Страница 38 из 75
Час в компании весёлых кузин, рассказывающих про свои проделки в детстве, прошел почти незаметно. Всё те же Марта с Гертрудой с разрешения дам впорхнули в комнату и спросили, готовы ли дамы принять модистку. Глаза Изавеллы и Элеры загорелись устрашающий энтузиазмом, они даже потерли ладошки в предвкушении, и Лара поняла, что сейчас её ждет нечто жуткое.
Уже рез пять минут в комнату вплыла женщина средних лет, красивая брюнетка, в очень элегантном бардовом платье. Что-то в её облике и запахе показалось Ларе знакомым, но мысль тут же ускользнула, когда госпожа Валуна, а именно так звали модистку, проявила свою бытовую магию. За модисткой в комнату вошли две девушки, за которыми вплыли по воздуху ширма и три больших сундука. Один взмах руки, и из открывшихся сундуков взмыли ввысь и закружились под потолком лоскуты тканей, ленты и готовые платья. Зазвучала лёгкая ненавязчивая музыка: видимо госпожа Валуна носила с собой музыкальный артефакт – вещь дорогую, но вмещающую в себя всего лишь пару несложных мелодий. Однако, леди он повеселил.
Госпожа сразу оценила, что главные здесь Изавелла и Элера. Она очень вежливо общалась с Ларой, но обходя вокруг стоящей в центре комнаты Лару кругами, словно сокол, оценивающий добычу, говорила с кузинами. Лара скептически смотрела на всё это, понимая, что не с её вкусом и знаниями моды, что-либо возражать.
- Оттенок должен оттенять… нет, кожа аристократически бледная и волосы светлые…
Лара чуть не рассмеялась. Вот уж не подумала она, что её кожа, практически три года не видевшая солнечного света, подпадёт под определение «аристократическая». Дамы говорили на каком-то своём, еще непонятном ей языке, и Лара в какой-то момент выпала из реальности. Кажется, кузины с модисткой говорили что-то про цвета, используя странные названия «розовый рассвет», «пыльная роза», «голубая надежда» и что-то совсем непонятное. В это время помощницы модистки мерной лентой измеряли её объемы сквозь халат. Также девушки старались компенсировать невнимание госпожи Валуны и предлагали ей то чай, то воду, то закуски.
- А что насчет этих кружев? И глубокий вырез… и открытые плечи… – задал кто-то вопрос, и тут уже вмешалась Лара.
- Никаких кружев, – резко и холодно бросила она, – Никаких открытых плеч. Длинное без разрезов наглухо закрытое платье с высоким воротником.
- Но леди! – начала возмущаться модистка.
Лара по-своему резко прервала все возражения, быстро сбросив халат. Она не стеснялась своей наготы. Она уже устала, этот салон измотал её больше, чем день тренировки перед боями. Сейчас Лара уже готова была завернуться в любой лоскут ткани и поехать домой.
Её шрамы произвели именно то впечатление, которое она хотела произвести. Помощницы модистки ахнули, кузины стали непривычно серьезными. А модистка как-то по-другому посмотрела на стоящую перед ней леди. По её указанию халат поднялся в воздухе и снова оказался на плечах Лары. Госпожа Валуна утратила всю свою жеманность и серьезно произнесла:
- Никаких вырезов. Высокий воротник. Длинные рукава. Без корсета, его заменим на плотные вставки, расширяющееся снизу. У Вас широкие плечи, но тонкая талия, поэтому мы визуально уменьшим плечи вышивкой и вставками из ткани другого цвета.
Теперь она говорила с Ларой. До этого девушка слышала, что кузины заказывают для неё бельё, два платья и дорожный костюм. Лара в очень четко, тоном, не допускающим возражений, внесла корректировки. Модистка теперь же отвлеклась на готовые изделия. Помощницы провели Лару за ширму (хотя зачем это надо было делать, если Лара только что оголялась?), и подали её бежевые кружевные панталончики и сорочку-камисоль из такой же ткани. Девушка надевала бельё очень осторожно, боясь порвать тончайшую ткань. Когда ей подали ажурные чулки, Лара чуть не взвыла. Успокоилась только когда поняла, что на чулки наложены легкие бытовые чары, делающие их плотными и тёплыми.
