Метаноя

Радость духовная не зависит от стечения обстоятельств, но рождается от чистоты сердца. У меня не было чистоты. Мое сердце было привязано к вещам, к людям, к успеху. Когда эти привязанности страдали, страдала и я. Моя радость была не дыханием души, а отражением внешнего света, который то загорался, то гас.

...Исаак Сирин пишет: ”Радость о Боге сильнее всех радостей мира, потому что она не имеет в себе печали”. Я не знал такой радости. Моя радость всегда была смешана со страхом: а вдруг это кончится? А вдруг отнимут? Она была хрупкой, недолговечной, похожей на цветок, который расцветает утром, а к вечеру вянет.

Я все время ощущал, что я живу неправильно. Я не умею радоваться, потому что моя радость требует повода. А Бог говорит: радуйтесь всегда. Не когда есть повод, а всегда. Значит, радость должна быть не следствием, а состоянием. Не реакцией на дар, а самим дыханием души.

И я перестал ждать, что кто-то или что-то даст мне повод для радости. Я решал радоваться просто потому, что я живу. Потому что Бог есть. Потому что я – Его. Я научился находить благодарность в том, что раньше считал ”нейтральным”. Утром проснулся – радость. Есть возможность дышать – радость. Солнце светит или дождь идет – радость, потому что это Бог послал. Самое трудное – я научился радоваться даже боли. Это она научила меня задавать такой важный вопрос ”Зачем?”, ”Для чего?” И отвечать какой в этом смысл и польза для меня. Когда приходила боль, в итоге я говорил: ”Господи, я верю, что Ты – благ”.

Порой я чувствовал фальшь. Как можно радоваться, когда больно? Как можно благодарить, когда все рушится? Мой ум сопротивлялся, сердце молчало. Но я продолжал. Не потому, что чувствовал радость, а потому, что решил: радость – это не чувство, это выбор. Выбор быть благодарным. Выбор видеть Бога там, где видишь только тьму. Выбор дышать, когда нечем дышать. Я преодолел ропот...

...Радость духовная есть плод благодарности. Благодарная душа не может не радоваться. Я понял: я не умел благодарить. Я благодарил за хорошее и умолкал, когда приходило плохое. Но апостол говорит: ”За все благодарите”. За все. За боль тоже. За потери. За непонимание. Потому что все, что приходит от Бога, – благо. Не в том смысле, что боль приятна, а в том, что она – часть пути, и на этом пути Господь ведет меня к Себе.

...Когда я лежал в больнице и диагноз был серьезный, операция предстояла сложная, исход – неизвестен. Ночью, когда боль не давала спать, я лежал в темноте и вдруг почувствовал... радость. Не ту, которая от смеха или хорошей новости. Другую. Тихую, глубокую, которая не зависит от того, что происходит с телом...

Я не понимал, откуда она. Рационально мне нечему было радоваться. Но она была. Я лежал и тихо повторял: ”Слава Тебе, Господи”. Не за диагноз – за то, что я не один. Не за боль – за то, что она меня очищает. Не за неизвестность – за то, что я в руках Того, Кто знает все.

В ту ночь я понял, что такое радость. Это не эмоция. Это дыхание. Как тело дышит воздухом, не задумываясь, есть ли у него на это право, так душа дышит радостью, когда она соединена с Источником радости. Радость – это не реакция на событие. Это состояние души, которая пребывает в Боге. Когда душа с Богом – она радуется, даже если тело болит. Когда душа от Бога – она унывает, даже если внешне все прекрасно...

В ту ночь я коснулся этого. Я понял, что радость – это не то, что я должен создать или вызвать. Это то, что я могу впустить. Когда я перестаю требовать, чтобы обстоятельства были удобными, и просто принимаю то, что дает Бог, – в этом принятии рождается радость.

...Радость есть ощущение благодати Божией, которая действует в душе независимо от внешних условий. Я ощутил это. Благодать была – не в исцелении, не в облегчении, а в самом присутствии Божием в моей боли. И это присутствие рождало радость. Не громкую, не ликующую, а тихую, как свет лампады в ночи.

