Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 430 из 888

Том 7. Глава 4. Задний дворец

Будь то дворцовая женщина или евнух, все, кто входил в задний дворец, подвергались физическому осмотру. Маомао и её старик привыкли к этому, а вот Яо и Эньен, похоже, находили это довольно неловким. Они отшатнулись при мысли о том, что к ним прикоснется евнух; выражение их лиц так и кричало "Не трогайте нас!". Наконец Луомен сдался и позвал одну из женщин заднего дворца.

— Это единственный раз, — посоветовал он им.

— Да, господин, — ответили они. По крайней мере, было похоже, что они не собираются с ним спорить. И всё же Маомао не могла отделаться от ощущения, что их отношение к нему изменилось в худшую сторону с тех пор, как они узнали, что он евнух. В этом нет ничего необычного. Евнухов повсеместно отвергали и смотрели на них свысока. Сам Луомен слишком привык к этому, и казалось, что всё это ему не мешает, но Маомао это всё равно злило.

Оказавшись в заднем дворце, она почувствовал себя так привычно. В этом саду женщин единственными мужчинами были евнухи. Это была странная ситуация, но в то же время совершенно обычная. Это сочетание создавало настоящие образы.

Люди украдкой поглядывали на Маомао и остальных; когда ты не можешь свободно приходить и уходить, у тебя появляется чувствительность к любому человеку из внешнего мира. Глаза блестели, когда они присматривались к новичкам, прикидывая, нет ли у них какой-нибудь интересной сплетни. Маомао даже узнала несколько лиц. Среди них не было никого, с кем бы она была особенно близка, просто служанки, которые иногда появлялись рядом, когда все болтали в прачечной. Они были откровенно озадачены тем, что каждый раз, когда Маомао выходила из заднего дворца, она непременно возвращалась обратно.

Для начала Луомен направился прямиком в медицинский кабинет. Две другие придворные дамы зачарованно смотрели по сторонам, но Маомао и её старик не проявляли к этому месту никакого особого интереса. Это, видимо, обеспокоило Яо, потому что в кои-то веки она заговорила с Маомао.

— Почему ты выглядишь такой привыкшей? — спросила она.

— Потому что я проработала здесь два года.

Не совсем подряд, но она проработала здесь до прошлой осени.

— Таков срок службы для дам в Заднем дворце.

Рассказывать всю историю было бы мучительно, поэтому она оставила всё как есть и надеялась, что Яо тоже согласится. На этом разговор закончился, и они молчали, пока не добрались до медицинского кабинета, где обнаружили знакомого усатого мужчину, крепко спящего.

— Здравствуйте? — извиняющее сказал Луомен, заставая мужчину в самый разгар храпа, который перешёл в сопение, затем в хрюканье, а потом шарлатан-доктор резко сел.

— О! О, Луомен, это вы, — сказал он. — И молодая леди! Давно не виделись.

Он подошел к ним, обхватив руками свой большой живот. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Маомао сопровождала его в родную деревню.

«Кстати, о кумовстве», — подумала она, вспомнив, что сказал врач в военном лагере.

— А кто ваши друзья там? — спросил шарлатан, глядя на Яо и Эньен. Те выглядели немного растерянными. Этот человек был евнухом, но в то же время и врачом, и хотя это было достаточно легко понять умом, они, казалось, пытались решить, как именно вести себя по отношению к нему.

То ли не сумев, то ли не захотев прочесть выражение их лиц, шарлатан сказал:

— Кто хочет чаю и закусок?

И начал рыться в аптечке. В каком-то смысле его невежество было настоящим счастьем.

— Эти трое — придворные дамы, которые в будущем будут помогать в дворцовых медицинских кабинетах, — объяснил Луомен. — Сегодня я взял их с собой в качестве эксперимента. Мы с тобой одни не можем вечно справляться со всем задним дворцом. Разве ты не понял моего послания?

