Страница 232 из 888
На бумаге был изображен чертёж для фейф — огнестрельного оружия, нарисованный очень детально. Это была не традиционная фейфа, которой Басен пользовался раньше, а одна из последних моделей, маленькая и лёгкая. Предположительно, чертёж был подготовлен путём анализа оружия, использованного для нападения на его настоящего господина недавно во время охоты.
— Я считаю, что это одна из новейших моделей с запада. Заметьте! Вот настоящее новшество — больше нет фитиля, — сказал Лакан, указывая на спусковой крючок оружия. На конце курка, казалось, был не фитиль, а что-то другое. Басен посмотрел на это, немного озадаченный.
— Возможно, с картинки не так легко понять, но здесь прикреплен кремень, — сказал Лакан, прищурив глаз за моноклем.
— Это устраняет необходимость в фитиле. Меньше случаев неправильного срабатывания и замечательная простота конструкции.
— Очень впечатляюще, — пробормотал Шишоу, поглаживая свою бороду. Его выражение, однако, было непроницаемым.
— Да, действительно, если бы мы начали массовое производство, мы могли бы произвести революцию в организации армии. Более плотные, более мобильные конструкции — это было бы прекрасно. Как копьё, которое может двигаться горизонтально.
Под "копьём" он, казалось, имел в виду фигуру сёги. Если бы можно было взять фигуру, способную атаковать только вперед и придать ей боковое движение, какой угрозой она бы была.
— Подумать только, такое оружие в руках негодяев, которые осмелились поставить под угрозу жизнь наследника, — сказал Лакан. Он драматично покачал головой, но на его губах всё ещё играла улыбка. Ему это нравилось, даже немного рассеянный Басен мог это понять.
— Действительно странно, — сказал Шишоу. — Как вы думаете, как это оружие попало к злодеям?
— Отличный вопрос. Я думал, что это ваша работа — ответить на него, — сказал Лакан.
— В принципе да, но... К сожалению, человек, ответственный за получение ответа от тех, кто мог бы его знать, немного переусердствовал, и теперь, боюсь, что никто из них нам ничего не расскажет.
Было легко догадаться, в чём этот человек переусердствовал. Преступники, не говоря уже о потенциальных убийцах члена королевской семьи, не имели прав. Тем не менее, "переусердствовать" в пытках людей, которые должны были предоставить ценную информацию, было серьёзной ошибкой. Разве люди Шишоу действительно так плохо справлялись со своей работой?
— Если бы мы хотя бы могли выяснить, откуда они пришли, —Лакан скрестил руки на груди, а затем достал из рукава завёрнутую в бумагу посылку. Похоже, это был кусок лунного пирога. Он откусил его, громко пережевал и проглотил, несколько крошек застряли в щетине, покрывающей его подбородок. Слуга, стоявший сзади, наблюдал за ним с раздражением.
— Интересно, может быть, вы что-нибудь слышали об этом?
Сладкий запах закуски присоединился к смеси османтуса и фруктового сока. Глаза Лакана сверкали, и он улыбался, как будто вся эта затея его забавляла.
— Если бы я узнал что-то подобное, я бы давно сообщил об этом, — ответил Шишоу, взбалтывая остатки напитка в своей чашке. Он не собирался пить содержимое, а только смотрел на него.
— Действительно? Какая жалость, — сказал Лакан и тяжело вздохнул. Затем он положил чертежи обратно в свой халат и вытащил другой лист бумаги.
— Теперь перейдём к настоящему делу.
Басен был удивлён: дело с фейфой было не тем, о чём Лакан действительно хотел поговорить? От махинаций стратега стыла кровь, заставляя Басена задуматься о том, что же у него могло быть на уме. В этот момент стратег развернул следующий лист бумаги, показав диаграмму, покрытую белыми и черными пронумерованными кругами.
Прежде чем Басен смог остановить себя, он сказал:
— А... Это...?
Лицо слуги, стоящего позади Лакана приобрело отстранённое выражение, которое чем-то напомнило Басену отца. Несомненно, у этого человека были свои проблемы. Басен ему глубоко симпатизировал.
