Роза без шипов

Догадывались ли они, что Лиззи уже отдала свое сердце другому человеку, и кому именно?

— Не зови меня Величеством, и дядюшкой не зови, я предпочел бы, чтобы ты звала меня Ричардом.

— Но Ваше Величество… Ричард, — глядя в голубые глаза короля Ричарда III-его Йорка, нежно-розовые щеки Лиззи вспыхнули алым румянцем, сердце пропустило удар. — Я не смею Вас так называть, Вы — король Англии.

Ричард Йорк приходился Лиззи родным дядей, младшим братом почившего отца, и ей следовало чувствовать к нему либо уважение, либо затаенную ненависть за его деяния по отношению к ее семье. Ведь он узурпировал трон, объявив брак ее родителей недействительным, а их — детей, рожденных в этом браке — бастардами. Ее мать втайне ненавидела Ричарда и желала отомстить, вернуть то, что принадлежало им по праву.

Но когда Лиззи глядела на Ричарда, в ее сердце не закипала ненависть, а рождались совсем иные, неизведанные, пугающие и даже порочные чувства. В минуты, когда он был рядом, она невольно любовалась его голубыми глазами с длинными черными ресницами, густыми русыми волосами до плеч, мужественным подбородком. Он вовсе не был красавцем, да и слегка искривленный позвоночник не добавлял привлекательности, но в нем было нечто магнетическое, притягательное, волнующее и заставляющее сердце биться быстрее.

Лиззи понимала, что ее потаенные желания являются греховными, что она не должна мечтать о любви с собственным дядей, который, к тому же, правит королевством, в обход ее собственного брата. Но, казалось, что чувства были во сто крат сильнее разума, и она бы никому в них никогда не призналась, даже на исповеди.

— Ты не должна об этом думать, — Ричард ласково провел ладонью с унизанными перстнями пальцами по щеке Лиззи. — Ты всегда будешь мне дорога.

Лиззи смущенно опустила глаза. Жена Ричарда — Анна Невилл, умерла после продолжительной болезни, хотя придворные шептались, что она была отравлена. Некоторые даже предполагали, что отравлена она была самим Ричардом, для того, чтобы он получил возможность жениться на своей прекрасной племяннице Елизавете.

Бросив взгляд за окно, Лиззи увидела, что лазоревое дневное небо уже успело окраситься в темно-синий, почти черный цвет, и несколько маленьких ярких звездочек вспыхнули в бескрайней темнеющей дали. Ричард пришел в ее покои под предлогом серьезного разговора, они были совсем одни и Лиззи вполне резонно опасалась, что ее репутация может оказаться под угрозой, ведь о них с королем уже ходили нехорошие слухи.

— Тебе нечего бояться этих олухов, я никогда не дам тебя в обиду, я сотру в пыль любого, кто посмеет причинить тебе вред, — будто почувствовав ее смятение, Ричард обнял ее и успокаивающе погладил по спине. — Я хотел бы поговорить о твоем будущем, Елизавета… Лиззи.

— О чем же, Ваше… Ричард? — Лиззи смутно почувствовала тревогу.

Она знала об обещании Ричарда выдать ее и ее сестер замуж за родовитых аристократов. Быть может, Ричард уже подыскал ей супруга?

— Вы желаете, чтобы я вышла замуж? — тихо спросила Лиззи.

— Желаю ли я, чтобы ты вышла замуж? , — беззлобно усмехнулся Ричард. — Пожалуй, желаю, — он провел рукой по ее золотистым распущенным волосам.

— За кого же… — Лиззи сжала ладонь в кулак, сердце забилось сильнее.

Именно сейчас, в эту минуту она окончательно поняла, что не желает быть на этом свете ни с кем… ни с кем, кроме него одного — Ричарда, ее дяди и короля.

— А за кого может выйти замуж самая прекрасная девушка королевства? Кто ей ровня? — отблески рыжего огня, пылающего в камине отражались в глубине его глаз.

— Я не знаю, Ваше Величество… — вздохнула Лиззи.

— Но я знаю, — улыбнулся Ричард. — Ты вновь зовешь меня Величеством. Забудь про это «Величество». Скоро ты станешь звать меня супругом.

— Вас?! — Лиззи показалось, что она ослышалась.

Неужто Ричард и впрямь хочет жениться на ней? Выходит, слухи были верны? Ричард тоже любит ее, как и она его? Может ли это быть правдой?

