Чудеса в раскрутке

— С удовольствием выслушаю её, — пообещала я, ставя опустевшую чашку на блюдце, — но как-нибудь в другой раз. Сегодня у меня иная цель.

Выслушав мой рассказ и подробное описание обоих работавших на Музыканта полуэльфов, Догерти явно помрачнел.

— Вот, значит, как… — пробормотал он. — Кэл и Амалинта.

— Вы их знаете, — уверенно сказала я.

— Знал обоих, — не стал отрицать полуэльф. — Вы правы, нас не так уж и много, а мир не так уж велик, рано или поздно, но все как-то встречаются. Да, я их знал… а теперь выходит, Кэл жив, а она мертва, — вздохнув, Догерти очертил святой круг.

— Предпочел бы, чтобы случилось наоборот. Нет-нет, — быстро добавил он, развернув ладонь, — вас я ни в чем ни виню, инспектор. Амалинта, как и многие из нас, имела склонность к… ну, назовём это «поспешными и непродуманными решениями». Добавьте сюда проблемы с эмпатией и получим закономерный итог. Увы, тут не всегда способны помочь даже эльфийские лекарства, подобранные по всем правилам, в инициальном порядке. Мы же не эльфы, и не люди. А вот Кэл… Калеб Паркер, если вы это еще не выяснили, он из другого теста. Не просто из тех, кто перережет горло за медяк или горбушку, но и сделает это с удовольствием. Злобная и лживая тварь.

Не глядя протянув руку, полуэльф снял с полки тонкую книжицу в зелено-красном переплете. Наклонив голову, я сумела прочесть название на корешке: «Старинные аранийские предания и сказки, записанные и обработанные Крагнуром Серобородом». Мелвин раскрыл книгу примерно на середине, пролистал несколько страниц и, довольно кивнув, развернул, продемонстрировав мне рисунок с жуткой оскаленной мордой антропоморфного лиса, нависшего над сжавшейся крольчихой в крестьянском платье.

— Данный рисунок очень точно изображает его внутреннюю суЧность, — захлопнув книгу, Догети так же не глядя вернул её на полку.

— Сильно подозреваю, чтобы оправдать свой провал, Калеб насочинял изрядных сказок про вашу контору и лично вас, инспектор. Возможно, как раз из-за них Амалинта и отреагировала на ваше появление в Скаузере так экспрессивно. К слову, — озабоченно добавил Догерти, — несколько дней, точнее, примерно неделю назад мне сообщили, что Калеб снова появился в Клавдиуме. Не думаю, что его послали мстить, но ближайшее время оглядывайтесь почаще. А еще лучше, обзаведитесь хорошим телохранителем. Констебль Гррокс хорош, если надо проложить дорогу сквозь толпу. Но если за вами открыл сезон охоты кто-то вроде Калеба Паркера, тролль его не остановит. Как и Мордек со своими друзьями, тут угроза иного уровня.

— И у вас, — догадалась я, — наверняка есть кто-то на примете.

— Есть одна особа, — Догерти с очень задумчивым видом глянул на потолок, — я запишу её адрес. Но сразу предупреждаю, про меня лучше не упоминать, там такой коктейль гордости с предубеждением. Если спросит прямо, соврите что-нибудь правдоподобное, уверен, она числится в каких-нибудь картотеках. И вот еще…

Развернувшись, он быстрым шагом удалился за шкафы, хлопнул дверью… но закрыл не до конца, и я смогла слышать, как полуэльф поднимается по ступенькам, идет по длинному коридору, отпирает ключом еще одну дверь, затем что-то металлическое… несгораемый шкаф?

— Вот эти штуки могут вам пригодиться.

— Штуки? — озадаченно повторила я. Выложенные полуэльфом на конторку слегка изогнутые пластины выглядели… странно. Темная, словно бы обугленная, поверхность, из-под которой в нескольких местах проглядывали колечки кольчуги. Обратная же сторона выглядела почти как внутренность кокоса, только бесчисленные волоконца имели зеленый цвет, а не привычный золотисто-коричневый.

