Монолог фармацевта

Джинши в замешательстве посмотрел на Басена. Малахитовый дом был высококлассным борделем с прекрасными куртизанками. А Басен идеализировал женщин, даже если не очень умел с ними разговаривать. Образованные и очень твёрдые в обращении дамы из Малахитового дома могли оказаться на удивление приятными для него.

Джинши тяжело сглотнул.

— Басен... Что-то случилось? В Малахитовом доме?

— С чего это вдруг?! — испуганно спросил тот.

Этот человек был плохим лжецом - откровенно говоря, он был не самым лучшим помощником, когда дело касалось политики. Но именно эта черта его характера позволяла Джинши расслабиться рядом с ним.

— Ничего не случилось, — настаивал Басен. — В любом случае, я умею быть на высоте, когда это необходимо!

Оказаться на высоте? Несколько необычный выбор слов — но да, Басен действительно беспрекословно выполнял задачи, если приходилось их делать. Джинши был готов это признать. Он снова сглотнул, понимая, что ему придется ещё раз переосмыслить свое отношение к названному брату.

— С чего такой вопрос, Господин Джинши? С Вами что-то случилось?

— Нет. Просто есть кое-кто, над кем я бы очень хотел одержать победу, — ответил Джинши, хотя слова давались ему с трудом. Он не был достаточно опытным, чтобы справиться с таким количеством женщин сразу, и не хотел ещё больше завышать мнение Басена о своих способностях.

Он продолжил:

— У меня сложилось впечатление, что я знаю, как вести эту игру. Этот кто-то может быть довольно умелым, но на практике я должен быть главным - и, возможно, я слишком доверял ему. Сегодня вечером эта иллюзия была разбита вдребезги, от чего чувствую себя довольно жалким.

Может, он и не всегда был уверен в себе, но, по крайней мере, у него было немного уверенности. Он не мог сосчитать, сколько женщин подкатывало к нему за шесть лет работы в Заднем дворце, и это вселяло в него (более чем самодовольную) уверенность, что он может заставить их танцевать у себя на ладони.

Басен смотрел на него с изумлением.

— Этот человек должен быть весьма искусен, Господин, чтобы заставить Вас так говорить.

— Да…

По крайней мере, Басен, похоже, не понимал, о ком говорит Джинши. К счастью.

— Мы поссорились из-за какой-то мелочи. Я начал борьбу... и я же её и проиграл".

Басен на секунду озадачился, но потом сказал: "Ах!", как будто все это имело для него смысл.

— Вы проиграли, Господин? А-а, так вот что Вы имеете в виду... Спарринг-партнер, Господин? Ну и хам же он, должно быть!

Он мог быть проницательным в самые неожиданные моменты. Наверное, было бы оскорбительно предположить, что Джинши был поражен, узнав, что Басен знает, что означает быть соперниками в любовной схватке. Но этот Рикусон - так ведь его звали, верно? - мог показаться просто смазливым пареньком, но его нельзя было недооценивать. Он был прямым подчинённым стратега Лакана, но Джинши беспокоился не о нём.

— Значит, на том банкете был кто-то, кто смог заставить даже Вас признать поражение, господин Джинши, — тихо сказал Басен, выглядя глубоко задумчивым.

— Не льсти мне, пожалуйста. Я знаю, что ещё молод. Мой противник подобен иве, или... или как при попытке задвинуть занавеску. Сколько бы я ни толкал, сколько бы ни бил, им просто все-равно...

Вопрос заключался в том, что делать ему, как неопытному в этом плане человеку. Единственное, что могло бы помочь, — это набраться опыта, полагал он, но как? Он не мог завести роман с другой женщиной, но и отправляться в бордель только потому, что там якобы не будет никаких последствий, тоже не казалось разумным.

Тогда Басен сказал нечто совершенно неожиданное.

— Могу ли я в этом помочь?

— Что, прости? — сказал Джинши, едва не выронив воду. Он точно знал, что Басен — натурал, так как же он мог такое сказать?

