Страница 173 из 888
«Размер груди», — Маомао заметила внутренне, но она почувствовала себя плохо от этой мысли, как только она её сформулировала. Ведь Шин сама по себе не была маленькой. Нет, подожди, в этом не было смысла.
Речь шла не о большей груди, а о большом человеке.
— Это потому, что ты была дочерью главы нашей семьи? Ты думала, что это делает тебя лучше меня? Не заставляй меня смеяться. Я была воспитана всю свою жизнь, чтобы стать матерью этой нации.
Шин выглядела как волк, обнажающий клыки. Подумав, что главная придворная дама может в любой момент наброситься на супругу, Маомао пошла стать между двумя женщинами, но Гаошун и Джинши уже были там.
— Могу ли я понять, что вы признаете обвинения? — сказал Джинши.
В ответ на это Шин схватила флакон с духами с стола и бросила его в Рифу. Гаошун отмахнулся, и флакон разбился о пол.
— Пусть ты засохнешь в этом саду бесплодной женщиной! — Шин выплюнула слова, словно произнося проклятие, в то время как Гаошун схватил её за руки и удерживал.
— Как ты смеешь меня трогать! — закричала она. — Нечистая, грязная тварь
Она боролась, но не могла надеяться освободиться - даже если Гаошун был евнухом, он всё равно был мужчиной. Её благородные губы продолжали издавать поток гнусных ругательств.
«Иногда ты сталкиваешься с такими людьми».
Когда Шин, наконец, вынуждена была приостановиться, чтобы вздохнуть перед тем, как продолжить свою тираду, Маомао встала перед ней и ухмыльнулась.
— Что? — требовала Шин.
— О, ничего. Я просто думала, что ты поистине почитаешь Императора, госпожа Шин.
— Конечно же, я почитаю! О чём ты бормочешь?
— Мне просто показалось, что тебе на самом деле нравится статус матери нации. В отличие от супруги Рифы.
Маомао улыбнулась ещё шире. Рот Шин остался открытым. Теперь было ясно, что у Рифы было то, чего не было у Шин.
— Шин... Так ты чувствовала.
Хотя она выглядела так, будто сдерживает слёзы, голос супруги Рифы был ясным и твёрдым. Затем она встала перед Шин, подняла руку высоко и шлепнула её по щеке.
«Полагаю, это меньшее, чего она должна ожидать».
Тогда, однако, Супруга Рифа сказала то, чего даже Маомао не ожидала.
— Господин Джинши, я освобождаю эту главную фрейлину от её обязанностей по причине оскорбительной речи в адрес её госпожи. Так сильно, что мне пришлось самой поднять на неё руку.
На этот раз Джинши тоже остался безмолвным.
— Супруга…
— Я вижу, что открытая ладонь не была достаточно убедительной.
Даже когда Шин стояла ошеломленная от удара, Рифа схватила её за воротник и сжала кулак. Джинши и Гаошун побежали остановить её. Только Маомао была впечатлена.
«Эта леди знает, как защищаться!»
Рифа уже не была той супругой, которой она была раньше, пусто ожидая, когда её жизнь оборвется.
— Я освобождаю эту женщину от своих обязанностей. И официально прошу, чтобы ей никогда больше не позволяли входить в задний дворец ни при каких обстоятельствах, — сказала Рифа чётко и уверенно.
Даже если Шин станет матерью нации, она будет жить не для народа страны, а для своего собственного положения. Она искала только власть; её не интересовали обязанности и ответственности, которые сопровождают её. Нацией не было нужды в такой королеве.
Шин всё ещё не оправилась от удара. Понимала ли она, какую милость ей оказывают? Или она подумает, что Рифа обидела её и будет ещё больше ненавидеть её?
«Может быть, это не имеет значения».
