Страница 3 из 89
Витер достал носовой платок, вытер рот, затем поставил чашку на стол и осторожно спросил:
– Произошедшее вас смутило?
Он попал в точку.
Я, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, ответила:
– Нет. Витер, вы все верно говорите. Если бы вы рассказали мне о вашем плане, я бы не пошла в тюрьму и не поехала к леди Изелле, а принц Ажанти продолжил бы что-то подозревать.
– Вы так думаете?
– Да. Если бы вы рассказали мне обо всем заранее, я бы не смогла показать актерскую игру, достаточно убедительную, чтобы одурачить принца Ажанти. Ведь я не столь хорошая актриса.
Витер снова поставил чашку на стол. Чая в ней было вполовину меньше, чем изначально.
– Леди, как вы можете называть себя плохой актрисой? Вы ведь до сих пор прекрасно справлялись с ролью любовницы принца!
На его лице возник вопрос.
Я в самом деле паршивая актриса. Потому что все мои чувства до сих пор не были актерской игрой.
Я отпила немного чая, проглотив вместе с ним слова, которые не могла высказать. Цветочные лепестки отдавали горечью. Такой сильной, что у меня даже защипало язык.
После долгого молчания Витер снова кашлянул. Не знаю, в который уже раз. Рядом с ним я чувствовала дискомфорт. Но он все никак не хотел сдаваться и настойчиво расспрашивал меня:
– Леди, в отчете, который я получил от главного дворецкого, было сказано, что в тот день вас не было в особняке. Вы вернулись только с рассветом.
– Да.
– Неужели в тот день вы остались в столице? Насколько я знаю, принц велел вам вернуться в особняк сразу же после вашей встречи в тюрьме. Поэтому я думал, что вы сразу уехали сюда. Неужели что-то было не так? – спросил он, глядя на меня пронизывающим взглядом.
Его кадык дрожал.
Я решительно помотала головой:
– Нет. Меня там не было.
Затем крепко сжала губы, чтобы у Витера не было ни малейшего сомнения в моих словах. В душе я надеялась, что он не станет задавать новых вопросов.
Витер пристально посмотрел на меня и снова взял чашку с безвкусным чаем. Допив его до дна, он приготовился ехать в столицу.
– Мяса у нас нет. Мука тоже закончилась. Хлеб никак не испечь, да и супа больше нет, – проворчала Сурен, выходя из кухни.
Неожиданный визит Витера в особняк был окончен.
– Думаю, нам придется собрать продукты самостоятельно. Но в этом году случился страшный неурожай, так что у нас большие неприятности. Я расспросила местных жителей, и они сказали, что в этом году даже ничего толком не посадили.
Сурен коротко вздохнула.
– А что у нас осталось? – спросила я.
– Что осталось?
Мой вопрос заставил Сурен резко обернуться. Подол ее темно-синего платья с рваным фартуком взлетел, описав круг.
– У нас есть вода. – Сурен указала на колодец, который мы могли видеть из окна. – А еще соль. – Она кивнула в сторону озера.
– Да уж, прекрасно.
Иными словами, у нас ничего не осталось.
Я оглядела кухню, с которой больше не доносились запахи еды, и обратилась к главному дворецкому, который смотрел на нас полным смущения взглядом:
– Думаю, вам будет лучше вернуться в столицу.
Мне показалось, что для пожилого дворецкого будет лучше поехать в теплую столицу, чем голодать здесь. Ему все еще нездоровилось. А по утрам было все труднее подняться с постели.
– Если я уеду, кто присмотрит за этим особняком?
– У меня есть Сурен.
– Но без меня здесь не останется ни одного мужчины, способного защитить вас, леди.
– Что?
Я растерянно посмотрела на дворецкого, потом с опозданием поняла, что он пошутил, и рассмеялась. Это явно не те слова, которые ожидаешь услышать от пожилого дворецкого. Он уже был стариком. Ему следовало не работать, а купить небольшой домик и вести размеренную жизнь, выпалывая сорняки и поливая цветник.
