Страница 428 из 530
Причина была проста: хотя статуи и не боялись огня, их прочность была довольно средней. Даже если они и были твёрже обычного камня, то ненамного. Если бы враги захватили это место, то статуи, в которых была заключена вся надежда повстанцев, вряд ли бы уцелели до наших дней.
Пока шесть цветков Синра поглощали пламя, Хигума обыскал остров, но, кроме статуй, не нашёл ничего примечательного.
[Динь! Поздравляем носителя с его исключительным талантом! Шестимечевой стиль успешно преодолел свой предел и трансформировался в Дьявольский фрукт!]
[Носитель]: Хигума
[Сила]: 9999
[Скорость]: 9999
[Выносливость]: 9999
[Навыки]: Владение мечом (LVMAX)... Воля Вооружения (LVMAX), Воровство (LVMAX), Связывание (LVMAX), Скорочтение (LVMAX)...
[Дьявольские фрукты]: Фрукт Бутылочки, Фрукт Провокации, Фрукт Вёсел, Фрукт Раздевания, Фрукт Круга, фрукт Мгновения, фрукт Призрака.
фрукт Призрака... а название, надо сказать, довольно милое. Этот Дьявольский фрукт находился в иерархии выше, чем Фрукт Призрака Пероны. Призраки, которых он призывал, не могли влиять на эмоции живых существ, как призраки Пероны, но обладали огромной разрушительной силой.
Верхний предел призываемых духов составлял сто единиц. Однако, если поблизости умирал человек или существо, Хигума мог временно удержать их души, не давая им отправиться в загробный мир. Более того, он мог сливать этих духов, создавая ещё более могущественных созданий!
Единственным недостатком было то, что контроль над этими духами был ограничен одним месяцем, после чего они всё равно отправлялись в мир мёртвых. В противном случае Хигума немедленно начал бы собирать души и сливать их воедино.
В этом мире действительно существовал загробный мир. Брук был одним из тех, кто видел его собственными глазами. После смерти его душа отправилась туда, но благодаря силе его Дьявольского фрукта, он смог вернуться. Именно поэтому его атаки несли в себе холод преисподней, представляя огромную угрозу для живых.
"Эта способность довольно интересна. Шансы на победу в финальной битве увеличатся как минимум на десять процентов!"
Хигума был весьма доволен этим Дьявольским фруктом. Война — это не шутки, и смерти на ней — обычное дело. Можно было только представить, насколько жестокой будет финальная битва, и число погибших, несомненно, достигнет астрономических масштабов. С Фруктом Демона у Хигумы появлялся шанс создать, слив души павших, сверхмощного демона, сравнимого по силе с Древним Оружием!
С прорывом Шестимечевого стиля у Хигумы теперь было семь Дьявольских фруктов, и до заветной цели в девять плодов оставалось всего два. Как только Воля Вооружения и Королевская Воля преодолеют свои пределы, дело будет сделано. Однако до сих пор Хигума не нашёл ни единого способа добиться этого.
Глава 482.
По мнению Хигумы, три вида Воли соответствовали трём началам: сущности, энергии и духу. Основная функция Воли Наблюдения заключалась в ощущении ауры. Воля Вооружения, по сути, была контролем над физической силой тела, концентрацией всей энергии в одной точке. А Королевская Воля затрагивала самую таинственную сферу — дух, или душу.
Все, кто пробуждал Королевскую Волю, обладали душевной силой, намного превосходящей силу обычных людей. Луффи был ярчайшим тому примером. Даже до пробуждения Королевской Воли его душа была настолько сильна, что смогла вместить сто теней, не потеряв при этом рассудка. Стоит отметить, что для обычного человека предел — всего одна тень. Даже Шарлотта Лола могла выдержать лишь две или три.
Добиться прорыва этих двух видов Воли и превратить их в Дьявольские фрукты было невероятно сложно. Что касается Воли Вооружения, у Хигумы были некоторые догадки, но насчёт Королевской Воли он не имел ни малейшего понятия.
— Ладно, пошли. Сначала заберём Нодзико, — вернувшись на Фури, Хигума решил больше не ломать голову.
