Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 443 из 888

— Я поражен, что вы это знаете, — сказал он Эньен с неподдельным восхищением.

— Я бы, естественно, проверила любого, кто так часто здесь появляется. Даже если кажется, что есть определенное молчаливое одобрение его действий.

«Проклятый урод!»

Маомао беззвучно прокляла стратега. Он всегда был только помехой. Она слышала, что с тех пор, как он умудрился отравиться едой, подчинённые внимательно следят за ним во время каждого приема пищи.

— А этот человек — сын великого коменданта, — сказала Эньен.

— Значит, он твой старший брат? — спросила Яо, бросив на Маомао любопытный взгляд.

— Верно, — сказал Лахан.

— Это совершенно неверно, — сказала Маомао.

— Что именно?! — сказала Яо.

Маомао очень хотела, чтобы Яо, по крайней мере, не попала в сети Лахана. Но та продолжала:

— Значит, у тебя всё это время был кто-то внутри.

Она была в недоумении, но не в том, которого опасался Маомао. Да и кто мог её винить, когда она узнала, что главарем был знакомый Маомао?

Тут вмешался Лахан.

— Это не так. Нам не нужны люди, которые не могут решить такую простую загадку, как эта, даже если я их родственник. В конце концов, если мы пошлём в эту ситуацию кого-то без мозгов, это только сделает ситуацию более опасной для всех.

Он прищурил свои и без того похожие на лисьи глаза за большими круглыми очками.

Маомао понимала, что он не просто заступается за неё - он действительно так думал. Это был человек, который предал собственную семью и выгнал её из дома. Это был Лахан.

Губы Эньен скривились; Маомао подумала, что это улыбка, но если так, то явно саркастическая. Возможно, до неё дошли слухи о Лахане, о том, что он за человек. Она, конечно, казалась более мудрой в вопросах мира, чем Яо, которая всё ещё смущенно качала головой.

«Может быть, так и должно быть, чтобы она могла помочь своей более защищенной хозяйке…»

Тогда она подходила для этой работы.

— Но зачем стоять и разговаривать, если мы можем делать это во время еды? Садитесь, садитесь, и давайте приятно поедим.

Маомао, всё ещё откровенно расстроенная, села в кресло. В силу его положения в обществе угощение, по всей видимости, принадлежало Лахан. Пользуясь случаем, она заказала бы самое дорогое, что было в меню.

— Ну вот и всё, — сказал Лахан, и хотя его тон был легким, содержание его объяснений звучало очень неприятно. Оно, безусловно, заслуживало того, чтобы забронировать отдельную VIP-комнату в роскошном ресторане. То, что он рассказал, не могло выйти за пределы этих стен.

В общих чертах история выглядела так: Лахан был причастен к тому, что Айлин попала в Задний дворец. Это Маомао было известно. Айлин утверждала, что её политический враг претендует на власть и что её жизни угрожает опасность. Её просьба к Ли экспортировать продовольствие в Шаох была, в некотором роде, попыткой дать себе спасательный круг: во времена голода наличие готовых запасов продовольствия могло сделать тебя могущественным. Вероятно, она надеялась, что это станет для неё главной картой в игре.

— Но в конечном итоге даже это не испугало её врагов.

Население может быть пугающим, если его разозлить, но никакое оружие не будет достаточно мощным, если тебя убьют до того, как ты сможешь его использовать. Поэтому Айлин решила войти в задний дворец Ли. Внешне Ли не предлагал ей политического убежища; на самом деле могло показаться, что он даже укрепляет связи с соседним государством.

Маомао выглядела озадаченной.

— Вопрос? — спросил Лахан.

— Нет, я просто подумала о том, что в Шаохе женщины, похоже, добиваются исключительных успехов.

Ситуация, подобная той, в которой оказалась Айлин, была бы почти немыслима в Ли просто потому, что за пределами дворца женщина не могла надеяться подняться выше в иерархии, чем мужчина. Даже служба в качестве придворной дамы в большинстве случаев предпринималась для того, чтобы сделать себя более привлекательной невестой. Женщины могли быть важным инструментом для использования в политических браках, это правда, но редко они имели такое влияние, как Айлин.

— Что, разве ты этого не знала?

Яо захихикала, похоже, довольная тем, что хоть раз знала что-то, чего не знала Маомао. Ей явно не терпелось всё объяснить. Маомао всё больше начинала замечать очарование в её характере.

— Страна Шаох держится на двух столпах. Один из них — король, а другой — девы святилища.

Маомао хотя бы немного слышала о деве святилища Шаоха. Её предсказания могли влиять на политику страны, и именно в этом заключалась вера, которую иногда называли " девы святилища".

— Верно. Ты знаешь своё дело, — сказал Лахан. Яо и Эньен были симпатичными девушками, и он, несомненно, был рад с ними пообщаться.

— Традиционно последнее слово в политических вопросах остается за королём, потому что дева святилища всегда была молодой женщиной, в основном образом или символом. Но в последние годы ситуация изменилась, — сказала Яо.

В прошлом служительницы святилищ редко служили дольше нескольких лет — может быть, максимум десятилетие, поскольку по определению служительницей святилища могла быть только девушка, у которой ещё не началась менструация.

– Однако нынешней деве святилища уже за сорок, она старше короля, а значит, может совать свой нос туда, куда раньше дева святилища не осмелилась бы. Фактически, благодаря ей женщины по всему Шаоху стали более влиятельными в политическом плане.

— Понятно, — сказала Мао Мао. Она уже знала часть этой истории, но теперь всё предстало в новом свете.

«Сорок лет, а месячные всё ещё не начались?»

Это определенно привлекло внимание Маомао. Это было очень необычно, но не редкий случай; Причиной могло послужить множество факторов. Маомао не знала, что думает по этому поводу сама Дева святилища, но ей было очень интересно.

— Случалось ли такое раньше? — спросила она.

— Ответ на этот вопрос напрямую связан с тем, почему мы здесь, так что позвольте мне начать рассказ с этого места, — сказал Лахан, откусывая тонко нарезанное свиное ухо.

— В прошлом бывали случаи. Однако если гость не прибывал, то следующая дева святилища всегда назначалась после того, как нынешней исполнялось двадцать лет.

Это имело смысл как с политической, так и с символической точки зрения.

— Так как же нынешней деве святилища удается оставаться на посту так долго? — спросила Маомао.

— Она особенная.

Лахан достал из складок халата лист бумаги. Он выглядел как классическая картина с изображением прекрасной женщины, только волосы, казалось, были лишь набросаны. Он напоминал картину, на которой художник изобразил женщину с белыми волосами и красными глазами.

— Нынешняя дева святилища — альбинос. Существует несколько условий, по которым дети могут быть выбраны в качестве дев святилища, но самыми почитаемыми кандидатами из всех являются "бледные" дети.

Альбинос: редкость даже среди дев святилища. Настолько почитаемая, что смогла занять свою должность вопреки всем прецедентам. Маомао ничего не сказала, но все точки над ё наконец-то соединились.

"Хотите узнать правду о бледной женщине?"

Она вспомнила картину с изображением бледной красавицы, которую художник встретил на западе. Могла ли она быть этой девой святилища? В то время она была бы как раз в том возрасте.

Считалось, что у людей-альбиносов отсутствует то, что обычно придает их коже цвет. Иногда "бледные" дети рождались по чистой случайности, но некоторые родословные были более склонны к их появлению, чем другие. Хотя в Шаохе они встречались так же редко, как и в Ли.