— Меня, моя Белая Принцесса, моя роза без шипов, — Ричард осторожно дотронулся до ее нежных губ своими, чуть обветренными губами, поцеловал осторожно и нежно, зная, что этот поцелуй был у Лиззи первым.

Ее голова закружилась, опьянение от губ Ричарда было слишком велико, чтобы противиться, происходящее казалось ей сном. Прекрасным, несбыточным сном.

— Сможем ли мы быть вместе? Вы — мой дядя, — прерывисто дыша, спросила Лиззи, когда Ричард наконец оторвался от ее губ.

— Не Вы, а ты, — поправил ее Ричард. — Я вырву разрешение из лап Папы, будь уверена в этом, моя роза. Мы будем вместе. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя… Ричард. — прошептала она.

Пристально посмотрев на Лиззи, Ричард поднял ее на руки и отнес на широкую кровать под бархатным балдахином. Она все поняла. Она не стала сопротивляться тому, что желал сделать Ричард и в этот миг она уже не стыдилась, ведь они все равно навсегда будут вместе. Она желала этого, и сама освободила себя от розового шелкового платья. Быстро раздевшись, Ричард присел рядом на кровать и нежно дотронулся до розового соска Лиззи, прильнул к нему губами, целовал ее шею, лицо, вновь приникал к груди и губам. Она провела рукой по его длинным русым волосам, по спине с искривленным позвоночником.

— Тебе не больно? — невольно спросила Лиззи, глядя на него блестящими синими глазами.

— Больно ли мне? — удивленно приподнял бровь Ричард. — Ах, ты об этом? Нет, мне не больно. Это не болит, мой ангел. Господь послал мне уродство, но не боль.

— Не говори так! — она порывисто поцеловала его в щеку. — Ты самый красивый на свете!

— Счастлив, что ты так думаешь, моя роза, — он накрыл ее разгоряченное тело своим и покрыл лицо торопливыми поцелуями.

Затем, чуть приподняв ее ноги, он развел их в стороны и медленно вошел в ее влажное нутро. Почувствовав боль, Лиззи закусила губу и крепче обняла Ричарда. Он начал двигаться осторожно и медленно, стараясь не причинить слишком сильную боль, а Лиззи, откинув голову на подушки, тихо застонала, но уже не от боли, а от сладкой истомы и тепла, разлившегося по всему телу. Поняв, что она больше не испытывает боли, Ричард стал двигаться быстрее и после нескольких последних резких толчков, достигнув блаженство, излился в неё горячим семенем. Отстранившись, Ричард прилёг рядом и, взяв её за руку, переплёл свои пальцы с её тонкими, чуть подрагивающими пальцами.

— Что теперь будет? — по щеке Лиззи невольно скатилась слеза.

Она была счастлива подарить свою невинность Ричарду, но мысли о будущем не могли не тревожить ее сердце.

— Все будет хорошо, мой ангел. — Ричард притянул Лиззи к себе и положил ее голову на свою влажную от капелек пота грудь. — Мы поженимся, ты подаришь мне наследника. Мы будем счастливы, верь мне.

— Я тебе верю.

Она знала, что Ричард ее не обманет.

Сидя за маленьким резным столиком, с вышиванием в руках, Лиззи в печальной задумчивости глядела в окно. Лазоревое дневное небо уже успело окраситься в темно-синий, почти черный цвет, и несколько маленьких ярких звездочек вспыхнули в бескрайней темнеющей дали. Где-то там, в темной небесной синеве ныне пребывал человек, которого она любила. Несомненно, он был уже там, на небесах. Она верила ему, а он не выполнил своего обещания. Но Ричард не обещал выжить в жестокой битве.

Ричард III-ий Йорк погиб в битве при Босворте, в Лестершире. В битве между войсками короля и страстно мечтающего сесть на трон Генриха Тюдора, графа Ричмонда, высадившегося в Уэльсе. Ричард со своим войском успел перехватить армию Генриха на Босвортском поле, к югу от города Лестершир, но несмотря на численное превосходство, на сей раз, удача отвернулась от него. Предательство сторонников, братьев лорда Томаса Стэнли и сэра Уильяма Стэнли, сделало победу невозможной. Атаковав отряд Ричарда, они перебили его охрану, а сам он был сброшен с коня и убит.