Монолог фармацевта

Независимо от личного решения Маомао, стук в дверь продолжался, но в её ушах он звучал только как тихое барабанное биение в фоне.

*****

С возвращением почётного гостя, послеобеденный банкет быстро закончился. Различные чиновники позаботились о том, чтобы все знали, какое облегчение они испытали, открыто подхалимствуя. Никто бы не догадался, что несколько часов назад они шутили пошлые шутки и хихикали над тем, чтобы повеселиться с дворовой женщиной. Гаошун беспокоился о явной усталости Джинши, но он знал, что не в положении что-то сделать на данный момент. Там не было никакой причины для "Гаошуна", который был прислугой "Джинши", обращать особое внимание на почётного гостя. В конце концов, Гаошун всего лишь заменял своего хозяина. Было бы заметно, если бы он проявил слишком большой интерес. Он должен был положиться на своего сына Басена, чтобы помочь вместо него, но можно ли было доверять Басену выполнить свою работу достойно?

Когда Ло-ен был официально оправдан от подозрений, он не скрывал своего негодования по поводу всего этого дела, но он был простым человеком. В настоящее время он был вполне удовлетворён банкетом, чтобы очистить свой пресловутый вкус. Публично говорили, что почётный гость ушёл с банкета по прихоти, а затем вернулся без дальнейших осложнений, но, скорее всего, каждый понимал, что это вымысел. Одна группа чиновников исчезла на промежутке и, вероятно, не будет видна некоторое время.

Из них нужно было извлечь какую-то информацию о новых фейфах. Что касается того, как эта информация будет получена, Гаошун предпочитал не знать. В любом случае, у него была работа. Сегодняшний банкет проходил на корабле на озере. Кажущийся бесконечным запас вина и толпа великолепных женщин казались вдохновленными старой поговоркой о "озере вина и лесе плоти".

«Фу», — подумал Гаошун. Он был евнухом, по крайней мере, в том, что касалось этого. Он не собирался быть очарованным какой-то женщиной, и, если бы он позволил себе, последствия были бы страшными. Ему достаточно было вспомнить о своей жене, матери его сына Басена, чтобы подавить даже желание прикоснуться к ним.

Говоря о своём сыне, молодой человек был опустошён на палубе корабля — трудно сказать, был ли он болен от качки судна, количества вина или обильного аромата женщин. Гаошун вздохнул: у мальчика ещё долгий путь вперёд.

— Это должно быть ужасно скучное дело для вас, — сказал другой гость, подошедший к Гаошуну. Он, очевидно, заметил, что единственным занятием Гаошуна было дегустация вина. Женщины, льстящие гостям на лодке, были моложе его собственного сына.

— Это просто ужасно. Чтобы что-то подобное случилось, и так скоро после того, как вы привлекли гнев правящей императрицы!

Вино, казалось, сделало этого человека болтливым и смелым. Его замечание звучало с подтекстом насмешки.

Впрочем, это было правдой: Гаошун когда-то носил родовое имя Ма, Конь, но он разозлил царствующую императрицу. Он был подвергнут одному из самых суровых наказаний — кастрации с последующей службой во дворце — и был вынужден отказаться от своего старого имени и называть себя «Гаошун».

Однако на этом банкете к нему не относились как к евнуху, а как к члену дома Ма. Это была должность, которую Гаошун должен был занимать в настоящее время.

— Всё это уже в прошлом, — сказал Гаошун. — К тому же, сегодня ночью такая прекрасная луна будет мне компанией, когда я пью.

Вот всё, что он сказал, затем он взглянул на небо. Полумесяц был действительно красивым. Он мог бы даже насладиться им, если бы не болтливые, хвастливые мужчины и флиртующие женщины.

— Но, я должен сказать, я немного разочарован, что наш великолепный евнух не смог прийти, — сказал другой мужчина. Он, конечно, имел в виду Джинши и, конечно же, не джентльмена, который в данный момент восстанавливался в своей комнате.

