Страница 5 из 69
Я была ошеломлена. Зачем же Деон едет в столицу, если не ради графини Аринн? Я-то считала, что они посоветовались и он принял решение отправиться туда. Но что же он задумал?
– Наверное, нелегко вам пришлось. Раз планы поменялись так внезапно… Вы ведь и без того испытываете неудобства.
– Это служанкам пришлось попотеть, упаковывая мой багаж. А для меня в итоге все сложилось хорошо. Возможность отпраздновать рождение ребенка в кругу семьи – это будущее, о котором я даже не мечтала, и оно ощущается по-новому. Особенно обрадуется моя младшая сестра.
Голос графини зазвучал немного взволнованно, а щеки залил румянец.
Я оглянулась на Деона, вскочившего на лошадь. Подол его бирюзового плаща изящно развевался на ветру. Я села в карету и протянула руку Элизабет. Та радостно схватилась за нее.
Внутри кареты висела птичья клетка. Я крепко обняла ее, чтобы она не качалась.
Птица, чьи крылья не подрезаны. К счастью, она не билась в клетке и мирно спала в импровизированном гнезде.
– Отправляемся.
Деон пришпорил лошадь, и та понеслась. Прозвучал протяжный звук рожка, и длинная процессия медленно пришла в движение.
Карета задребезжала.
Я отодвинула занавеску. Северный замок постепенно становился все меньше и меньше. С его остроконечной башни сняли герб и флаг; он уже казался заброшенным.
Когда герб убрали, обнажилась скрытая часть замка. По его, казалось бы, прочной стене шла трещина, словно даже он не выдержал холода.
– Та самая птица, – слегка кашлянув, произнесла Элизабет. – Я слышала от служанок, что вы взяли одну с собой. Вы уже дали ей имя?
– Да. Решила назвать ее «Чудо».
Чудо… Элизабет пошевелила губами, словно слово было ей незнакомо.
– Чудо. А что это значит?
Здесь нет такого слова? Все просто живут, повинуясь предопределенной судьбе, не надеясь на чудо?
– Хм… Это слово с моей родины, оно означает что-то похожее на удачу.
Элизабет кивнула:
– Хорошее имя. Хм… Если вы не возражаете, могу ли я одолжить это имя?
– Что? Но для чего?
Элизабет погладила живот:
– Мне показалось, оно прекрасно подойдет моему ребенку.
– А… Госпожа, ведь так много прекрасных имен! Не думаю, что оно подойдет мальчику… К тому же это слово совсем не используется в Империи. Наверное, стоит подумать об имени для ребенка еще немного. К тому же Миланор или Карана тоже весьма неплохи.
Не желаю больше никаких отступлений от сюжета.
Когда мы подбирали для ребенка подходящее обычное имя, Элизабет вдруг прикрыла рот ладошкой, как будто ее вот-вот вырвет, а затем прислонилась к стене кареты и часто задышала.
– Госпожа, как вы? Если вам плохо, может, немного передохнуть?
Ее лицо стало белым как бумага. Похоже, графиню укачало.
– Нет. Все в порядке. Нельзя, чтобы график сдвинулся из-за меня.
Мне осталось всего четыре месяца, и, конечно, было жаль терять драгоценное время в карете, но один день особой роли не сыграл бы.
Открыв окно, я высунула голову.
– Герцог! – Мой голос прозвучал тихо, но следовавший впереди процессии Деон обернулся. – Давайте немного отдохнем.
– Как там госпожа Аринн?
– Спит.
Элизабет теперь спала намного больше. Она все время клевала носом, чуть не ударяясь головой об окно кареты, и от этого просыпалась. Жаловалась на усталость, хотя кошмары ей не снились. В моменты пробуждения вертела головой, пытаясь бороться с подступающей тошнотой. Иногда Элизабет слегка била себя по груди, словно ей было душно. Но ничто не помогало справиться с токсикозом. На Севере не было лекарей, которые специализировались на уходе за беременными, и единственным, что облегчало тошноту графини, были кислые закуски.
