Страница 61 из 93
— Не знаю, — пожала плечами Юджа. — Так устроен мир. Может, это часть Пути. Может, богам так нужно. Но факт остаётся фактом: две деревни в одном Круге не живут.
Она помолчала, глядя на звёзды, на уходящую из поля зрения точку орбитальной станции, а потом спросила:
— Ты в курсе, что случилось с Первой Базой?
Я кивнул.
— Конечно. Они погибли от тварей из леса. Все так говорят.
Юджа усмехнулась. Коротко, зло, без тени веселья.
— Не от тварей, Ган. От аборигенов.
Я замер.
— Что?
— Первую Базу поставили в Третьем круге. Всё было хорошо почти месяц. А потом в одну ночь пришли они. Жители ближайшей деревни. И вырезали всех.
— Но как? — я не верил своим ушам. — Там же были космодесантники! Вооружённые, обученные! Киберы, в конце концов. Они настроены защищать нас… — я вспомнил удар, падение в болото и не стал развивать тему, ох, чую не просто так там всё было. — Но как местные с копьями могли…
— Магия, — перебила Юджа. — Они использовали магию. Наши бластеры против их заклинаний — как детские игрушки. Они просто… стёрли базу. За несколько часов.
Я сидел, раскрыв рот. В голове не укладывалось.
— Но зачем? — наконец выдохнул я. — Зачем ставить базу так близко к деревне? Это же провокация!
Юджа посмотрела на меня. В её глазах блеснуло что-то странное — то ли злость, то ли горечь.
— Ты не понимаешь?
Я помотал головой.
— В том-то и дело, Ган, — сказала она тихо. — Когда ставили Первую Базу, никакой деревни рядом не было. Совсем. Пустое место, только лес, высоченные деревья. А через месяц она появилась.
— Как? — выдохнул я.
— Не знаю. Никто не знает. Мозговитые ребята с базы решили, что аборигены быстро построили её, а мы проворонили. Но я видела ту деревню, Ган. Своими глазами. В один из заходов. Когда сознание переносилось в тело местной, я попала именно туда. Дома там были старые. Очень старые. Такие же, как здесь. Сколоченные из говна и палок. С дёрном на крышах, с кривыми стенами. Они не могли вырасти за месяц.
Я молчал, переваривая услышанное. Деревня, которая появляется из ниоткуда. Магия, стирающая космодесантников. Чужаки, которых сжигают на кострах.
— Магическая дверь, — вдруг сказал я. — У старухи. Когда я вхожу к ней, на миг вижу бездну. А когда выхожу — чувствую то же самое, но слабее. Как будто… как будто это портал.
Юджа резко повернулась ко мне.
— Портал? Ты серьёзно?
— Не знаю, — я покачал головой. — Но если деревня могла появиться рядом с базой за одну ночь… может, это тоже какой-то магический перенос?
Юджа долго молчала. Потом тихо сказала:
— В этом мире возможно всё, Ган. Абсолютно всё. Я уже ничему не удивляюсь.
Я и сам больше ничему не удивлялся.
Мы сидели на завалинке, глядя в звёздное небо, и каждый думал о своём. Где-то далеко у самой околицы ухнула птица. Или не птица. Чёрт их разберёт. Может, это тот геккон кашлянул.
— Что будем делать? — спросила наконец Юджа.
— Завтра пойду к Лиме, — ответил я. — Если она богиня, или кто-то типа того, она должна знать. И про старуху, и про порталы, и про то, как деревни прыгают с места на место.
— А если не захочет говорить?
— Захочет, — сказал я. — Она сама ко мне пришла. Значит, я ей зачем-то нужен.
Юджа посмотрела на меня. Даже сквозь темноту ночи я заметил в её взгляде тревогу.
— Будь осторожен, Ган, — сказала она. — С богами шутки плохи.
Сам не знаю с чего, но я вдруг не сорвался. Боги, аборигены, магия, мать их всех!
— Серьёзно? Ты, космодесантница говоришь мне о богах? Еще пару недель назад мы сидели на базе… собранной за считанные часы киберами, ели искусственно синтезированные продукты, смотрели сериалы высокой четкости, переданные с орбитальной станции… наслаждались торжеством науки, можно сказать… А ты теперь говоришь: осторожней с богами? Юджа. Маша, блин! Я бы понял, скажи мне это Геб, но ты…
— Здесь творится чёрт знает что. Сам же видишь. И я ни разу не шарю в это твоей науке, но вижу, как вспыхивает грёбаный рисунок на броне Стража, когда он идет сражаться с какой-то лесной тварью по имени Грогул… Ган, неверие в богов начинает мне казаться плохой стратегией. А моя цель — выжить самой и помочь выжить тебе.
