Страница 25 из 75
По пусти маги расспрашивали Лару про туннели, про бои, да и про всё, что творилось тут. Девушка не видела смысла молчать. Она рассказывала всё без утайки, и про хозяев, и про бои, и про камеры и клетки, и про «профессора», и про то, как оказалась здесь. Она уже отвыкла от общения с другими существами, кроме Сулима. К этим сущам у Лары не было доверия, но появилась робкая надежда, что маги всё-таки спасут тех, кто оказался в этих пещерах по воле злого рока, также как и она сама.
В какой-то момент Лара поняла, что вокруг как-то непривычно. Обычно она чувствовала хоть какую-то магию, или иную силу. Но сейчас… Все звуки словно отсекли… Даже торгий не фонил. Она повела носом из стороны в сторону и сказала:
- Странно, я не чую ни одной магической ловушки.
Красавец-маг (вроде, сканер) нахмурился и тихо проговорил:
- А их тут и нет… Я не могу определить.
Один из магов тут же подтвердил это. Никто даже и не подумал, что надо остановиться, но продвигаться стали осторожнее. Лара двигалась первой, указывая направление. Здесь всё было знакомо ей: запахи, камни, как отражается эхо, как поблескивает этот проклятый Богами торгий. Оборотница периодически оглядывалась, проверяя, идут ли маги за ней. Её бесила необходимость такой медлительности. Чуткие уши слышали перешептывания магов, различали обрывки слов. Кажется, эти сущи ей не доверяли. Ну и ладно, она сейчас с ними только потому, что появилась возможность спасти таких же как она. Да, не так давно она бы, возможно спокойно прошла мимо их клеток, когда они бранились… Но не сейчас… не сейчас.
Когда Лара привела их в пещеру с клетками новичков, феникс не сдержала эмоций.
- Где-то тридцать… – прошептала она.
Медведица кивнула. Ей сейчас не было дела до чувств женщины. Сейчас Лару больше волновало то, что все клетки были распахнуты, и не наблюдалось ни одного суща. В плохо проветриваемой пещере всё еще стоял запах нечистот и грязных тел, но ни одного их них Лара не видела. Ну не могли же всех распродать?
У Лары что-то спросили, девушка, занятая своими мыслями, не разобрала, что, но правильно угадав, всё-таки ответила:
- Здесь основном содержались сущи перед рассортировкой или перед боями. Ну или те, которых надо было отделить. Там дальше еще три пещеры.
В это время красавчик-сканер сделал знак остановиться, сказав, что впереди разумные существа, но чувствуются они как-то странно. Словно они все спят, или как умственно отсталые. Дальше шли очень осторожно, решив, что для начала они просто разведают обстановку. А там уже, в случае опасности повернут назад, дожидаясь помощи стражи.
Пещера эта была плохо освещена, поэтому, даже через прутья клеток плохо просматривалась противоположная стена, да и путь впереди… Но стоило им одолеть десяток метров, и впереди, между двумя сдвинутыми клетками, они увидели светлое пятно на проходе.
То, что впереди чей-то труп, Лара учуяла сразу. Только запах был другой – столь непривычный ей запах чистого тела, который обычно был только у «гостей». Даже наёмники начинали попахивать, напитавшись местным спертым воздухом и царящими в нем не самыми приятными ароматами. Так что медведица позволила магам пройти вперед. Невысокий рыжий маг склонился над телом и произвел какие-то манипуляции руками.
- Это Лейси. Ей уже не помочь.
Тихий всхлип феникс подтвердил, что эта Лейси была знакома всем, кроме медведицы. Обернувшись, Лара увидела, как женщина побледнела. Она стояла, прижав ладони ко рту, чтобы заглушить рвущийся наружу плач. Кто бы не была эта Лейси, но маги явно также были расстроены. Красавец брюнет обнял феникс за плечи, успокаивая. Лара смутилась, словно подглядывала сейчас за чем-то очень личным. Она так давно не видела таких проявлений нежности и заботы, что совсем отвыкла от них. Стало немного завидно, видя на такое проявление человечности. Да и, судя по взгляду брюнета, и блеснувшим брачным браслетам, эти двое были более чем близки… Медведица прижала уши, не жалея слушать нежности, которые мужчина шептал своей возлюбленной…
И в это же время оборотница почувствовала приближение магической волны. Девушка прыгнула вперед, выйдя на передний план, припала на передние лапы и угрожающе зарычала. Одновременно среагировали и маги, стеной став перед феникс, а брюнет в это же время задвинул жену за свою спину.