… Первое платье, из тончайшего шелка цвета слоновой кости, скользнуло по телу, словно утренний туман. Госпожа Валуна, склонившись, скрупулезно изучала каждую складку, каждый шов. «Немного убрать здесь, добавить объем здесь…» – бормотала она, прикалывая ткань булавками с жемчужными головками. Лара почувствовала себя одновременно и куклой, и произведением искусства, рождающимся под умелыми руками художницы. Когда госпожа закончила с платьем, магически подогнав его по фигуре, ширма отъехала в сторону, и кузины в восторге ахнули, синхронно прижав руки к груди. Кстати, пока модистка колдовала над Ларой, они уже переоделись, что говорило о скором завершении их пребывания в салоне.
В комнате также появился новый предмет, которого не было раньше – большое зеркало в рост.
Лара уставилась в отражение. Она не узнавала себя. Она увидела в отражении незнакомку – уверенную, соблазнительную женщину. Госпожа Валуна, наблюдая за ее реакцией, одобрительно кивнула. Волосы были аккуратно подрезаны и теперь красивой «шапочкой» спускались на плечи. Челка и локоны, уложенные вокруг лица, смягчали черты. Кажется, куафер все-таки применила какую-то магию, которую Лара не уловила, и которая почему-то подействовала на неё (при её-то плохой восприимчивости к магии) – волосы стали чуть длиннее. Морщины разгладились, кожа посвежела и засияла, и теперь Лара выглядела на свой возраст. После качественного массажа она перестала горбиться.
Фигура… Боги, да три года назад Лара бы душу продала за такую фигуру: четкая линия плеч, тонкая талия, крутые бёдра, высокая грудь. Ткань платья скрыла шрамы и рельеф мышц.
Вот только цена, которой досталось такие формы, была непомерной.
Второе платье, из бархата глубокого лавандового оттенка, было совершенно иным. Более светлы верх переходил в темный оттенок. Платье скрывало всё, и при этом не облегало фигуру, подчеркивая каждый изгиб, когда Лара двигалась.
— Вот оно! Ваше платье.
Лара не могла не признать, что очень хорошо выглядит. И вместе с тем снова всплыл вопрос: а для чего её так «упаковывают»?
Дальше дело пошло совсем быстро: два простых домашних платья, пару комплектов белья… И мадам Валуна покинула их, обещав прислать еще пару платьев на днях. Но не успела Лара перевести дух, как в комнату вплыл коренастый мужчина невысокого роста – обувных дел мастер. Лара только возблагодарила Богов, что переоделась в одно из домашних платьев. Но тут все пошло очень быстро: ей предложили несколько пар уже готовых сапог и туфель, которые просто подогнали по её ноге при помощи магии.
Лара чувствовала, что уже вымоталась, как никогда ранее. Изавелла и Элера же, наоборот, выглядели воодушевленно, их глаза горели, а щеки разрумянились. Когда девушки сообщили, что шубку ей привезут готовую, и не надо выбирать, Лара чуть ли не расплакалась от счастья. Наконец-то эта пытка примерками закончилась. Лара хотела есть и спать. Судя по всему, кузины перехватили голодный взгляд девушки, поэтому заверили её, что сейчас они поужинают в ресторации при салоне и тут поедут домой.
Выйдя из салона, они погрузились в карету, которая дожидалась их. Утомлённая Лара, заговорила первой, читая невысказанные вопросы на красивых лицах кузин:
- Мои шрамы… Они получены от оружия из торгия, поэтому не сходят полностью. Я участвовала в боях бе правил. Точнее, я была рабыней, которую заставляли драться… Три месяца назад во время облавы у меня получилось сбежать. Это всё, – тоном, не терпящим возражений, завершила она.
Кузины кивнули, и, хвала Богам, уже не переспрашивали.
Ехали недолго. Лара молчала, слушая, как кузины говорят о планах на завтрашний день. Они предложили на выбор погулять по городу или остаться в поместье. Лара ответила что-то неопределенное, сославшись на изменчивость зимней погоды. Сейчас она думала о том, что они едут в дорогое заведение для привилегированных. А это значит, что на неё в любом случае буду глазеть завсегдатаи, как на некую диковинку. Вряд ли кузины подумали про это, ведь для них такое завершение дня естественно. Лара же опять вспоминала всё, что покойная матушка вдалбливала ей в детстве: как себя вести, как правильно есть… За короткое время поездки, Лара пережила в себе бурю эмоций: от паники, до «да кого я тут любила». Когда карета остановилась, Лара выходила, гордо подняв голову, с мыслью «эти рафинированные снобы не стоят даже моей сопли».