Независимо от того, насколько благородной была бы женщина, покинувшая задний дворец в скандальных обстоятельствах, она не смогла бы отомстить супруге. Лично Маомао считала, что Рифа была немного слишком мягкой, но давайте подумаем, какое унижение принесло такое обращение для такой гордой женщины.
— Могу я задать тебе вопрос? — сказал Джинши, когда они проходили по коридорам Хрустального Павильона. Он смотрел на здание, где лежала больная служанка.
— Да, господин?
— Я знаю, что ты знала, что больная женщина находится здесь, в Хрустальном Павильоне, но ты не знал точно, где она находится, верно? Я имею в виду, ты даже нарядилась в костюм, предположительно, чтобы никто не подозревал, если ты посещала её несколько раз.
Он был прав: Маомао надела этот наряд, потому что сама она уже была нежеланной здесь. Она поняла, что, возможно, не сможет узнать, где находится больная женщина, за одно посещение, поэтому она позаботилась о том, чтобы люди не знали, кто она такая. Да, женщина дворца, сопровождающая врача, привлекала определённое внимание, но, конечно, меньше, чем Маомао привлекла бы без маскировки.
Служанки Хрустального Павильона умели держать язык за зубами. Или, возможно, им было научено так делать — через суровую дисциплину от высших фрейлин, где-то там, где Супруга Рифа не могла бы видеть.
— Ах, но я знала, где она находилась, — сказала Маомао. У неё уже было представление о том, где больной человек мог остановиться: где-то относительно изолированно от спальных помещений других служанок, или где-нибудь ещё незаметно. Когда она работала здесь на постоянной основе, больным служанками выделяли новые спальные помещения, чтобы предотвратить распространение их болезни. Даже в павильоне была отдельная больничная зона.
«Но склад, черт возьми».
Запах, исходящий от Шин, вызвал у неё странное чувство, но она никогда не представляла, что дела дошли до такой крайности. Это было просто везение, что она заметила это место.
— Это была моя подсказка, — сказала она, указывая на некоторые белые цветы. Куст должен был быть посажен недавно, потому что земля под ним была другого цвета, чем остальной сад. Это было ужасно плохое расположение для работы садовника. Прямо рядом с хранилищем. Куст нес черные плоды, полные белой пыли, которая станет порошком для отбеливания лица.
— Как так?
— В фэн-шуе зеленые вещи считаются полезными для здоровья. Предположительно, идеально сочетать их с белым.
Белый - как все цветы на кусте. Хотя растение было известно как бело цветущее, или иногда как цветок четырех часов, красный был более типичным цветом для него. Маомао поняла, что кто-то должен был специально выбрать семена, которые расцветут белыми.
Она не помнила, что куст был там в Хрустальном павильоне. Кто-то посадил его - она не знала кто, но это, должно быть, был кто-то, кто сочувствовал больной женщине. Маомао почувствовала волну облегчения, узнав, что там есть хотя бы один человек, кто это делает.
«Белоцветущее, однако...»
Маомао обдумывала иронию того, что она нашла в присутствии этого цветка вместе с больной женщиной. Она выдохнула длинным вздохом, затем поняла, что кто-то смотрит на неё. Она оглянулась и увидела их, наполовину скрытых за столбом.
— В чём дело?
Джинши остановился и посмотрел на неё. Человек, наблюдающий за Маомао, выглядел потрясенным.
— Идите вперёд, Мастер Джинши.
— Что? Почему?
— Потому что Вы мешаете.
Её прямой ответ, казалось, раздражал Джинши, но Гаошун успокоил его, как можно успокоить раздраженного быка, давая Маомао свежую возможность оценить, насколько хорошо было иметь рядом кого-то, кто действительно мог интуитивно понять, что происходит.
Маомао посмотрела на женщину, прячущуюся за столбом.
— Что случилось? — спросила она. Другая женщина, казалось, была немного старше Маомао, но она также явно была запугана. Маомао или её спутниками? Трудно сказать.
— Э-э, о... О женщине в том здании...