Поцелованный огнем

- Ну, впереди ещё суды, но контракт разорван без отступных, насчет видео заключено соглашение, так что аминь, больше никакой конспирации, - тянусь, чтобы чмокнуть подругу в щеку, стараясь не испачкать ее мукой.

- А что у тебя за кипишь тут?

- Медитирую, - возвращаюсь к замешиванию теста и поясняю. - Оля прилетит скоро, а на ужин я пригласила Богдана, так что сама понимаешь…

- Ого, - присвистывает подруга, располагаясь на барном стуле. - Решила одним выстрелом всех зайцев?

- Да, но ощущение, что я и есть зайцы, - иронизирую с тяжелым вздохом. Сказать, что волнуюсь - не сказать ничего. Как все пройдет? Даже представить страшно, но я больше не хочу скрывать свои отношения и находиться в подвешенном состоянии относительно того примут ли дети мой выбор или нет. Хочется расставить для них и для себя самой все точки над “ё”.

- Не боись, все правильно. В конце концов, сколько можно тянуть? - одобрительно отзывается Надя, отчего становиться пусть и совсем чуть-чуть, но легче.

Киваю и в свою очередь спрашиваю:

- Ты как? Что нового?

После того, как я улетела на Гавайи, мы не виделись, а по приезде скопилось куча дел: то ресторан требовал моего внимания, то планы на фонд подкидывали суеты, то стройку на острове нужно было проконтролировать, так как в планировку Богдан внес свои изменения, плюс вся эта свистопляска с Ли Роем держала в диком напряжении, поэтому было совершенно не до дружеских посиделок, хоть мы и созванивались, но это, конечно, такое… из разряда “Ты нормально? И я нормально”.

- Нового - полный гардероб из последних коллекций, я отлично провела время на недели моды в Париже, - по-хозяйски достав себе бокал и штопор, подходит, Надя к винному шкафу и задумчиво начинает перебирать бутылки. Остановившись на Бордоском “Шато Марго” девяносто первого года, она возвращается за барную стойку и продолжает рассказывать, как провела последние недели. - Ездила к сыну, познакомилась с его очередной девушкой.

- О, и как? - тяну насмешливо, заранее зная ответ.

- Ты и так уже все поняла, - с улыбкой отмахивается Надя, смакуя вино. Хмыкнув, иду мыть руки, думая о том, что мне вскоре тоже, похоже, предстоит такое знакомство. Непроходящие засосы на шее Дениса так и кричат: “Мамочка, твой сыночка-корзиночка уже вырос, готовься отойти в сторону”. И не то, чтобы я была против, но нельзя же так шею уродовать парню!

- А ещё я рассталась с Анри, - объявляет тем временем Надя с таким торжественным видом, будто тост произносит.

- А что так? - не столько удивляюсь, сколько поддерживаю разговор. В долгосрочную перспективу их отношений я изначально не верила, слишком уж они полярные люди.

- Тот, кто не умеет заставлять видеть звезды по ночам, не сможет заставить видеть перспективы на будущее днем, - глубокомысленно изрекает Монастырская, вызывая у меня смешок. - Ничего смешного. Скажи спасибо, что тебя миновала чаша сия, а то бы лежала под ним и засыпала.

- Зато выспалась бы.

- В общем, я решила не тратить ни его, ни свое время и поискать другие варианты. У твоего Богдана как там с друзьями? Есть кто-нибудь интересный? Хочется, знаешь, драйва, веселья, куража, чтоб вот также сиять, как ты и выглядеть залюбленной в край.

- Ой, Надька, ты неисправима, - смеюсь, качая головой и, достав картофель, принимаюсь готовить начинку для пирога.

- А чего мне исправляться? Я и так прекрасна.

С этим не поспоришь, подруга шикарна. И честно говоря, если бы она завела отношения с молодым парнем это не казалось бы мне странным, а очень даже органичным.

Спрашивается, а чего тогда себя чуть не сожрала? Но, это, конечно, вопрос риторический. Натура такая - зашуганная, неуверенная в себе, ограниченная вбитыми с детства бесконечными “так не делается”. Но не зря говорят, нет худа без добра, теперь эти оковы под гнетом понимания, что завтра может не наступить вовсе, спадают, и Господи, так легко дышится, что ощущение, будто болела я тогда, проживая не свою жизнь, а отнюдь не сейчас.