При этом шарлатан виновато посмотрел на свой стол, где лежало нераспечатанное письмо. Но давайте избавим его от дальнейшей неловкости по этому поводу.

— Ах, да, конечно, — сказал он, как будто и в самом деле знал, что они придут. — И что вы планируете с ними делать?

Маомао знала, что для шарлатана это вполне стандартная ситуация, и её старик криво улыбнулся; тем временем Яо и Эньен уже начали чувствовать, что здесь что-то не так, и подозрительно смотрели на шарлатана. Маомао догадывалась, что пройдет совсем немного времени, прежде чем они поймут, что это за шарлатан.

— Сегодня мы посетим павильон супруги Рифы, а затем средних наложниц.

Среди высших супруг Лоулан исчезла после восстания Ши, Гёкуё стала императрицей и покинула задний дворец, а Лишу фактически застряла в своем женском монастыре. Рифа была единственной, кто остался в Заднем дворце.

«Я слышала, что она родила мальчика. Интересно, как он поживает».

Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз видела супругу Рифу. У неё была определенная привязанность к супруге, которую она лично опекала в течение долгого времени, пока та восстанавливалась после болезни. Можно сказать, что у Рифы была своя доля несчастий, хотя, возможно, и не такая большая, как у Лишу. Она избавилась от самых проблемных фрейлин, и Маомао было интересно, как у неё идут дела.

Её также интересовала истинная причина их приезда — Айлин, новая женщина из Шаоха. Именно из-за неё Маомао и стала придворной дамой.

— В любом случае, может, для начала отправимся в Хрустальный павильон? — сказал Луомен, и они отправились в путь.

Поскольку они посещали высшую супругу, их сопровождал не только врач, но и другие евнухи, выступавшие в роли телохранителей. Отчасти они обеспечивали безопасность медика, но также следили за тем, чтобы не причинить вреда супруге. Текучесть кадров среди евнухов была невелика, поэтому Маомао узнавала своих охранников.

Верные своему долгу, эти люди разговаривали с Маомао и остальными только в случае крайней необходимости, поэтому она даже не знала их имен. Впрочем, это её не беспокоило. Пока она не доставляет им хлопот, они счастливы. Такие отношения её вполне устраивали.

Рифа, известная также как Мудрая Супруга, всегда держала прекрасный дом, и её павильон был таким же потрясающим, как и всегда. Повсюду росли розы — наследие того времени, когда Маомао взяла в аренду здание на территории Хрустального павильона, чтобы вырастить цветы; она отдала супруге все неиспользованные цветы, и они были высажены повсюду. Маомао выращивала только белые розы, но экономке, видимо, показалось, что бесцветные цветы немного грустны, ведь теперь здесь были и красные, и желтые, и даже ярко-зеленые. Они могли бы переименовать это место в Павильон роз. Маомао лишь пожалела, что они приехали к концу сезона цветов.

Фрейлина, пришедшая поприветствовать их, увидела Маомао, стоящего у входа в павильон, и издала "Ип!". Видимо, не все старые ушли, потому что некоторые из них, увидев Маомао, с нескрываемым огорчением посмотрели на неё. Они не переставали относиться к ней как к какому-то чудовищу, и Маомао чувствовала, что это вызывает у Яо и Эньен новые подозрения. Даже её старик смотрел на неё с тревогой в глазах: "Неужели ты и здесь натворила бед?"

Их провели во внутренние покои, но не в спальню, а в приемную. Через несколько минут послышался шорох ткани, и появилась супруга, похожая на гигантскую розу. Она несла на руках пухленького младенца, его ротик плавно открывался и закрывался. В воздухе витал слабый аромат молока, судя по всему, она кормила ребёнка до этого момента.

Супруга Рифа лишь слегка подкрасила губы румянами и не наносила на лицо отбеливающую пудру: у неё была такая прекрасная кожа, что она вряд ли нуждалась в том, чтобы сделать её более бледной.