Страница 41 из 530
— Господин Хигума, вы и вправду сильны, раз смогли усмирить даже такого от природы могучего рыбочеловека, — с восхищением произнесла Бельмере.
Она хотела сказать что-то ещё, но тут Гэндзо, вспомнив о своих догадках, бросил на неё многозначительный взгляд, и они вместе ушли на кухню.
Хигума не придал этому значения: "Скорее всего, Гэндзо пошёл расспросить Бельмере, не спасала ли она кого-нибудь во время службы".
Учитывая продемонстрированную им силу, беспокойство Гэндзо было вполне объяснимо.
"К счастью, я умён и выразился двусмысленно. Прошло десять лет, она вряд ли всё помнит так отчётливо. Пусть сами додумывают", — самодовольно подумал Хигума. Однако он и представить себе не мог, что его ждёт полный провал...
— Что?! — Бельмере широко раскрыла глаза, глядя на Гэндзо. — Он купил апельсинов на два года и сказал, что приехал отблагодарить?
— Вспомни хорошенько, ты видела его в королевстве Ойкот? Или, может, ты кого-то спасала? — торопливо спросил Гэндзо.
Бельмере, не раздумывая ни секунды, твёрдо ответила: — Нет! Я никого не спасала!
Эта ситуация была слишком уж обидной. Хигума, ломай он голову сколько угодно, никогда бы не догадался, что додумывать ничего и не нужно, потому что Бельмере на самом деле никого не спасла.
Глава 44.
Гэндзо тоже растерялся и не знал, что сказать.
Бельмере же отнеслась к этому спокойно: — А что тут такого? Я слабая женщина, физически от природы уступаю мужчинам. Война — это не шутки, там в любой момент могут убить. Все те годы, что я служила в дозоре, я всё свободное время посвящала тренировкам, чтобы выжить в грядущих битвах. Даже если бы я и хотела кого-то спасти, у меня просто не было такой возможности.
Бельмере не лгала, но кое-что утаила. На самом деле она участвовала лишь в одной настоящей битве — той самой, в королевстве Ойкот. Та битва была настолько жестокой, что, несмотря на все её усердные тренировки, она едва не погибла. Если бы не плач Нами, услышанный в критический момент, она бы уже давно стала трупом.
Гэндзо надолго замолчал, его лицо становилось всё более серьёзным, а в глазах читалась нотка тоски.
— Нет! Ты спасла кое-кого, — внезапно подняв голову, он посмотрел прямо в глаза Бельмере.
Та вздрогнула и, кажется, что-то вспомнила, а её зрачки бешено задрожали.
— Эх? — вздохнул Гэндзо.
Всё было так, как он и предполагал. Он вспомнил, как Хигума смотрел на Нами при первой встрече — в его взгляде была необычайная нежность. А когда Нами радовалась пачке денег, выражение лица Хигумы было ещё счастливее, чем у неё. И только что, когда Бельмере ударила Нами, он хотел что-то сказать, но сдержался. Всё это указывало на одно: он — родственник Нами или? её отец!
Если бы Хигума узнал, к какому выводу пришёл Гэндзо, его бы, наверное, вырвало кровью на три метра вперёд. Он ведь всего лишь хотел использовать предлог благодарности, чтобы сблизиться с Бельмере и найти способ пригласить её на корабль в качестве снайпера. В конце концов, Бельмере — не Том. Она родилась в Ист-Блю, а деревня Кокояси не так уж далеко от Логтауна. Под влиянием пропаганды Мирового Правительства и действий жестоких пиратов, она инстинктивно их отвергала. Иначе она бы не пошла служить в дозор.
Хигума всё просчитал, упустив лишь одну деталь: Бельмере участвовала всего в одной битве и спасла только Нами и Нодзико.
На кухне воцарилась тишина, лишь треск огня казался сейчас невыносимо громким. Бельмере опёрлась руками о стол, чтобы удержаться на ногах.
— Нами? — слёзы сами собой хлынули из глаз. — Господин Гэндзо, я? Нами?
