Страница 12 из 104
— Спасибо, сэр, — я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно ядовитей, — что не стали обращаться к Молинари за помощью в переводе.
— Да пожалуйста, — полковник снова качнул бутылкой. — Вы тоже не забывайте пить гномское пойло. Хоть оно и давно уже остыло, но понемногу выдыхается.
— Как скажете, сэр. И… почему я?
— Аллан, Том и все остальные не должны испытывать сомнения в своем командире, — пояснил Кард. — Для них я не просто человек, но еще и символ. Уверенный, не знающий страха, сомнений. А вы и так «читаете» любого, как открытую книгу…
— Вы преувеличиваете возможности эльфийского зрения, сэр.
— В самом деле? — Кард сделал вялую попытку подняться. — Вам видно небо за окном? Слева, примерно за шпилем святого Лидла есть красный отблеск на облаках?
— Не уверена, сэр, — честно призналась я полминуты спустя. — Там фабричное предместье постоянно затянуто дымом из труб.
— Он там есть, — полковник сделал большой глоток, — завод Бартона и Хейворда. Сегодня туда доставили восемь новых станков. Кто-то пустил слух, что из-за этого сократят четверть или даже треть нынешних работников. Собралась толпа, начали выкрикивать лозунги технофобов, а идиот-управляющий, выйдя к ним, не придумал ничего лучшего, чем угрожать уволить зачинщиков и вообще всех подряд. Ну а дальше, как обычно в таких случаях, все случилось быстро. Час назад… — полковник, вытянув руку, подобрал со стола обрывок телеграфной ленты, — доложили про восемь убитых и двух десятках раненых. Один гном и семь человек, если для вас это имеет значение. К утру… и да, горел склад, огонь вот-вот мог перекинуться на другие заводские строения. Учитывая, что для покупки станков наверняка брали крупный кредит, итог понятен — банкротство, закрытие завода, на улице окажутся все.
Кард снова приложился к бутылке.
— Впрочем, есть шанс, что настоящими владельцами окажется кто-то из Домов и тогда деньги найдутся. «Фабриканство» считается недостойным для настоящего аристократа занятием, но вложение капитала приемлемо. К примеру, Дарнли напрямую или через вассальные Дома вложились в колониальную торговлю. Иронично… наследницу Дома Дарнли едва не убили орки, доставленные в Аранию на принадлежавшем ей судне.
— И что же, — с горечью спросила я, — никто ничего не может сделать? Сэр Невилл, отец Марилены…
— Могут и делают, — после долгой паузы ответил полковник. — Как и мы. А если вам вдруг хоть на миг покажется, что мы делаем недостаточно, вспомните Скаузер.
— Не хочу…
Почти правда, я действительно не хотела вспоминать недавние события, тщетно пытаясь прогнать их прочь, похоронить под слоями прочих воспоминаний. А они все равно возвращались вновь и вновь, болезненно яркие и отчетливые. Чужая кровь, присохшая к ладоням. Чужое тело на твой руках, вдруг потяжелевшее. Охваченные пламенем дома. Тела на полуразрушенных улицах, низкое серое небо в мертвых глазах. Собственный липкий страх, когда ты отчетливо понимаешь, что следующей атаки тебе и всем оставшимся защитникам баррикады не пережить. Приходящая на его место усталость, когда бояться уже нет сил, как и на все остальное. Именно последний кошмар почему-то оказался самым страшным и приходил чаще других. Жуткое ощущение, что вся следующая жизнь все лишь галлюцинации усталого мозга и стоит лишь стряхнуть наваждение, как ты снова очнёшься под серым небом.
Внезапно я поняла, что голос Карда я не слышу, а вижу. Яркие разноцветные волны, рождающиеся в районе головы и расходящиеся по комнате, отражаясь и переотражаясь от стен. А вот запахи стали звучать — к примеру, остаток гномского варева на дне кружки выплетал тихую мелодию, такую спокойную, расслабляющую, усыпляющую…
— Сэр… что-то не то… со мной…
Попытка встать с кушетки не удалась, ноги словно превратились в камень. А Карл вдруг оказался рядом, вынимая кружку из онемевших пальцев. Невозможно, я ведь не слышала, как он вставал, как подходил…
— Грибная вытяжка, Фейри, — прозвучал откуда-то издалека его голос. — И нейромедиаторы.
— Но, сэр… мне надо… я должна…
— Вам надо выспаться. Устраивайтесь поудобнее на подушке, сейчас принесу плед.
— Но… почему…
— Как ваш командир, — теперь голос полковника сверкал прямо над мой головой, ярко-зелеными волнами разбегаясь по кабинету, — я считаю своим долгом проследить, чтобы вы все-таки выполняли предписания лечащего врача. И, поскольку вы так и не притронулись к фиалу с лекарством, мы с целителем Гиланом придумали другой вариант.
— Это… — глаза уже совсем закрывались, а язык стал неожиданно большим и тяжелым, с трудом ворочаясь во рту, — очень коварно с вашей стороны, сэр.
— Так и было задумано, — согласился полковник. — А теперь спать, инспектор Грин! Это — приказ!