...Бывает так порой, что я не радуюсь. Обстоятельства давят, суета, тревога, радость ушла, как уходит дыхание, когда ныряешь глубоко. Я знаю, что это не потому, что Бог меня оставил. Это потому, что я перестал благодарить. Я перестал дышать. Я задержал дыхание души, ожидая, что сначала изменятся обстоятельства, а потом я начну благодарить и радоваться.

Но я знаю теперь, что это не так. Радость не приходит после изменения обстоятельств. Радость приходит, когда я меняю взгляд. Когда я перестаю смотреть на то, чего нет, и начинаю видеть то, что есть: Бог есть, я есть, жизнь есть, благодать есть, даже если я ее не чувствую. И когда я это вижу, в груди расправляется что-то – невесомое, но живое. Это дыхание возвращается. Это радость – не как чувство, а как жизнь...

Григорий Богослов говорит: ”Радость – это цвет веры”. Я понял это. Вера – корень, надежда – стебель, а радость – цветок. Без корня цветок не живет. Но и без цветка не видно, что корень жив. Когда я радуюсь, я вижу, что вера моя жива. Не потому, что у меня нет проблем, а потому, что я вижу Бога сквозь проблемы.

Я знаю теперь, что такое радость. Это не подарок, который нужно получить. Это дыхание, которое нужно не задерживать. Это благодарность, которая становится настолько естественной, что перестает быть усилием. Это состояние души, которая помнит: все, что у меня есть, – дар. И в этом памятовании – радость.

Сегодня утром я проснулся и почувствовал: не радуется душа. Тяжесть, тревога, холод. Я хотел встать и побежать искать причину – что не так, что исправить. Но я вспомнил. Я просто сел на край кровати, закрыл глаза и сказал: ”Господи, я жив. Ты – есть. Этого достаточно”. И в этой простоте, в этой благодарности за то, что есть, – без требования того, чего нет, – в груди что-то расправилось. Не взрыв радости, а тихий, почти незаметный вдох. Это дыхание вернулось. Я встал и пошел жить. Господи, дай мне этой радости – не как награды, а как дыхания. Чтобы я дышал Тобой, когда вокруг нечем дышать. Чтобы я радовался не тому, что имею, а Тому, Кто дал мне все.

+

19. Сокрушение стен сердца

(Духовный дневник обретения любви)

.

”Любовь долготерпит, милосердствует,

любовь не завидует, не превозносится, не гордится”

(1 Кор. 13:4)

.

Я всегда думал, что любовь – это когда тебе хорошо с человеком. Я ”любил” тех, кто меня понимал, кто меня принимал, кто меня хвалил. Моя любовь была реакцией на удовольствие: я любил, потому что мне было хорошо. И когда мне переставало быть хорошо, любовь иссякала.

Это была любовь эгоиста. Но однажды отношения, которые я считал ”любовью”, дали трещину. Другой человек перестал соответствовать моим ожиданиям. Он не оправдал моих надежд, не дал того, чего я ждал. И моя любовь... испарилась. Я обиделся, отошел, начал искать другого, кто даст мне то, что я хочу.

...В ту ночь я задал себе страшный вопрос: а любил ли я вообще? Или я просто пользовался человеком, как источником тепла, и когда источник перестал греть, я ушел? Я был как ребенок, который любит игрушку, пока она новая, и выбрасывает, когда надоедает. Моя любовь была потреблением, а не дарением. Я любил не другого – я любил себя в отношениях с другим. Моя любовь не выдержала испытания. Потому что это была не любовь. Это была сделка: я даю тебе свое внимание, ты даешь мне свое тепло. Когда тепло кончилось, сделка прекратилась.

Апостол пишет: ”Любовь – не ищет своего”. Любовь – это когда ты становишься местом для другого. Я не был местом для другого. Я был местом для себя, куда иногда пускал других, пока они мне не мешали. Мое сердце было маленьким, тесным, как квартира, где хозяин – только я, а гости – временные жильцы, которые должны вести себя по моим правилам.