Страница 162 из 888
Том 3. Глава 9. Дух Луны
Слухи могут иметь длинные хвосты, и чем дальше и шире они распространяются, тем больше они отклоняются от реальности. Иногда они перестают быть слухами совсем. Эти расширенные истории становятся общими преданиями или даже мифами.
Этот факт Маомао сейчас узнавала на очень личном уровне. Джинши, в одном из своих регулярных посещений Нефритового Павильона, в данный момент спрашивал ее о таком слухе, превратившемся в легенду...
— Ты знаешь историю загадочной красавицы, о которой говорят, что она плакала слезами из жемчуга? — спросил он, его лицо абсолютно серьезное. Супруга Гёкуё вынуждена была сдержать смех. Никогда не знаешь, что он скажет дальше.
Маомао хотела ответить, что она сейчас смотрит на загадочную красавицу, но воздержалась. История, на которую намекал прекрасный мужчина, была довольно старой. Говорили, что давным-давно в районе развлечений была женщина, которая была красивее всех, словно лунный дух. Он спрашивал, знала ли она, кто это мог быть?
И почему он спрашивал об этом? Ну:
— Это личная просьба от прибывшего посольства.
Предок посланника, похоже, передал истории о сияющей женщине в далекой стране, и интерес к этому персонажу никогда не покидал посланника. Запрос был чрезвычайно сложным, действительно почти невозможным, но для этого почетного дипломатического гостя они были обязаны сделать все возможное. Поэтому Джинши пришёл к Маомао, с ее знанием района удовольствий, чтобы узнать, может ли она знать о ком говорит история.
— Я, конечно, понимаю, что история произошла десятилетия назад, — сказал Джинши.
— Эта женщина, в лучшем случае, должна быть пожилой. Кто знает, жива ли она вообще?
— Она жива, — плоско сказала Маомао.
Джинши посмотрел на неё, его рот слегка раскрылся. Гаошун посмотрел так же, но глаза Гёкуё всё сверкали. Хоннян (естественно) вздохнула от излишнего интереса её госпожи.
Да, Маомао знала историю о потусторонней красавице, у которой были слезы из жемчуга. Она знала ее очень хорошо.
— Так что история правдива?! — сказал Джинши.
— Правда? Господин, вы встречались с ней самостоятельно.
Джинши был в Малахитовым доме, доме Маомао, так сказать, и он наверняка видел её: курящую свою трубку, неумолимо оценивающую всех, кто приближался к заведению. Хитрая старушка...
Джинши и Гаошун посмотрели друг на друга, слегка ужаснувшись. Они могли подумать только о одном человеке, подходящем под эту характеристику.
Старая госпожа. Время — жестокая вещь: внешность каждой женщины увядает с ним, несмотря на то, какой она была красивой раньше; ее сердце становится пустым, и она становится одержимой деньгами.
Глаза Гёкуё всё ещё сверкали, но, возможно, лучше было бы, если бы она не слышала этого.
— Я уверена, что она прибежит, если цена будет достаточно высокой, — сказала Маомао. — Что вы думаете?
Была неловкая пауза, прежде чем Джинши ответил:
— Я не совсем уверен, что это сработает.
Это было не только проблемой разрушения чьей-то долгожданной мечты. На этом этапе она может практически перерасти в дипломатический кризис. Если запрос был о невероятно красивой женщине, они не могли предоставить высушенную сливу.
Джинши, должно быть, прекрасно знал, что госпожа, как она есть сейчас, не будет удовлетворительной, но он, должно быть, думал, что Маомао найдёт ответ.
— Наверное, они понимают, что время идёт, — сказала Маомао. — И, наверное, им уже было оказано должное почтение.
— На этот счёт...
Джинши рассказал ей, что уже было вызвано много красивых женщин, и был устроен банкет, но другая сторона не проявила никаких признаков удовлетворения. Фактически, единственной реакцией был хохот.
«Кто бы это мог сделать?»
Даже признавая, что Восток и Запад могут иметь разные стандарты красоты, она считала, что женщины здесь должны быть впечатляющими.
— Если позволите мне спросить, может быть, мы могли бы послать кого-то к нему ночью?
Хоннян нахмурилась от ее прямоты, но с дипломатической точки зрения, это был один из способов решить проблему.
— Я не думаю, что это тоже сработает, — сказал Джинши, почесывая затылок и нахмурившись.
— Императорский посланник — женщина, понимаете ли.
«Ах».
Теперь она поняла, с чем он борется.
После этого история начала развиваться: высокопоставленный чиновник, ответственный за прием дипломатической миссии, пришел к Джинши практически в слезах. Было достаточно трудно пытаться преследовать призрак красивой женщины, но они делали это ради другой женщины. А представитель своего пола всегда будет самым строгим судьей.
На сколько это было возможно, Джинши имел внешность, способную очаровать любого, хотя он был мужчиной. У него было все необходимое, чтобы пленить практически кого угодно. Можно было бы подумать, что Джинши сам был рождён для этого самого момента. Но представьте все проблемы, которые это могло вызвать для него. Предположим, что другая сторона влюбится в него и сделает его условием любых дипломатических сделок. Это несложно представить. Или предположим, что они потребуют ночного визита от него, у него не было необходимого оборудования. Возможно, женщина не была бы такой склонной к таким играм, но в любом случае, у предосторожности есть значение...
— И этот посланница, она действительно настолько важна для всего этого?
— Возможно, вы бы поняли, если бы я сказал, что она контролирует торговый узел между западом и севером.
Маомао кивнула. Она понимала. Это также объясняло, почему караван был настолько огромным на этот раз: все участники надеялись открыть новую торговлю. Они также пытались понять друг друга. Территория этой нации обладала широким разнообразием ресурсов, и иногда слышались слухи о том, что некоторые набеги, совершаемые варварами, были подстрекаемыми другими странами.
Это могло показаться так, будто страна посланника находится в непрочном положении посередине, но она прошла века, не попав под завоевание другой нации. В этом была своя причина. Эта страна, которая являлась торговым центром, была должна быть переполнена красивыми мужчинами и женщинами. Путешествующие торговцы утверждали, что даже забрызганные грязью фермеры, выкапывающие картошку в грязи, могли бы быть покоряющими красотами в другой стране.
«Так что же сделала старушка?»
Если кто-то из такого места уехал, убежденный в том, что она — дух луны, то она, должно быть, действительно была довольно зрелищной.
— Может быть, мы могли бы добавить галлюциноген в наш парфюм?
— Ты так делаешь? — спросил Джинши через секунду.
— Я нет, но это кажется самым быстрым способом, — спокойно сказала Маомао. Джинши просто покачал головой.
«Он так не думает».
Это просто ещё одна дипломатическая проблема, которая ждет своего времени.
— Я хватаюсь за соломинку здесь, — сказал Джинши. — У тебя есть какая-нибудь информация о том, что могло произойти во время того давнего визита?
Нотка отчаяния в его манере была новой для нее. Он действительно был на грани отчаяния. Гёкуё прикрыла рот складным веером и засмеялась.
«Знала ли она что-то?»
— Я постараюсь найти что-нибудь, на что вы сможете опереться, — сказала Маомао и решила отправить письмо в Малахитовый доме.
Через несколько дней старая госпожа прибыла с одним из подчиненных Джинши. Они находились в том же здании, где Маомао встречалась с Рихаку. Никакому постороннему, даже женщине, не разрешалось просто так войти в задний дворец.