Он уже давно мог выйти на пенсию. Но вместо того, чтобы еще раз напомнить об этом, я оглядела особняк и произнесла:
– Вряд ли кому-то придет в голову вломиться в этот особняк. Да и воров здесь нет.
В этой деревне никто не причинит мне вред. Тем более сейчас, когда меня считают не слабым местом Деона, а его фальшивой любовницей. Возможно, иногда некоторые люди и проявляли любопытство, но никто из них не удосужился приехать на окраину деревни, чтобы своими глазами увидеть брошенную любовницу.
Кроме того, кто решится напасть на бывшую женщину принца и оказаться у него в немилости? Того, кто меня хотя бы пальцем тронет, Деон точно просто так не отпустит. Ведь это вопрос гордости, и неважно, что привязанность уже остыла. От таких мыслей на душе стало паршиво.
Сурен с ворчанием убрала посуду. Вода, которая стекла с тарелок, осталась лужицами на полу.
Рядом с местом, где были сложены чашки, располагалась маленькая жаровня. Я уже и не помнила, когда мы в последний раз ее зажигали. Вот уже несколько дней из трубы особняка не шел дым. Он превратился в обветшавшее здание, где жили люди, но никак не выдавали своего присутствия.
– Может, зажжем жаровню? – спросила я.
Сурен тут же ответила, как будто только этих слов и ждала:
– Да. Я принесу угли из камина.
Она принесла зажженное полено из камина в комнате для аудиенций и сразу же сунула его в жаровню.
Вскоре крошечные искры разгорелись сильнее, и через щели пошел дым. Пока я молча смотрела на свет от огня, мне в голову пришли мысли о прошлом. Камин в северном замке, где ярко пылало пламя. И слова, что Деон сказал мне, стоя рядом с ним.
– Обещаю: тебе не причинят никакого вреда. Там нужно будет только развлекаться, есть, тратить деньги и жить в добром здравии. Разве эти условия нельзя назвать неплохими?
Когда мы покидали северные земли, Деон дал такое обещание.
Лиони, неужели ты думала, что он сдержит слово?
Как же глупо. Какая же я дура, что до сих пор помню его обещание. Что верила его нежности, надеясь, что в ней окажется хотя бы капелька искренности.
Несколько дней спустя из замка принца пришло послание. Первое после моего возвращения в старый особняк, хотя с тех пор прошло уже больше месяца.
Мальчик-посыльный вежливо протянул мне письмо, держа его обеими руками. Его ясные глаза смотрели на меня.
На вид ему было лет шестнадцать. Ко мне прислали ребенка, чтобы я не смогла просто выставить его за дверь. Наверняка эта идея принадлежала Витеру. Хоть он и пробыл в особняке совсем недолго, наверняка уловил, какой дискомфорт я испытывала.
– Прошу вас прочитать и дать ответ.
Я взяла протянутое мальчиком письмо. Конверт, в котором оно лежало, был очень тонким.
[Надеюсь, ты явишься на прием.]
Содержание оказалось таким же простым. В письме была всего одна строчка.
То-то оно показалось мне удивительно легким. Даже жаль, что пришлось тратить бумагу на такое короткое послание. Почему вообще Деон потрудился написать это в письме? Такое сообщение можно было передать и устно.
Мальчик, которому поручили эту работу, растерянно смотрел на меня непонимающим взглядом.
– Ха…
Все происходящее казалось абсурдом. Когда я горько усмехнулась себе под нос, мальчик, немного поколебавшись, отошел на шаг назад.
Если бы Деон думал обо мне, он бы прислал в особняк деньги! Но он зовет на прием?
Чтобы не умереть с голоду, нам приходилось собирать упавшие фрукты, срезать ветки и готовить из них саженцы для будущей посадки. Во всех здешних владениях настало самое напряженное время.
– Подожди здесь немного. Сейчас я напишу ответ.
Оставив мальчика стоять перед дверью, я пошла в комнату.