Страница 82 из 89
Она сидела, хлопая глазами, и я решила с ней заговорить:
– Сурен, сходи в каретник и проверь, отремонтировали ли мою карету. Если понадобятся какие-то дополнительные материалы, пусть сообщат мне.
При этих словах она оторвала взгляд от моей руки и отвела его в сторону.
– Сурен, – произнесла я тише.
Только тогда она ответила:
– Вы уже уезжаете? Мне так жаль.
– И не забудь взять с собой молоток и гвозди – они пригодятся при ремонте, – сказала я то, что хотела, проигнорировав ее.
Но она, похоже, меня не слушала.
– Леди Лиони, я горничная во дворце императрицы.
– И что?
Разве это значит, что она не может выполнять ничьи приказы, кроме императрицы? С того самого момента, как она стала служить императорской семье, Сурен часто игнорировала приказы и поступала так, как ей заблагорассудится.
– Нет. Это значит, что раз у дворца нет хозяйки, то и делать мне нечего. Все, чем я занимаюсь, – это хожу в каретник, чтобы принести им молотки и гвозди. Это так скучно… Мне хотелось бы заниматься чем-то другим. Например, служить императрице… – Произнеся это, она украдкой покосилась на меня.
Неужели они с Деоном в сговоре? Хотя мы с Сурен разлучились лишь на короткое время, она стала его верными устами.
Понятия не имею, чего она наслушалась, но с ее губ слетали его намерения.
– Вот как? Тогда я прикажу это другой служанке. На этот раз я приехала с кучером Джеймсом…
Глаза Сурен загорелись.
– Я пойду, а вы отдохните.
Она проворно вскочила с места, затем открыла дверь, напевая под нос песенку.
Внезапно Сурен заинтересовалась юношей по имени Джеймс. Может быть, именно поэтому ей хотелось, чтобы я оставалась во дворце как можно дольше. Сурен всегда была ворчливой и настороженной, поэтому видеть ее влюбленной казалось мне чем-то милым.
– Готово. Результат анализа я сообщу вам завтра.
Завершив забор крови, лекарь развязал веревку и сложил свои принадлежности в медицинскую сумку. Затем он поклонился и закрыл дверь.
Когда вокруг стало тихо, я начала прокручивать в голове разговор, который состоялся у нас с Деоном ранее. Он заверил меня, что можно не волноваться, но беспокойство никак меня не отпускало.
Может, заявить ему, что последую за ним?
В каком-то смысле моя мирная жизнь была возможна лишь потому, что я стала аристократкой под защитой Империи. Если разразится война и к нам вторгнутся вражеские войска, наши земли будут опустошены, а сами аристократы попадут в плен. Не разрушит ли это мой план на мирную жизнь?
На этой войне у меня была очень важная миссия, хотя простой люд и знать Империи, скорее всего, об этом не знали. Не будет преувеличением сказать, что победа или поражение в войне находится в моих руках. Я проживаю жизнь героя, чья жертва никем не признана! Не самая привлекательная роль, но…
– Но если я последую за ним, все поймут это неправильно.
Единственная женщина, которая отправилась на войну вслед за мужчиной. Даже в моих глазах это выглядело странно.
– Значит, я должна настаивать на браке с иностранкой? Нет, этого я допустить не могу!
Не выдержав, я вскочила и начала мерить комнату быстрыми шагами.
От окна до кровати, от кровати до окна. Каждый раз, когда я доходила до стены и разворачивалась, мои шаги становились быстрее.
В конце концов я не смогла принять решение и растянулась на кресле. Оно сильно скрипнуло, словно почувствовав мою тревогу.
Все было так, как и сказал Деон. Какое-то время я не могла покинуть дворец.
Погода была отвратительная. Началась сильная метель, и мои ноги проваливались в снег по колено, когда я шла по саду.
Я боролась со скукой, отсиживаясь в гостевой спальне или в библиотеке. Прошлым летом, когда я застряла во дворце из-за сильного дождя, я так же проводила время среди книг. Единственное отличие состояло в том, что Деон был с делегацией и ни разу не показался мне на глаза.
