Поцелованный огнем

- Скажешь, он тут не причем?

- Не скажу! Я действительно обратила внимание на тебя из-за сходства, но искать ему замену! Ты издеваешься?! - повышаю голос. - Я, по-твоему, совсем идиотка?!

- Нет, но, будем откровенны, ты - женщина с большими странностями, хрен угадаешь, что у тебя в голове, - разводит он руками, мол, без обид. А мне все равно обидно, ибо уж эта предъява совершенно несправедлива.

- У меня в голове ты! - чеканю, прожигая его взбешенным взглядом, но тут же беру себя в руки, ибо сама виновата, поэтому, сглотнув тяжело, решаюсь, наконец, расставить точки над «ё». - Слушай… Я знаю, что вела себя, как сука, и ты совершенно не заслужил того отношения, которое я демонстрировала. Прости меня! Я хочу, чтобы ты знал, ты - самый невероятный мужчина в моей жизни: чуткий, честный, искренний, настоящий. Единственный, кто относился ко мне с таким трепетом и нежностью. Каким бы не было внешнее сходство с моим бывшим мужем, ты совершенно не похож на него, и именно поэтому я… я пропала в тебе. Да, поначалу меня это пугало, я боролась с собой, не верила, не доверяла, просто потому что всегда сомневаюсь в себе, в людях. Я принимала твои знаки внимания, не понимая, что они на самом деле для меня значат. Ты делал то и это… И я все больше, и больше проникалась, не в силах оставаться равнодушной, ибо никто в этом мире не относился ко мне с такой заботой. Никто не давал мне такого глубокого понимания того, что мужчина может завершать меня, что его присутствие может увеличивать мое собственное. С тобой я почувствовала свободу быть просто такой, какая я есть, и это так ошеломило… Поэтому, вопреки всем сложностям и страхам, я здесь. Я позволила себе тебя. Именно тебя! И впервые поверила. Понимаешь, я поверила, хоть мне до ужаса страшно разочароваться?!

Всхлипнув, стираю подступившие слёзы и хочу отвернуться, но Богдан не позволяет. Притягивает меня к себе и, касаясь губами моего лба, шепчет:

- Прости. Я не хотел устраивать цирк у тебя дома, да и здесь тоже, просто это тяжело, когда ни хрена не понятно.

- Ничего, я понимаю, - шмыгнув носом, лащусь, словно кошка, к его ладони, нежно стирающей слёзы с моих щек. - Просто пообещай, что больше не будешь манипулировать мной через мою семью.

Я ожидала мгновенного согласия, но не тут-то было…

- Если пообещаешь, что больше не будешь бросать меня без внятных объяснений и причин, - заявляет Богдан, заставляя меня приподняться и вперить в него обалдевший взгляд.

- Ты в курсе, что это тоже манипуляция?

- А ты в курсе, что я чуть с ума не сошел без тебя?

Меня пробирает дрожь от его пронзительного взгляда, и я не знаю, что сказать, кроме, как перевести все в шутку.

- Не выдумывай, - выдыхаю со смешком. - Нет у тебя никакого ума. Был бы, куролесил себе дальше, а не таскался за проблемной теткой.

Я рассчитывала, что он начнет заверять, что никакая я не тетка, дабы подловить на том, чем тетки ему не угодили, но Богдан Красавин, как всегда, на шаг впереди.

- Я буду таскаться за тобой, будь ты хоть теткой, хоть бабкой, хоть кем.

- Так и знала, то ты - извращенец.

- Однолюб, дроля, просто однолюб.

Ну, вот как его, прикажете, не любить?

Люблю, люблю, люблю - повторяю про себя и целую, расплываясь в счастливой улыбке, как дура. Боже, мне так хорошо!

- Так что насчет обещания? - выдыхаю ему в губы.

- А я его разве услышал? - подмигнув, улыбается этот гад, за что получает тычок под ребра.

- Я ведь могу прямо сейчас дать внятные объяснения и причины, - язвлю со смешком.

- Ну, и кто из нас манипулятор? - прилетает мне заслуженно.