Она пыталась сдержаться, но, уже рыдая в голос, могла лишь стараться, чтобы её плач не был слышен снаружи. За эти десять лет Нами и Нодзико стали неотъемлемой частью её жизни. Она боялась представить, что с ней будет, если она потеряет Нами. Но если тот человек действительно её родственник или даже отец, то с её стороны было бы слишком эгоистично так поступать, да и по отношению к Нами это было бы несправедливо!
Гэндзо и сам был в смятении, окончательно потеряв самообладание. Спустя долгое время он наконец похлопал Бельмере по плечу: — Давай сначала приготовим еду, не заставляй гостей долго ждать.
В сложившейся ситуации оставался только один выход. Ждать! Раз уж он их нашёл, у него наверняка есть свои планы. Раз Бельмере не знает, как поступить, то лучше дождаться, пока он сам заговорит.
Хигума же был в прекрасном настроении. Он сидел и хихикал, разглядывая только что полученный трофей в системном инвентаре. Удар ножом Бельмере по Хачи принёс ему карту. Это был второй раз, когда из трофея выпадал предмет такого типа. В прошлый раз это была карта опыта окамы, которую Хигума запрятал куда подальше со словами: "Да ни за что! Пусть меня убьют, но я никогда не воспользуюсь этой дрянной картой!"
А вот нынешняя карта его очень порадовала.
"Теперь можно будет нафармить трофеи с Косиро. Всё-таки, когда видишь красавицу, удача сама идёт в руки", — думал Хигума, чуть ли не мурлыча от удовольствия.
Бельмере уже пришла в себя и вместе с Гэндзо вынесла еду: — Простите, что заставили так долго ждать.
После долгих раздумий она всё же решила последовать совету Гэндзо. Просто делать вид, что ничего не произошло, и ждать, пока Хигума сам начнёт разговор.
Хигума ничего начинать не собирался. Да и повода у него не было. Видя радушие Бельмере, он решил, что его метод ключевых слов сработал.
За столом сидели пятеро, и у каждого были свои мысли. Бельмере и Гэндзо были полны тоски, сомнений и беспокойства. Хигума размышлял, как убедить Бельмере присоединиться к его команде. Том же пытался понять странное поведение Хигумы с момента их прибытия сюда: "Внебрачная дочь или лоликонщик? Великая, жертвенная отцовская любовь или извращённая мания?"
И только Хачи, как всегда, был беззаботен. Совершенно не осознавая себя заложником, он орудовал шестью руками, и большая часть еды на столе досталась ему. Его манеры были настолько ужасны, что Хигума бросил на него грозный взгляд, но тот, казалось, ничего не заметил. Лишь когда Хигума незаметно потянулся к своему шлёпанцу, тот немного поумерил свой пыл.
— Господин Хигума, если вы не торопитесь, отдохните пока здесь, а я пойду поищу Нами и остальных, — внезапно вставая, сказала Бельмере после обеда.
Гэндзо встревожился и тут же бросил на неё предостерегающий взгляд: "Зачем их искать? Пусть лучше Нами пока побудет в отъезде".
Лицо Бельмере стало серьёзным.
— От некоторых вещей не убежать. Можно скрываться какое-то время, но не вечно, — сказала она и пристально посмотрела на Хигуму. — Господин Хигума, вы ведь согласны со мной?
Хигума был совершенно сбит с толку этим внезапным вопросом и невольно почувствовал себя виноватым, инстинктивно отпрянув: "Неужели она узнала, что я пират?"
Бельмере, видя его реакцию, ещё больше расстроилась: "Похоже, я не ошиблась. Но чего он боится? Боится, что, сказав правду, ранит Нами?"
У неё и самой были такие же опасения.
Глядя на уходящую Бельмере, Хигума всей душой желал скорейшего прибытия Арлонга и его команды: "Дайте мне хотя бы шанс покрасоваться, заработать немного очков доверия. Тогда, даже если я признаюсь, что я пират, они, в благодарность за спасение деревни, по крайней мере, не откажут мне сразу".
Гэндзо вздохнул и встал: — Господин Хигума, подождите немного, я заварю чай.
Как только он вышел из гостиной, Хигума тут же схватил Хачи: — Ты, живо позвони Арлонгу и скажи, чтобы он катился сюда как можно быстрее!
Всё, больше тянуть нельзя. Ещё немного, и он упустит своего будущего снайпера...