Страница 19 из 72
И вновь сработала чуйка.
Просто внезапная паника, животный страх, необъяснимый и беспощадный. Сердце забилось, как сумасшедшее, будто я сидел на рельсах, видел приближающийся поезд, но не мог сдвинуться с места.
— АЭЛЬ! — заорал я ей в ухо. — ОНО РЯДОМ!
— Кто⁈ — чуть повернула она голову.
— НЕ ЗНАЮ! НО ОНО РЯДОМ! МОЖЕТ ЕЩЁ ОДНА ТВАРЬ!!!
И она была где-то совсем близко, потому что моя чуйка включала сирену, когда до опасности можно было рукой дотянуться.
— Насколько рядом⁈ — оглядывалась Аэль, хотя тут даже голову дракона хрен разглядишь через такую пелену.
— ЗДЕСЬ! — рявкнул я, почувствовав, как ужас буквально коснулся шеи.
И Аэль отреагировала быстро.
Дракон сложил крылья и резко нырнул вниз и в сторону, уходя из-под возможного удара. Раскрыл крылья, сделал полукруг и обернулся, на мгновение зависнув на месте.
— Ты его чувствуешь⁈
— Да! — я крутил головой, пытаясь уловить тварь.
Аэль тем временем вновь начала пикировать вниз, пытаясь уйти по скорости. Да только чувство липкого ужаса не проходило. Он был рядом, а может, и не он один. Они преследовали нас и не собирались отпускать. А ещё…
А ещё у меня возникло странное чувство, что в этой снежной буре мы окончательно заблудились. Здесь не было видно ничего в ближайших трёх–пяти метрах, солнце не пробивалось, и ты висел в снежной пустоте. Сбиться легче лёгкого, и мы…
Чуйка завизжала.
— АЭЛЬ! — только и успел выкрикнуть я.
В следующее мгновение произошло две вещи. Первая — всадница среагировала на окрик молниеносно, резко дав в сторону. Вторая — огромное тёмное пятно промчалось прямо по правой стороне.
Даже сквозь снег я разглядел полуразложившийся бок твари, откуда виднелись торчащие рёбра, и огромные когти, которые лишь чиркнули по чешуе, высекая искры. Аэль тут же развернулась, обдав пламенем всю округу, но взгляд успел ухватить лишь тень, которая растаяла в снежной мгле.
А потом ещё одна атака. Мы вновь увернулись каким-то чудом, сложив крылья, увернулись, крутанувшись бочкой и плюнув в ответ огнём. Не достали. Зато я почувствовал, как выскальзываю из страховочных верёвок с такими кульбитами.
И пока те собирались заходить на второй заход, Аэль погнала дракона прочь. Здесь не было правильных вариантов. На земле тебя просто забьют с воздуха, огнём или пикированием, как сапсан. В воздухе тоже задерут. Сражаться против двух, кого ты не видишь — смерть. Ситуация, когда спасти могла только ошибка врага или побег.
И хуже того, что мы ориентировались хуже, чем те, кто в ней обитал. Единственный вариант — лететь. Лететь по ветру как можно быстрее и дальше в попытке оторваться.
И Аэль гнала. Я чувствовал, как мы мчимся прочь по ветру. А ещё я чувствовал, как я соскальзываю с гладкой спины дракона, и прижался к Аэль сзади, обхватив руками. На такой скорости тебя просто сдувало без шансов.
А потом начался второй заход тварей.
— АЭЛЬ! — я почувствовал раньше, чем увидел тень, и она резко нырнула вниз и вправо, просто доверившись мне. Мимо пролетела разлагающаяся туша.
Но едва мы успели опомниться, как нам в лоб устремился второй, и Аэль просто дала по тормозам. Как в тундре херанула воздушный тормоз, позволив врагу перелететь нас, и тут же вновь по газам, попытавшись достать его огнём. Пролетаем несколько метров, и снова на нас заходят.
Только в этот раз с драконом побороться попытался я.
Я уже и до этого касался сознания подобных тварей. Не в первый и не в последний раз, как говорится. С обычными драконами получалось законтачиться, тех, кто посложнее, удавалось ввести в лёгкий ступор, который сейчас мог бы спасти нам жизнь. И, глядя на то, как тварь приближается к нам, я решил испытать судьбу.