Я кивнул, соглашаясь с доводами, но не значит, что они мне нравились.
— Я понимаю, — продолжила Юджа. — Ты не воин, не космодес. Тебя не готовили к такому. Обещали, что вся работа будет лишь в седьмом круге, где и бояться-то нечего. Что ты будешь возиться с кристаллами в лаборатории базы. Но так уж вышло… Понимаю, что ты растерян, мечешься из одной крайности в другую. Всё понимаю. Но сейчас тебе нужно довериться мне. Собраться. Стать эмоциональней спокойней, уравновешенней. Ты попал в передрягу, к которой не готов. Я видела такое и не раз. Новобранцы… космодесы — как бы то ни было подготовленные ребята, и то впадали в ступор. Ты ещё неплохо держишься.
Я улыбнулся комплименту, подумав, что и впрямь действовал не лучшим образом, и надо бы срочно брать себя в руки.
— И сейчас… сейчас моя космодесовская задница чует, что надо быть осторожней с теми, кого зовут Новыми богами. С ними не всё так просто. Пообещай, что будешь осторожен завтра, когда пойдешь к этой своей девице.
Я усмехнулся, но тут же одёрнул себя, видя неподдельное беспокойство в глазах Юджи.
— Она не моя. Но хорошо. Обещаю.
Юджа кивнула.
— И вот ещё, — добавила она. — Имей ввиду, остатки сознания бывшего хозяина тела могут сильно влиять на твои поступки и восприятие. И не только они… Твоему телу сколько? Девятнадцать? Судя по виду, так и есть. Аборигены не болванчики. В их жилах течет кровь, в теле вырабатываются гормоны, которые действуют на мозг. Это, мать её, биология! Например, прямо сейчас, глядя на тебя, моё тело требует сорвать одежду, раздвинуть ноги и умолять трахнуть меня. Прямо здесь, прямо сейчас. Но!..
Я был удивлён такому напору и… и напуган? И вдруг… вдруг внутри себя я ощутил странное. Я понял, что могу отделить себя от Гана. До этого момента я чувствовал его, потом он пропал, но, судя по всему, не перестал влиять на меня. А сейчас, когда Юджа грубо и, чего уж там, вульгарно, сказала чего хочет, понял, что есть Я, а есть ОН. Да, голова туманилась желанием. Гормоны бурлили, мозг плавился, и я чувствовал, как испуган Ган-настоящий, как дрожит его тело, как в голове уже возникают сцены близости с Юджей. Мне было сложно выбросить это из головы. Сложно, но возможно.
— Но! — снова произнесла Юджа. — Я космодес. Я — Маша Васильева. И я могу контролировать это. Нас учили противостоять влиянию старого сознания. А тебя нет. И в этом проблема. Но я вижу… вижу, ты не ведёшься на мою провокацию.
Юджа вдруг придвинулась вплотную, сунула ладонь мне между ног, провела по внутренней стороне бедра.
— Старина Ган уже бы кончил от такого. А ты? Ты хочешь ЕЁ?
Рука Юджи дрожала, тело выгнулось, касаясь меня сосками. И они были, чёрт возьми, твердыми, как камень. Говорила Юджа с придыханием, голос осип. Чёрт! Да она была до крайности возбуждена!
Я почувствовал, как живот наполняется теплом… стиснул зубы и… взял себя в руки.
— ТАК нет. Не хочу, — ответил я холодно.
— Во-о-от! Сейчас я слышу не Гана, а Василия Громова! — тут же откликнулась Юджа. — Громова, который, может быть, и не прочь вдуть Васильевой, но он на задании! А значит, нам не до того. Мы должны быть выше биологии, ведь у нас есть цель!
О какую именно цели говорила сейчас Юджа, а точнее космодес Маша, я не знал. Но четко ощущал разницу между Ганом и собой. Да, я оказался в его теле. И, похоже, часть поступков я совершил под его влиянием. Сложно разобрать, сложно оценить. Но дальше… дальше я буду действовать сам. Главное — научиться отделять одно от другого. Чёрт! А это не так-то просто!