— Официально, у него простуда. На этот раз здесь замаскированный джентльмен.

— Ха! Да, я предполагаю, что такое прекрасное лицо может вызвать свои собственные проблемы, если бы он был здесь.

Говорили, что этот джентльмен, который никогда не снимал маску, в детстве получил серьёзные ожоги на лице и редко появлялся в обществе с тех пор. И он никогда не снимал свою маску, где люди могли видеть, несмотря на то, насколько жарко могло быть.

— В любом случае, я вижу, что его сегодня вечером нет. Он должно быть устал?

— Так оно и есть, — мягко ответил Гаошун, стараясь не показывать эмоций на своём лице.

Вечерний банкет продолжится без его почётного гостя. Гаошун налил вино в воду (плуп-плуп-плуп), наблюдая, как волны бьются о борт лодки. Он хотел, чтобы банкет поскорее закончился. Почётный гость не был единственным, кто выглядел немного странно. Также и другой член партии Гаошуна, молодая женщина, которая пришла в качестве его прислуги.

Было бы понятно, если обычная молодая леди, которая была втянута в попытку покушения на его жизнь вместе с важной персоной, почувствовала себя довольно испуганной, но эта молодая женщина была сделана из более прочного материала. В любом случае, она вела себя немного странно, но не так, как кто-то, кто боится за свою жизнь. Она всегда была вежлива (хотя не слишком вежлива) к почётному гостю, но теперь она казалась более отстранённой по отношению к нему.

«Получилось ли у него рассказать ей?»

Она была умной молодой леди — неудивительно, если она приняла такую позицию по отношению к нему, учитывая, что это значило для её собственного будущего. Фактически, изменение было настолько тонким, что любой, кто не знал её долгое время, мог пропустить его. Она заслуживает похвалы.

Было необходимо дать ей знать, учитывая, что может произойти с почётным гостем в будущем. Гаошун жалел молодую женщину, но это также должно было показать ей, насколько они находят её полезной. Чем больше карт в руках, когда дела идут плохо, тем лучше. Пусть люди говорят, что путь, по которому эти карты были получены, иногда требовал жестокости. Он мог смириться с этим.

— Сам Император должен беспокоиться, будучи тем, кем он является. И теперь всё, что произошло здесь...

Чиновник провёл пальцами по своей бороде и вздохнул, показывая понимание, кто что сделал. Это не была мудрая тема для обсуждения, но, может быть, это было влияние вина.

— С ним в качестве следующего в очереди на престол...

Говоря, мужчина почти не звучал почтительно. Но кто мог его винить? Младший брат Императора почти никогда не выходил из своей комнаты, и каждый раз, когда он появлялся в общественных местах, он носил маску. Никто не считал его способным заниматься политикой. Именно младший брат Императора был почётным гостем на этой охоте.

Многие из собравшихся здесь чиновников, вероятно, пришли частично из интереса, привлечённые возможностью взглянуть на принца, которого так редко видели. Конечно, они не видели и никогда не увидят его настоящего лица. Несомненно, они теперь сожалели о своём интересе в свете покушения на гостя. Тот факт, что банкет продолжался в полном разгаре несмотря на его отсутствие, говорил о том, насколько все хотели избавиться от своей унылости.

Кто-то подозревал, что было желание точно установить, что это за человек королевский преемник. И вот этот чиновник решил, что ответ таков: некомпетентен. Реакции на очевидный обман обычно были двоякими: либо решали, что некомпетентность —единственное объяснение, либо выбирали наблюдать дальше. Решившись на первое, этот чиновник нашёл предлог поговорить с Гаошунем.

— Не забеременел кто-нибудь из наложниц после смерти наследника Императора в прошлом году? — спросил он. Гаошун понял, это было то, что его действительно интересовало. Кто забеременел, какая наложница это была, и независимо от того, родит она мальчика или девочку, это может иметь сейсмический эффект на политику дворца.