Я присела на корточки перед огнем. Его тепло окутало мое лицо. От костра летели искорки. Деон молча подкинул дров.
– До столицы еще далеко?
Наша процессия двигалась быстро. Из-за токсикоза Элизабет приходилось иногда делать остановки, но мы уже почти десять дней провели в дороге. Все это время невозможно было переодеться, поэтому от одежды начал исходить неприятный запах. К счастью, дни были холодные, и она хотя бы не была мокрой от пота.
– Почти на месте. Посмотрите вон туда.
Деон указал куда-то за лес. Там маячили дома, из труб поднимался дым. Первые жилые дома, которые я увидела в этом мире. До сих пор мне приходилось смотреть лишь на остроконечные башни замка.
– Как только мы пройдем через лес, я должна буду полюбить вас, герцог.
– Тебе это не по душе? – обернулся он.
– Как сказать… Все контракты, которые я заключала до сих пор, были несправедливыми. Так что даже не знаю, в каком убытке я останусь на этот раз.
Я протянула ему пустую чашку. Он легким движением наклонил чайник, висевший над огнем, и наполнил ее. От чашки пошел сильный жар.
Хотя Деона лишили статуса, он по-прежнему оставался высокопоставленным аристократом. Но вряд ли забота о других входила в дворцовый этикет. А он заботился обо мне совершенно искренне. Если я дрожала – укрывал меня одеялом, если кашляла – предлагал воды. С какого-то момента такие простые действия перестали требовать от нас слов.
– Если искать во всех контрактах выгоду, окажется, что убытки несет другая сторона. К тому же это касается не только тебя. Я ведь тоже тебя люблю.
Я рассмеялась. Если бы нас услышал незнакомец, он принял бы эти слова за сладкое признание в любви.
– Вы любите меня?
Неожиданный вопрос заставил и его рассмеяться.
– Я же должен, – признался он, выдохнув облачко белого пара.
Любовь.
Слова, которые погибшая Лиони больше всего хотела услышать, сорвались с губ Деона лишь после того, как мы покинули Север. Каким было бы ее лицо, услышь она их?
Я почувствовала, что вокруг стало немного теплее. Возможно, причиной этого была более мягкая погода, поскольку мы двигались на юг.
В столице, до которой мы добрались за несколько дней, было тихо.
Карета остановилась прямо перед императорским дворцом, на самой оживленной улице, но и там было странно безмолвно для столь густонаселенного района. Ни одного случайного прохожего, совершенно пустая улица. Из-за окутавшей ее тишины был слышен звон посуды в повозке.
Мы добрались до места, где останавливались кареты.
– Добро пожаловать, – поклонился конюх, поглаживая лошадь по гриве.
Деон спрыгнул с коня. Яркий солнечный свет, уникальная особенность столицы, делал его прекрасные черные волосы еще роскошнее. Я-то думала, что на Севере, где нет ничего, кроме белого снега, они смотрятся лучше, но, на удивление, и в теплой столице они выглядели восхитительно.
– Я пришел за каретой, которую должны были подготовить для меня заранее.
Его звучный голос был отчетливо слышен даже среди фырканья и топота лошадей. Деон достал из-за пазухи именную табличку и протянул ее конюху.
Я тоже вышла из кареты. От долгого сидения внутри затекло все тело.
– Эту карету для нас подготовили?
– Да. Дальше можете ехать в ней.
Деон, молча оглядев карету, нахмурился.
– Сзади сидят дамы. Они и дальше поедут в карете из моего замка.
Конюх смутился:
– По столице могут ездить только заранее одобренные кареты. Вам придется пересесть в эту.
– Для нас подготовили только одну?
– Да, именно так.
Деон молча взобрался обратно на коня и взял поводья.
– Вы не сядете в карету? – спросил Итан.
Деон ответил:
– Я поеду верхом.
Так эта карета ему не по душе! До сих пор он старался держать лицо, но я-то обо всем догадалась.