— Это диаграмма игры Го, в которую мы с женой играли вчера.
— Ж-Жена?
Да, он слышал слухи о том, что эксцентричный Лакан выкупил какую-то куртизанку из района удовольствий. Говорили, что за цену, которую он заплатил за неё, можно было бы купить небольшой замок, и что район удовольствий праздновал это десять дней и десять ночей.
Лицо Лакана стало похожим на лицо мужчины, воспевающего свою возлюбленную, и было очевидно, что остальные это заметили. Плечи маскированного господина дрожали, в то время как тануки явно пытался придумать способ сбежать.
— Ещё одна игра, похожая на столкновение двух остро заточенных клинков. О, я не могу сказать, сколько раз мой пульс учащался, пока мы играли... — говорил Лакан.
Басену ещё многое предстояло узнать о взаимоотношениях между мужчинами и женщинами, но он знал, что стратег имел искажённое представление о том, какими они должны быть. Он продолжал своё восхваление:
— Я и представить себе не мог, что она сделает такой ход в середине игры. Я едва устоял, но она снова напала на меня со следующего камня.
Лакан был в своей стихии, его лицо раскраснелось. Но он говорил о игре в Го, и поскольку Басен не интересовался настольными играми, всё это прошло мимо его ушей. Или, по крайней мере, он не понимал, что в этом такого захватывающего.
Когда он начал задаваться вопросом, сколько ещё продлится монолог, тануки встал.
— Прошу прощения, что прерываю вашу прекрасную речь, но у меня есть работа. Спасибо за напиток.
— Как жаль. Это была прекрасная игра, действительно прекрасная. Я обязательно отправлю вам копию диаграммы вместе с брошюрой моих комментариев.
— Спасибо, но вам не стоит утруждать себя.
Это не мог вынести даже тануки.
— О, это не проблема, совсем не проблема, господин Шишоу. Я даже включу диаграмму моей предыдущей игры, и я надеюсь, что вы их посмотрите.
Надо отдать ему должное, он очень хорошо навязывал вещи другим людям. Шишоу, видимо, решив, что будет проще просто согласиться, кивнул.
Лакан засмеялся.
— Ха-ха-ха. Видите, не было необходимости спорить. Ах да, как насчёт того, чтобы я прислал и это? Я бы хотел, чтобы вы наслаждались его прекрасным вкусом в стеклянном стакане. Нам так нравится общаться друг с другом. Было бы замечательно сесть и поболтать о наших жёнах.
— Действительно.
— Как я уже сказал, я бы хотел, чтобы вы пересмотрели своё решение.
«Хм»
Похоже, что загадочный господин думал то же самое, потому что его плечи немного дёрнулись. Однако Шишоу покинул беседку, ничего не сказав. Басен взглянул на оставленную им серебряную чашу; в ней остался глоток сока.
— Необычный цвет, не так ли? Можете не верить, но некоторые сорта винограда зелёные, — сказал Лакан. Сок был светло-зелёного цвета. Совсем не красного.
— Так сказал мой дядя, — продолжал Лакан, запихивая последнее лунное пирожное в рот и запивая его глотком сока.
— Итак, продолжим с хода 180, — сказал он, возобновляя свой монолог.
Из четырех человек, оставшихся в беседке, у троих было отстраненное, остекленевшее выражение лица.
Через час Басен и его временный господин вернулись в офис и хотя они почти не двигались, они чувствовали себя ужасно уставшими.
— Можно мне причесаться?
— Конечно. Не торопитесь, я буду стоять на страже.
Басен и загадочный господин были в комнате одни. Первое, что загадочный господин сказал за весь день, прозвучало немного высоко для мужчины.
Маска слетела, обнаружив прядь прекрасных волос, прижатую к щеке. Лицо в профиль было утончённым и классически красивым. Басену говорили, что этот человек — ровесник его отца, Гаошуна, но он выглядел на десять лет моложе. Даже без обуви на платформе он был бы ростом около 170 сантиметров. Стоя прямо, он легко мог бы сойти за очень красивого гражданского чиновника.