Будь что будет, нужно двигаться шаг за шагом. Рано или поздно он найдёт способ совершить прорыв.
Дресс Роза, владения Дофламинго.
По расчётам Хигумы, Нодзико, скорее всего, находилась именно здесь. Фури ещё не успел причалить, а в королевском дворце на плато уже царил полный хаос. Дофламинго в одиночестве сидел на высоком троне, устало потирая виски. Внизу группа его подчинённых вела ожесточённый спор.
— Какого чёрта этот монстр вдруг явился сюда! — гневно выругался Диаманте в своём красном плаще.
— Что толку сейчас об этом говорить? Они вот-вот причалят, нам нужно решить, что делать, — пропищал Пика своим пронзительным, похожим на петушиный, голосом. — Может, сделаем вид, что ничего не знаем, и посмотрим, с какой целью они прибыли.
— Я скажу, я скажу... — Требол, с отвратительной соплёй, свисающей из носа, покачал головой, и сопля закачалась вместе с ним, готовая вот-вот оторваться. — Это слишком неразумно. Говорят, этот монстр непредсказуем. Что, если он использует это как предлог, чтобы устроить нам проблемы?
— По-моему, лучше сразу всё выяснить и узнать, что он задумал.
— Он Йонко, но являться на нашу территорию без предупреждения — это уже перебор, — жёстко заявил Диаманте.
...
Пока они спорили, остальные либо не хотели вмешиваться, либо хотели, но не решались. Дофламинго посмотрел на Ло, который всё это время молча сидел в стороне.
— Ло, у тебя есть какие-нибудь соображения?
Ло не собирался ничего говорить, но раз уж Дофламинго спросил, он встал, прижимая к себе свой проклятый меч, и холодно бросил: — Нерешительность рождается из страха.
Сказав это, он направился к выходу. Все остолбенели. Спустя мгновение Дофламинго разразился смехом.
— Фу-ха-ха-ха-ха! Как верно сказано! Мы не знаем, что делать, потому что боимся. Раз так, давайте встретимся со страхом лицом к лицу. Бояться нечего.
Фури пришвартовался у побережья, окружённого гигантскими скалами. Не успели Хигума и его команда сойти на берег, как им навстречу выстроилась аккуратная процессия. Во главе её шёл Требол со своей вечной соплёй, а за ним следовала Виолла и другие.
— Приветствуем короля разбойников, господина Хигуму, на нашей Дресс Розе! Простите за столь скромный приём. Я — член семьи Донкихот...
Требол не успел договорить.
Шлёп!
Свёрток бумаги угодил ему прямо в лицо.
— Сначала вытри сопли, а потом говори. Взрослый мужик, а ходишь с соплями до колен, не стыдно? — Хигума брезгливо взглянул на него, а затем перевёл взгляд на Виолу, которая стояла позади и, прикрыв рот рукой, с трудом сдерживала смешок.
— Где ваш капитан? — спросил Хигума, намеренно употребив слово капитан, а не король.
Это заставило Требола, который усердно вытирал нос, напрячься ещё больше. Если бы они встретились в море, обращение капитан было бы вполне уместным. В конце концов, Дофламинго, хоть и был королём Дресс Розы, одновременно являлся и одним из Шичибукай. Но здесь, на его земле, такое обращение звучало неуместно.
В отличие от него, выражение лица Виоллы заметно смягчилось. Десять лет назад она присоединилась к Дофламинго, чтобы спасти жизнь своего отца, но так и не признала его королём. В её сердце королём Дресс Розы навсегда остался её отец, Рику Долдо III.
— Капитан приготовил в замке угощение и ждёт господина Хигуму.
Хигума повернулся к Дадан и остальным.
— У кого-нибудь есть желание составить мне компанию и пообедать на халяву?
Зефф пожал плечами: — Нет уж, увольте. Я лучше пойду закуплюсь продуктами и специями. Капитан, бери их с собой.
С этими словами Зефф спрыгнул с корабля и ушёл, оставив всех в несколько неловком положении.
— У меня тоже нет ни малейшего желания. Мне нужно купить материалы для ремонта корабля. Капитан, иди с ними, — Том тоже спрыгнул с корабля и удалился.