Лишь через три полных дня после моего прибытия во дворец он пригласил меня на завтрак.
– Еда тебе не по вкусу? – спросил он, когда я медленно положила в рот кусок мяса.
– Вполне по вкусу.
– Но почему у тебя до сих пор такой вид? – спросил он недовольно, как будто ему что-то не понравилось.
– А в чем дело?..
– Тебе нужно набрать вес.
Его взгляд был сосредоточен на моих обнаженных запястьях.
– Не то чтобы это зависело от меня.
Я опустила рукава, чтобы скрыть запястья.
– Хочешь, я поспособствую?
– Нет.
Вероятно, он хочет, чтобы я сидела в императорском дворце и каждый день поглощала блюда от главного повара, рассчитанные порций на двадцать. Я помотала головой.
– Вы все показали делегации? Успешно провели новое собрание? – спросила я, кладя себе на колени салфетку.
– Да.
– Вы приняли решение?
Он сухо ответил:
– Переговоры еще не окончены. Мы на этапе согласования.
Когда он так ответил, область под его глазами слегка потемнела.
– Деон… Что случится, если на поле боя с вами не будет мешка с кровью?
Я снова заговорила о том, что меня беспокоило, и посмотрела Деону в глаза, чтобы он не смог замять тему. По крайней мере он придумает ответ до окончания трапезы.
Похоже, Деон тоже понял, что не сможет укрыться от моего взгляда, и заговорил:
– Лиони, кровь просто дает мне силу монстра. Без нее я могу сражаться, как обычный человек.
– Но это снижает ваши шансы на победу.
Не знаю, насколько хорош он был в фехтовании первоначально, но звание героя войны он заслужил благодаря мешкам с кровью. Без меня он обычный человек. А перед лицом острых клинков и смерти все равны.
Я не знала, куда движется эта история. Теперь, когда все сюжетные ходы уже изменились, я не могла предугадать, останется Деон в живых или умрет.
Большинство историй заканчиваются словами «Они жили долго и счастливо», но никто не знает, что происходит с главным героем после финала. И теперь рядом с ним нет Изеллы.
Если снова разразится война… Сможет ли он благополучно ее завершить? Не было никакой гарантии, что Деон вернется с поля боя.
– Почему ты все время об этом спрашиваешь? Тебе так хочется быть рядом со мной?
– Нет…
– В самом деле?
– Да.
– Но почему мне кажется, что ты этого хочешь?
– Должно быть, вам просто кажется, – сказала я, не вложив в эти слова ни толики эмоций, и сделала глоток напитка.
– Разве ты не проявляла ко мне ответную симпатию?
От этой внезапной реплики я подавилась и закашлялась.
Напиток пошел не в то горло, и я ощутила жжение. Вытерев рот салфеткой, я с трудом успокоила сердце, которое бросилось в пляс.
– Кто вам такое сказал?
– Изелла. Говорит, ты беспокоишься обо мне. Если бы ты действительно хотела оттолкнуть меня и убежать, той ночью ты бы меня задушила, а не пообещала дать мне последний шанс.
Ха! Я коротко фыркнула.
Изелла оказалась разговорчивей, чем я думала. Она была полна амбиций и никогда не юлила перед своим господином. К тому же мы с ней недостаточно близки, чтобы она стала меня покрывать. Я совсем забыла об этом.
– Все в прошлом. Да и вообще симпатия… была в меру, – пробормотала я, сунув вилку в рот.
– Что значит «симпатия в меру»? – настойчиво спросил он. – Ты мне очень симпатична.
Когда он сказал это, моя рука, державшая нож, чуть не остановилась, но я постаралась собрать спокойствие в кулак и крепче сжала пальцы.
– И что же вам так нравится? Моя внешность? Или кровь, которая течет в моих венах? – резко спросила я, но он и мускулом не пошевелил.