Вновь хочу ткнуть его локтем, но Богдан скручивает меня, и у нас завязывается борьба, перерастающая в очередное жадно, ненасытное безумие, под конец которого мы-таки даем друг другу те самые обещания, уверенные, что ничто не помешает их исполнить.

18. Лариса

- Дроля-я, - ласково зовет меня Богдан, поглаживая по спине.

- Ммм? Ещё чуть-чуть посижу, - отзываюсь обессиленно, не в состоянии даже глаза открыть, не то, что пошевелиться.

Это был третий раз в этой гребанной машине, и меня размазало до состояния безвольного желе. Я уже даже не чувствую боли в стертых коленях и ушибленных ни раз локтях, тошнит только немного и голова кружится, но это мое привычное состояние, с которым надо по идеи что-то делать…

- Детка, я не против остаться в тебе хоть на всю жизнь, - насмешливо шепчет Красавин, ведя носом по моей щеке. - Так вкусно пахнешь.

Он втягивает с шумом мой запах и с чувством касается губами моей скулы, а я чувствую, как член вновь крепнет внутри меня, и понимаю, что четвертый раунд просто-напросто не осилю.

- Даже не думай, - наплевав на всякую грацию, перелезаю торопливо на сидение подальше и от смущения даже заставляю себя натянуть лиф платья.

- Что такое? - смеётся Богдан.

- Ты ещё спрашиваешь? С твоими аппетитами от меня ничего не останется.

- Кстати, об этом, - посерьезнев вдруг, тянет Красавин. - Ты очень сильно похудела и вообще… Все нормально?

Что ж, похоже, покой мне сегодня даже не приснится, но зато хоть взбодрилась моментально.

Интересно, если я сейчас объявлю о возможной беременности, Богдан обрадуется или, несмотря на чувства, он пока не готов?

Я-то вот точно не готова, хотя на уровне розовой ваты и каких-то необъяснимых инстинктов очень хочется малыша с горечавковыми глазами моего мальчика и его широкой, мальчишеской улыбкой.

Каким бы он стал отцом? Строгим, авторитарным или своим в доску? Впрочем, каким бы не был, я уверена, он будет безумно любить нашего ребенка.

«Нашего ребенка» - от одной лишь фразы все внутри сжимается в волнительный жгут, и в то же время так страшно становится.

Как это вообще будет? К чему приведет? Поймут ли меня дети? Как сложатся наши отношения с Богданом? Да и сложатся ли вообще? Насколько его хватит? Он ведь так молод, а я после беременности в таком возрасте вряд ли смогу вернуть былую форму. Его нынешнее «и вообще» уже звучит, как упрек. А когда страсть схлынет, и он увидит все эти послеродовые прелести на контрасте с моделями и прочими молодухами, что постоянно окружают его, что тогда? Я вновь останусь одна с ребенком на руках и разбитым сердцем или ещё хуже - с молодым мужем и его жалостью с запахом разлюбленности и очередных измен?

Знаю, меня несет, но я не могу не думать об этом, хотя, конечно, стоило задать себе эти вопросы ещё в Москве, а после выпить что-нибудь из разряда экстренной контрацепции, но теперь уж что?

Только принимать какое-то решение, а уж потом, возможно, сообщить о нем Богдану, если, конечно, в этом будет какой-то смысл. И пусть это кажется несправедливым, но я на собственном опыте убедилась, дети после развода - всегда ответственность женщины. Алименты и поездочки на выходные - это, конечно, хорошо, но, как говорится, легко быть героем один день, быть порядочным человеком ежедневно - куда сложнее.

Воспитывать детей в ежедневном режиме, видеть их в разных настроениях, состояниях, возрасте, искать подход, ругаться с ними, терпеть их переходный период, хамство, бунт, переживать, ночами не спать, прощать, делать для них тысячу вещей - несопоставимо с обязанностями воскресного отца, как бы он ни старался компенсировать свое отсутствие деньгами. Поэтому, я считаю, что имею полное право принимать решение единолично, ибо это мне потом тянуть лямку родительства до самого конца.

Вот только, как принять решение, когда на одной чаше весов разумные доводы и закономерные страхи, а на другой - неизбывное бабское желание родить ребёнка от любимого мужчины, закупорив любовь к нему в поколениях, как бы высокопарно и пафосно это ни звучало?