Получится — отлично, будет два дракона. Нет — я выиграю для нас время. Я сделал попытался законтачиться.
И в то же мгновение меня утянуло. Вот я сидел на спине дракона, цепляясь за Аэль из последних сил посреди бушующей бури, в лицо бил ветер, обжигая холодом глаза, а вот… темнота. Безграничная и полная темнота, будто в мире выключили весь свет за неуплату.
Я стоял посреди этой тьмы. Но даже здесь был просвет — вдали я видел маленький красный огонёк, словно далёкий свет костра или свечи. Едва я увидел её и заострил на ней внимание, как меня внезапно… перенесло. Просто перенесло — я стоял вдали, а вот уже буквально в метрах десяти от красного, как кровь, свечения.
Это было и пламя, и свечение, и… тень. Это была тень чего-то, которое отражалось во тьме. Я не мог объяснить, как понял, но это оно медленно обернулось ко мне, заставив почувствовать на себе взгляд чёрных, как сама тьма вокруг, глаз. Внимание ощущалось как нечто слизкое, холодное и липкое, проникающее в каждую пору и клетку, пропитывающее мышцы и даже кости, будто меня прощупывали насквозь.
Это была тень нечто более страшного, чем просто какого-то существа.
— Я чувствую тебя… — проскрежетал голос отовсюду. Это был и шёпот безумца, и визг тысячи людей в агонии, и скрежет того, что пыталось выговорить человеческие слова. — Я чувствую тебя…
И я почувствовал, как ко мне тянутся.
Если до этого было просто страшно до дрожи в коленках, то сейчас я беззвучно визжал от ужаса, который в одночасье нахлынул. Я не мог ни бежать, ни двигаться, лишь с ужасом наблюдать приближение чего-то.
Это был конец. Его касание было не просто смертью, оно было нечто более страшным, нечто тем, что человек не мог ни понять, ни осознать.
Это был первородный ужас, отец всего кошмара, что только можно и нельзя было вообразить. И оно было рядом. Оно тянулось тенями, щупальцами, когтями, чтобы выжрать душу (в этом я даже не сомневался, просто знал), а потом…
Внезапно во тьму ворвался воющий ветер вместе со снегом, и тьма ушла.
Я с шумом вздохнул всей грудью через рот и закашлялся от холодного ветра и снега, попавшего в горло. Моя несчастная тушка была вновь здесь, в этом мире, вдали от того, чего бы я предпочёл не знать.
Я лежал хлебалом в снег, от которого меня отделяло закрытое забрало. Уперевшись руками в землю, я осторожно встал сначала на четвереньки, а потом и на колени, чтобы оглядеться. Вокруг до сих пор бушевала снежная буря, окружив меня сплошной стеной снега и создавая ложное чувство, будто я находился в комнате.
Это круто, что я жив, конечно, но…
Я полез рукой и вытащил наружу амулет-парашют, как я назвал его. По нему сейчас шла хорошо заметная трещина, которая нетонко намекала, что своё он отработал на ура.
Я поднял голову вверх, но ничего не увидел.
Значит, всё-таки свалился с дракона? Сорвался-таки вниз? Я помню, как цеплялся за Аэль на драконе, пока меня не накрыло наваждением, а потом… даже вспоминать не хочу. Сейчас я был здесь, в снежной буре, а меня всё равно начинало трясти от того, что я там встретил. Можно было списать на глюки, конечно, всё это…
Но тихий голос в душе шептал, что меня заметили. А вот кто или что, знать, конечно, не хотелось.
Но ладно, в жопу и нахер всё это, сейчас были куда более насущные вопросы: как и что делать. Я специально два раза выделил «что делать», потому что именно в этот вопрос всё и упиралось. Моё спрятанное в консерве тело сейчас было посреди вьюги без конца и края, где невозможно было определить ни направления, ни даже времени.
А ещё я потерял Аэль. Где она? Хочу верить, что болтушку не съели, но с теми тварями, которых удалось уложить аж вдвоём, шансы стремились к нулю.
Словно в ответ на вопрос, где искать, я увидел огненную вспышку в небе, будто там наверху что-то взорвалось. Один раз, второй, третий, и… пламя опустилось по мою левую руку.