За медведицей вспыхнули магические светильники. Торгий делал их свет несколько нестабильным и бледным, но даже их бледного света хватило для того, чтобы различить что-то странное, темное… Как будто дым поднялся стеной, клубясь и стараясь завоевать всё пространство, но при этом не было запаха гари. Очень быстро в дыме стали проявляться проплешины, пропуская…
Сердце Лары бешено застучало, словно хотело прорвать грудную клетку.
Этого не могло быть!
Это неправда!
Душа медведицы скорчилась от боли, практически проявившись на физическом плане.
Её недруги. Её соперники. Те, с кем она сражалась. Те, с кем она перебранивалась. Те, с кем она язвила и шутила. Те, кого она сейчас хотела спасти…
Сейчас они появлялись из дыма, сгорбленные, с пустыми выезженными глазницами, с оскалившимися пастями на полутрансформированных полумордах. Позади оборотней шли люди, но черты их лица стали какими-то чрезмерно одутловатыми, словно и не были они людьми. Тренированные бойцы, пленники неведомых хозяев. Их тела уродовали шрамы, а одеждой им служили кожаные набедренные повязки. В основном это были мужчины. Но было там и две или три женщины. Лара ранее их не видела. Лица всех этих сущей были искривлены такой беспросветной злобой, что узнать изначальные черты было крайне тяжело. Но не Ларе. Некоторыхх она узнавала по тем самым шрамам, многие из которых поставила она сама. Они скалили пасти, обнажая удлинившиеся клыки, выдающие их оборотничью сущность.
Судя по жутким пустым провалам, ранее называемых глазами, а сейчас заполненным только клубящейся тьмой, вряд ли они могли называться разумными. Движения их были ломанными, неровными.
- Корра… она одновременно разделилась на них всех, – проговорила феникс.
- У них выжгли разум! Это только оболочки… Я больше не чувствую… – потрясённо сказал брюнет.
Лара поняла, что это всё сотворила та жуткая тварь, которая не так давно пыталась управлять ею, но почему-то не смогла. Но ребята… Её собратья по несчастью… Медведица снова зарычала, выплескивая свою злость на неведомого врага. У этого врага не было тела, не было оболочки. Лара не могла снести ему голову мощным ударом, или порвать клыками горло, пустив горячую кровь. Это был страшный крик, наполненный горем и отчаянием. Словно она оплакивала всех, кого знала ранее. Её крик быстро оборвался, она словно захлебнулась своим горем, поняв, что одержимыхпервородной тьмой, уже не спасти. Лара первой бросилась вперед, когда вышедший из тьмы сущ с угрожающим рычанием стал оборачиваться. О, она помнила его. Наг. Достаточно сильный, чтобы представлять опасность. Когда-то они стояли в паре на тренировочном поле. Он шутил и не хитрил… Свой оборот он так и не закончил, так как оборотница, не раздумывая, не тратя время на сантименты, молниеносно снесла ему голову ударом лапы.
- Назад! Маги, строим стену! – проорал дракон.
Лара не слушала его. Она крушила одержимых, не разбираясь, кто рядом. Теперь это были не её друзья по несчастью. Нет. В них не было ничего от них. Даже запах изменился, стал отдавать тленом, словно и не час или больше они мертвы, а несколько дней. Теперь медведица видела в них ту самую долбанутую Корру, будь она трижды проклята в посмертии. Краем уха, она слышала, как дракон отдает команды. Он понял, что одержимых не спасти, и, не желая рисковать своими подчиненными, решился уничтожить их драконьим огнём. Однако, он не был уверен, что сможет тем самым уничтожить саму Корру.