Монолог фармацевта

Том 1. Глава 16. Прием в саду (Часть 1)

Остался примерно час до начала приёма, и Госпожа Гёкуё и её фрейлины проводили время в открытом павильоне в саду. В озере прыгали разные виды карпов, а деревья сбрасывали свои последние огненно-красные листья.

— Ты нас действительно спасла.

Солнечного света все еще было много, но ветер был холодным и сухим. Обычно девушки бы стояли и тряслись, но с теплыми камнями под одеждой им было не так плохо. Даже Принцесса Линли, о которой они беспокоились, укуталась и уютно устроилась в своей колыбели, которая была оснащена своим собственным подогревом.

— Горячие камни принцессы необходимо часто вынимать и снова заворачивать в ткань, чтобы избежать риска ожогов. Кроме того, если слишком долго держать конфеты во рту, это может вызвать жжение, поэтому будьте осторожны.

У Маомао было несколько запасных камней, ожидающих в корзине, а также пеленки и сменная одежда для принцессы. Евнуха попросили перенести жаровню для нагревания камней в заднюю часть банкетного зала.

— Хорошо. Но все же... — Гёкуё смеялась, дразня, и остальные фрейлины также улыбались.

— Ты моя фрейлина, помнишь?

Гёкуё указала на нефритовое ожерелье.

— Действительно, госпожа.

Маомао решила воспринять её слова буквально.

***

Гаошун посмотрел на своего хозяина, который поприветствовал Добродетельную супругу.

С его божественной улыбкой, словно небесный нектар, Джинши был даже красивее и обаятельнее, чем Добродетельная супруга, которая в юном возрасте была известна как прекрасная наложница. Банальное добавление вышивки к простой официальной форме и серебряной заколки к его волосам могло заставить побледнеть наложниц в роскошных и великолепных одеждах.

Быть настолько красивым — просто издевательство, но сама супруга, чья красота меркнет по сравнению с этой, очарована, так что, вероятно, не о чем беспокоиться.

«Он действительно словно преступник», — заключил про себя Гаошун.

После того, как он посетил трех других супруг, наконец-то Джинши пришел к Гёкуё. Он нашел ее в открытом павильоне на другом берегу пруда. Он должен был равномерно распределить свое время между всеми четырьмя женщинами, но в последнее время казалось, что он проводит с Гёкуё довольно много времени. Возможно, не стоит на это косо смотреть: в конце концов, она была любимицей императора. Но, очевидно, были и другие причины для его визитов.

«Кажется, что хозяин до сих пор не может избавиться от старой привычки играть в игрушки».

Гаошун покачал головой, ощущая беспокойство.

Джинши поприветствовал супругу и похвалил красоту ее алого наряда. Гаошун согласился с ним в душе, она действительно выглядела прекрасно. Таинственное очарование экзотической страны и природная красота наложницы, казалось, искрились в воздухе. Супруга Гёкуё, возможно, была единственным человеком в заднем дворце, который мог по-настоящему соперничать с Джинши.

Но это не значит, что дворцовые дамы вокруг некрасивы - все они излучают свое очарование. Одним из особых талантов Джинши была его способность говорить напрямую о причинах этого очарования. Всем нравится слышать похвалу своих лучших качеств. И Джинши знает, как воспользоваться этим.

Джинши не лгал, просто не всегда говорил правду. Он притворился спокойным, но левый уголок его рта слегка приподнялся. Служитель, обслуживавший его много лет, знает, что это выражение ребенка, когда перед ним игрушки. Это действительно неловко.

Джинши сделал вид, что смотрит в лицо принцессы, и подошел к миниатюрной горничной. Однако...

Там стояла странная горничная с ничего не выражающим лицом и высокомерным видом, которая, казалось, смотрела на Джинши свысока.

***

— Добрый вечер, господин Джинши, — Маомао старалась не показывать своих мыслей: "Разве у него нет дел получше?" на лице. Поскольку Гаошун наблюдает, она надеется избежать каких-либо проблем.

— Ты накрашена? — ошеломленно спросил Джинши.

— Нет, господин, я не красилась.

Только губы и уголки глаз были нарумянены, но в остальном ее внешний вид был такой же, как и раньше. Небольшие украшения не следует считать макияжем. Вокруг носа остались светлые отметины, но беспокоиться не о чем.

— Но веснушек нет.

— Да, потому что их стерли.

Осталась татуировка, которую она сама сделала иглой. Маомао не прокалывала иглу очень глубоко, и чернила были использованы не сильно пигментированные, поэтому татуировка исчезнет примерно через год. Несмотря на то, что она сказала, что веснушки исчезнут, ​​поведение девушки ничем не отличалось от наказания грешника, что заставило её отца в то время чувствовать себя неловко.

— Ты имеешь в виду, что закрасила их пудрой, да? — проницательно спросил Джинши. Он нахмурился и прищурился на Маомао.

— Нет. Они исчезли, когда я сняла макияж.

«Хм, может быть, мне просто стоило кивнуть».

Маомао поняла, что ответила неправильно, но было уже слишком поздно. Это действительно было сложно объяснить.

— То, что ты сказала — странно и противоречиво.

— Нет, все вполне правильно.

Никто не говорил, что макияж может использоваться только для того, чтобы делать людей красивыми. Иногда даже замужние женщины использовали его, чтобы выглядеть менее привлекательными. Каждый день Маомао красила вокруг носа жидкой смесью сухой глины и красителя. Искусно сочетаясь с ее татуированными веснушками, они выглядели как пятна или, возможно, родинки. И никто не мог представить, что она делает такую вещь, поэтому никто не замечал. Невзрачная женщина с веснушками и темными пятнами на лице. Поэтому другие называют ее уродливой. С другой стороны, если нет веснушек и темных пятен, можно сказать, что это просто обычное лицо без каких-то особенностей.

Затем просто нанесите немного румян, чтобы сделать Маомао совершенно другим человеком.

Выслушав объяснение Маомао, Джинши опустил голову и напряженно задумался, как будто не мог этого понять.

— Но зачем использовать макияж таким образом? Какова цель?

— Он может помочь избежать того, чтобы меня затащили в переулок.

Хоть это и была улица красных фонарей, там всё еще есть похотливые люди. Эти люди в основном нищие и жестокие, и многие из них заражены заболеваниями, передающимися половым путем. Поскольку дом Маомао занимал комнату в борделе, чтобы открыть аптеку с видом на дорогу, некоторые люди ошибочно думали, что ее дом представляет собой бордель с особым антуражем. В мире много людей, которые любят все новое и разное.

Конечно, Маомао не хочет с ними связываться, а худую, маленькую девочку с веснушками на лице вряд ли заметят.

Джинши тупо выслушал, а затем почему-то дрожащим голосом спросил:

— А тебя когда-нибудь...?

— Это было всего лишь попыткой.

Маомао услышала, что он хотел сказать, и холодно посмотрела на него.

— Но в конечном счете меня поймали похитители, — добавила она ядовито.

Чем красивее женщины будут проданы в гарем, тем лучше. В то время Маомао пошла за лекарственными травами и случайно забыла накраситься. Она хотела подобрать краску для татуировки, которая уже постепенно выцветала. Кажется, те люди думали, что она едва сможет заработать достаточно денег, чтобы продать её.

Джинши поддержал голову рукой.

— Прошу прощения. Это моя неудача как управляющего.

Вероятно, это был не тот способ, которым управляющий хотел получать дам из гарема. Джинши потерял свой обычный ослепительный блеск и выглядел немного подавленным.