И все же Басен продолжил:

— Должен признаться, я не очень способный. Я прекрасно понимаю, что Вы гораздо искуснее меня, Господин Джинши. Но я осмеливаюсь высказать это предположение, полагая, что это лучше, чем просто хандрить и ничего не делать.

— Басен...

Да, он был прав. И если Джинши сделал это с Басеном, то в каком-то смысле это не считается, не так ли? Должно быть, юноша думал именно об этом.

«Но... нет, подождите. Что-то здесь было не так».

— Может, мне и не хватает мастерства, но я уверен в своей выносливости, в том, сколько я смогу выдержать, — сказал Басен.

— Выносливость? Я действительно не думаю...

Нет, это был не тот разговор, который Джинши мог продолжать. Он замолчал. Может, Басена научили какой-то извращенной игре в Малахитовом доме, подумал он. Должен ли он сообщить об этом Гаошуну?

Однако Басен смотрел на Джинши совершенно серьёзно. Он выглядел взволнованным, но не так, как раньше.

— Считайте это просто тренировкой, Господин. Ничего больше. Может, я и не тот человек, которого Вы имеете в виду, но просто... притворитесь.

Джинши погрузился в раздумья, а затем перешел к действиям. Он поставил воду на стол, поднялся с кушетки, медленно подошел и встал перед Басеном.

— Может, переместимся куда-нибудь, Господин? Здесь немного тесновато.

— Нет, здесь достаточно места.

Не похоже было, что им нужно использовать кровать. К тому же он совершенно не хотел, чтобы их кто-нибудь видел, поэтому нужно было закончить всё, пока они ещё находятся в этой комнате.

Басен был ниже Джинши на шесть сантиметров, и ему хотелось, чтобы он уменьшился ещё на семь.

Джинши наклонился, и Басен отступил. Что это было? Он вёл себя так похоже на того человека, которого Джинши себе представлял!

— Господин…?

— Всё в порядке. Все хорошо.

— Эм, так я с пустыми руками...

— Я тоже.

Да... Он слышал, как рассказывают об использовании всевозможных инструментов и хитроумных уловок, но никак не ожидал, что Басен заговорит об этом. В квартале удовольствий его научили извращенным вещам, в этом Джинши был уверен. Но, возможно, ему не стоит упоминать об этом Гаошуну.

Ну и ладно. Больше у Джинши не было причин колебаться. Нет причин для излишней сдержанности.

Каждый раз, когда Джинши подходил ближе, Басен лишь отдалялся, но уже не с легким пошатыванием аптекарши, а с ловкостью тренированного солдата.

— Господин Джинши?

— Этот человек никогда проявляет собственную инициативу, а только отвечает на то, что сделано.

— Значит, Господин Джинши, я должен...?

Басен смотрел на Джинши, глубоко обеспокоенно. Его спина уже прижалась к стене. Джинши и раньше преуспевал в этом — это можно было назвать его специализацией. Загнав Басена в угол, Джинши уперся рукой в стену. Бам!

— Г-г-господин Джинши...

— Цыц. Заткнись.

Джинши сосредоточил своё воображение: перед ним был не его названный брат, а человек, которого он хотел бы видеть рядом с собой. Он должен был нанести удар до того, как рот заговорит — рот, который обычно был таким невнятным, но в самые странные моменты становился многословным и умным. Свободной рукой он взял Басена за подбородок и прижал большой палец к губам.

— М-м-м-м..., - не понимающе взмолился Басен.

Он совсем побелел, и с такого расстояния Джинши мог видеть, как тот был весь в поту. Почему Басен выглядел таким обеспокоенным? Ведь это было его предложение! Он выглядел так, словно не ожидал, что всё это произойдет.

«Может, здесь какая-то ошибка? Какое-то решающее, судьбоносное недоразумение?»

Возможно, всё дело в напряжении, в котором они находились, но никто из них не обратил внимания на звуки голосов за дверью. И как раз в тот момент, когда Джинши собирался собрать всё воедино, дверь в комнату распахнулась с огромным грохотом.