- Так что там с друзьями? Красавин твой, между прочим, должен мне за адрес.

- Вот с него и спрашивай. А я пока не то, что с друзьями не знакома, я его самого за эти недели от силы видела раза четыре и то урывками, чтоб этот мудак не спалил.

- Ну ничего, сейчас наверстаете, - с недвусмысленной улыбочкой поигрывает она бровями, вызывая у меня желание закатить глаза и вместе с тем тяжелый вздох.

- Угу.

- Что-то не слышу энтузиазма в голосе. Что опять? - нахмурившись, устремляет подруга на меня пристальный взгляд, а я не знаю, хочу ли поделиться своими переживаниями. Но, наверное, стоит, чтобы не так сильно давило.

- Боюсь, - пожав плечами, вновь вздыхаю тяжело. Все эти недели я как-то не задумывалась над этой стороной жизни, не до того было. А сегодня, когда пригласила на ужин, вдруг поняла, что пора, и как накатило.

Что, если будет неприятно, больно да вообще ничего не получится?

- Милая моя, у него есть язык и пальцы, а у тебя - рот с задницей, так что необязательно со старта в омут с головой. Начните потихоньку…

- Да я понимаю, - отмахиваюсь, прокрутив в голове и без нее все варианты, - просто… не знаю, меня смущает отсутствие волос, вдруг ему будет не комфортно.…

- Лара, прекрати, пока не получила у меня! - тут же рычит Надька. - Он не кота в мешке брал, видел все, так что это уже не твоя проблема - встанет у него или нет. Да и с чего бы нет-то? Он молод, ты - прекрасно выглядишь, одни сиськи чего стоят. Подтянутая, спортивная, ухоженная, а главное - парень от тебя без ума. Господи, ты бы его видела, когда он ко мне примчалась узнавать, где ты. Я думала, он из меня душу вытрясет. Когда мужик так горит бабой, поверь мне, волосы - дело десятое.

- Угу, только любовь и влечения не одно и то же. Вот, представь, делаю я ему минет, он забывается и хочет зарыться мне в волосы, а там ни хрена. И все, считай, приплыли, - делюсь доканавшей меня картинкой, с которой, собственно, и начался мой мандраж.

68. Лариса

- Ну, и не страшно, - пожимает Надя плечами, словно ерунду ей какую-то рассказываю. - Что у тебя ни разу секс не обламывался? Тоже мне проблема.

Она закатывает глаза, а мне хочется раздраженно втянуть воздух. Обламывался, конечно. У нас с Долговым что ни секс - то облом был. Но мне тогда и на Долгова, и на секс с ним было глубоко фиолетово, а теперь…

- Я умру от неловкости, Надя-я.

- Не умрешь, наденешь в следующий раз парик, если он такой нежный мальчик и отсосешь ему по высшему разряду, чтоб забыл ни то, что про волосы, а про мать родную. И вуаля.

Надя опрокидывает остатки вина, а из меня рвется неловкий смех.

- Боже, чувствую себя девственницей накануне первой ночи с мужиком! О чем мы вообще говорим? - качаю головой, смущаясь своей излишней откровенности.

- О, жизни, Прохода, о жизни, так что кончай краснеть, - как всегда и бровью не ведет Надя. - Когда он, кстати, собирается объявить о расставании со своей свиристелкой?

- В конце недели.

- Ну, вот. Ради тебя - лысой без раздумий бросают секс-символов. Какие ещё доводы тебе нужны?

Да в целом и доводы уже не нужны, я больше не сомневаюсь, знаю, что Богдан любит, знаю, что хочет, я и сама хочу, но волноваться это не мешает. Однако поддержка Монастырской все же помогает немного выдохнуть и справиться с нервозностью.

В конце концов, подруга права: не получится в первый раз, есть второй. Да, будет неловко и ударом по гордости, но, как говорится, жизнь может испытать тебя раком, но не поставить.

Приезд дочери и вовсе смещает фокус моих переживаний. Приходится успокаивать ее истерику и заверять, что я ещё пока не собираюсь на тот свет. Мы сидим в гостиной на диване в обнимку. Несмотря на все “но”, не могу надышаться моей девочкой. Я так по ней соскучилась….