
Виталий стоял перед алтарём — не дрожа, но охваченный возбуждением. В разуме его витала не радость от обладания женщиной — вовсе нет. Он был преисполнен одним только восторгом от мысли: как же зол будет Алексей, когда узнает, что его обставили. Хитро, быстро, красиво и… безукоризненно!
Неподалёку, сразу за алтарной обелисковой колонной, замер молодой священник в тёмной хламиде. Он один из немногих, кто согласился провести венчание — за весьма приличное вознаграждение. А в благодарность обещал не задавать лишних вопросов
Только вот посланные за невестой люди запаздывали. Это начало раздражать.
Наконец послышался шум. В храм ввели фигуру, закутанную с ног до головы в тяжёлый плащ. Лицо и волосы были скрыты капюшоном, ноги едва передвигались. Она шла, спотыкаясь и пытаясь сопротивляться. Как только она увидела Виталия, то начала мычать и дёргаться, а он досадливо поморщился.
— Проведём всё как можно скорее, — приглушённо бросил он священнику.
Тот молча кивнул.
Церемония началась.
Голос священника эхом разносился под сводами: торжественно, гулко, неумолимо. Он читал древние клятвы, скрепляя союз духа и тела, воли и долга. Двое из людей Виталия поддерживали невесту под руки, не давая ей вырваться. Она пыталась, но безуспешно.
Виталий успел отметить: она похудела. Стала стройнее. Впрочем, это только лучше.
Наконец священник поднял руки и добавил последние слова:
— Этот брак скреплён. Без возможности развестись.
— Что?! — вслух изумился Виталий. — Я такого не заказывал!
Священник поднял на него строгий взгляд.
— Если вы не в курсе, — процедил он, — с похищенными девицами можно венчаться только по такому правилу. Мол, если уж принудил, то быть тебе с нею до конца дней. Таков закон, господин…
Виталий сжал губы и раздражённо выдохнул. Такая новость ему совсем не нравилось. Но выбора не было. Пришлось кивнуть.
Когда церемония была завершена, он шагнул к своей новоиспечённой жене, наклонился и прошептал почти нежно:
— Ирочка… солнце моё ненаглядное, прости! У меня не было другого выбора, понимаешь?
Она замычала что-то в ответ.
И тогда он, наполнившись внезапным порывом, решил наконец открыть её лицо. Откинул капюшон — и… замер.
Перед ним стояла Анастасия. Лицо её было перекошено от ярости, глаза метали молнии. Она пыталась выплюнуть кляп и отчаянно мотала головой.
Дышала тяжело, часто и была в бешенстве.
— Какого хрена?! — прошептал Виталий, не в силах поверить в увиденное.
— Ещё одно ругательство — и я отлучу вас от храма Оракула, уважаемый! — рявкнул священник, стоявший неподалёку.
Виталий заткнулся. Но некоторое время и дышать не мог. В голове вертелось одно-единственное: без возможности развестись… без возможности развестись…
На него наполз дикий ужас, отчего начала подергиваться мышца на лице…
Как такое вообще могло случиться?
Позади послышался шум. Кто-то зашёл в храм. Виталий поначалу не обратил внимания — был слишком потрясён. Но затем раздался голос:
— Господин Конкин?
Он обернулся — и увидел Прохора, личного слугу князя Яромира. Тот стоял с насмешливой полуулыбкой, с видом зрителя, получившего билет в театр.
— О, какая встреча! У вас, вижу, брачная церемония?.. Боже, никогда бы не подумал, что вы придерживаетесь таких… архаичных традиций, как похищение невесты. Ай-ай-ай. Даже не развязали её?
Он наклонился чуть ближе, разглядывая лицо Анастасии.
— Даже не знаю, поздравлять вас или нет. Но будьте уверены: князь будет осведомлён о вашем браке уже сегодня. Без всяких задержек.
Виталий скрипнул зубами и с диким отчаянием выдохнул сквозь стиснутые зубы:
— Боже… за что?!
* * *
Малый тронный зал был полон. Сегодня здесь собралось приличное количество знати.
В центре зала, прямо перед возвышением, стояли Виталий и Анастасия. Бледные, как мраморные статуи, они выглядели жертвами какой-то болезни. Аристократ нервно теребил перчатки, девица едва держалась на ногах, сжимая в дрожащих пальцах букет из красных роз с длинными острыми шипами.
На троне, лениво откинувшись на спинку, восседал князь Яромир. Он был в особенно игривом настроении. Подняв кубок вверх, он с удовольствием обвел взглядом присутствующих.
— Друзья мои! — воскликнул он, хищно улыбаясь. — Поднимем бокалы… за этот восхитительный союз!