— Итог попытки одной из Ветвей совместно с гномами создать доспехи нового типа. Получили несколько весьма многообещающих прототипов, но добиться хоть какой-то стабильности результатов и масштабировать процесс таки не сумели. Насколько я помню, подарок от хэи Таринэль вам не подошёл по размеру, — полуэльф деликатно не стал уточнять, что именно я не смогла упихать в подаренный доспех, — а эти пластинки хорошая портниха сможет просто вшить в корсет.

Учитывая новость про возвращение Кэла, идея обзавестись дополнительной защитой выглядела очень разумной. Но…

— Сколько стоят «эти штуки»?

— Возможность плюнуть в глаза Калеба Паркера! — Глядя на гримасу Догерти, я осознала, что мстительность довольно широко распространена среди полуэльфов. — Можно взять одну голову, целиком его тащить не обязательно.

Лучик света между дверью кабинета полковника и косяком выглядел слишком слабым для газового рожка, даже прикрученного на минимум. Больше похоже на уличные фонари с площади перед «Четырьмя Банками». Но при этом сам Кард находился внутри, причем еще не спал — дыханье спящего человека звучит иначе.

А еще из-за двери соблазнительно пахло ягодно-травяным настоем. Пройти мимо подобного аромата я попросту не могла.

— Сэр? Я могу войти?

— Заходите, мисс Грин. Я ждал вас.

— Ждали, сэр? У меня нет срочной информации, а про визит к лорду Ричу собирался доложить Аллан…

— Он и доложил.

Кард сидел в кресле возле окна, спиной ко входу, и при моем появлении даже не повернулся.

— Я ждал вас для иного. Выпейте со мной, мисс Грин.

— Что, простите⁈

— Не алкоголь, разумеется, — пояснил Кард, — я помню ваши специфичные вкусы. Специально попросил Тайлера сварить для вас большую кружку подгорного варева по фамильным рецептам. Стоит на моем столе, на правом краю. Бутылка кринанского виски только для меня.

Он наклонился, чтобы поднять упомянутую бутылку с пола и при этом стиснул зубы так, что я отчетливо расслышала скрип.

— Последствия ранения дают о себе знать, сэр?

— Главным образом, — полковник достал из кармана складной нож и принялся счищать восковую заливку с горлышка, — а также осенняя погода, новости, брат Винсент со своей очередной гениальной идеей, взаимное положение лун в небесах и что там еще по списку. Осенняя депрессия в Клавдиуме куда страшнее простуды, это вам подтвердят в любом пабе. Но вы правы, первичны все же последствия ранения. Временами голова ноет настолько, что я сам почти готов расколотить её о стенку. В этот раз как-то пришлось особо неудачно… или просто я уже не тот мальчик, что через две недели, весь в бинтах, сбегал из лазарета.

Присев на кушетку, я поднесла кружку к лицу и вдохнула. Определённо что-то новое, в чем-то больше эльфийское, чем гномское. Больше лесных ягод, добавилась кислинка, вместо мяты появились ноты хвои с корицей, странное сочетание. Коктейли Тома и раньше не отличались простотой, но сегодня он определенно решил превзойти свои прошлые достижения, у меня не получалось выделить и половины компонентов. Можжевельник, валериана, хмель, что-то еще? Буквально мельтешащий на кончике языка вкус: горьковатый, с «пряным» оттенком, горчинка, ощущение тепла по рту… неужели дамиана? Люди обычно используют его как афродизиак, хотя к чему он и без того вечно перевозбужденным коротышкам.

— Врач же выписал вам что-то против боли.

— Новое, совершенно безвредное, не вызывающее привыкания средство на основе старой доброй настойки опиума. Или там уже морфий? Неважно. К этому, — полковник качнул бутылкой, заставив её булькнуть, — я точно не буду обращаться слишком часто. А вот опиум или морфий… несколько моих друзей после ранения подсели на эту дрянь, довольно печальное зрелище. Между прочим, вам ведь посольский лекарь тоже выписал какое-то лекарство? В красивом сиреневом флакончике…

— Там всего лишь нейромедиаторы, а не… и вообще, как вы узнали⁈

— Вы его бросили в ящике стола и забыли, — без малейшего раскаянья в голоса объяснил Кард, — надпись на эльфийском я прочесть не смог, но уж наглухо запечатанный флакон отличить сумею.