Страница 38 из 530
"Точно, я же могу притвориться спящим!" — Хачи уже собирался выйти из комнаты, чтобы снова встретиться со шлепанцами Хигумы, как вдруг ему в голову пришла эта гениальная идея.
Скрип...
Дверь открылась.
Хигума, глядя на все еще спящего Хачи, пробормотал: — Почему он еще не проснулся?
Хачи в это время ликовал: "Ха-ха, я и вправду самый умный мужчина в Ист-Блю... А? Что это за запах? Такояки!"
Почуяв запах такояки, он тут же вскочил. Но как только он открыл дверь, то увидел злобную ухмылку на лице Хигумы и шлепанец в его руке...
— Притворяешься спящим передо мной? Получай мой Великий Клинок-Шлёпанец!
[Динь! Поздравляем хозяина, из оранжевого трофея выпало +3 к выносливости]
[Динь! Поздравляем хозяина, из оранжевого трофея выпал навык фехтования, так как он уже изучен, конвертирован в опыт навыка]
[Поздравляем хозяина, навык фехтования достиг 34 уровня, перешел на средний уровень, в награду выдан именной меч]
[Динь! Обнаружено, что у хозяина уже есть оружие, атрибуты именного меча применены к оружию]
Хигума внезапно остановился и ошеломленно уставился на шлепанец в своей руке. Хотя нет, теперь его можно было назвать Мэйто: Шлёпанец. Хоть форма и была странной, но теоретически он достиг уровня именного меча.
— Черт! Неужели моя мечта о двенадцати мечах О Вадзамоно: Шлёпанец действительно сбудется?
Хигума, казалось, уже видел войну в Маринфорде через восемь лет.
Михок: Двенадцать мечей О Вадзамоно: Ёру!
Белоус: Двенадцать мечей О Вадзамоно: Муракумогири!
Хигума: Двенадцать мечей О Вадзамоно: Шлёпанец!
Ух...
Глядя на застывшего Хигуму, Хачи, как ни в чем не бывало, бросился на него: Стиль Шести Мечей: Осьминожий Горшок!
Он выставил вперед шесть мечей, сведя их острия в одну точку, и атаковал Хигуму.
Хигума как раз хотел проверить прочность своего Мэйто: Шлёпанца и встретил атаку подошвой. Боевая мощь Хачи была намного ниже, чем у Хигумы, но, будучи рыбочеловеком, каждый его меч весил целых двести килограммов. Прибавив к этому скорость его рывка, ударная сила была немалой.
Дзынь! — Мечи ударились о подошву, издав звук столкновения металла, но шлепанец остался невредим.
— Стиль Шести Мечей: Раскрытие Ножен! — Хачи тут же развел мечи в стороны и рубанул по Хигуме.
Шлеп! — Хигума, уже проверив прочность своего Мэйто: Шлёпанца, не стал больше возиться и одним ударом шлепанца ударил Хачи по лицу.
Хачи, сделав в воздухе сальто на 720 градусов, приземлился головой вниз. Узоры на одной половине его лица были настолько четкими, что, надень он черный плащ и спрячь лишние руки и рот, он бы и вправду стал похож на Драгона.
Как и ожидал Хигума, через два дня, пока Хачи плыл куда глаза глядят, они действительно прибыли на остров, где находилась деревня Кокояси.
Видя это, Хигума не мог не вздохнуть: — Судьба — удивительная штука. Но, похоже, в ней есть и свои плюсы.
Конечно, были и плюсы. По крайней мере, он теперь понял, как в некоторой степени можно использовать судьбу. Если хочешь куда-то попасть, нужно просто найти нужного человека и следовать за ним.
Хигума сошел с корабля, за ним последовал Том, неся на плече оглушенного шлепанцем Хачи.
Не успели они войти в деревню, как из соседнего леса выскочил человек, чья рука уже лежала на пистолете у пояса. Казалось, при малейшей опасности он готов был открыть огонь: — Вы... вы пираты?
Глядя на мужчину в полицейской форме с двумя усами и вертушкой на фуражке, Хигума понял, кто перед ним. Местный полицейский деревни Кокояси, Гэндзо, который был для Нами и Нодзико как отец.
Глава 41.
Ветряная мельница на фуражке Гэндзо была прикреплена туда, чтобы развлекать маленькую Нами, когда та была еще младенцем. Прошло почти восемь лет, а он так и не захотел ее снимать. К тому же, когда Нами и Нодзико были детьми, они частенько проказничали, воруя еду, книги и прочие мелочи, и именно Гэндзо тайно за все платил. Так что он по-настоящему считал Нами и Нодзико своими дочерьми.
Единственное, что огорчало, так это то, что Бельмере, казалось, не питала к Гэндзо никаких романтических чувств, видя в нем лишь члена семьи. Как говорится, любовь, в большинстве случаев, — это игра в одни ворота.
Хигума постарался, чтобы его улыбка выглядела как можно более дружелюбной. В конце концов, Гэндзо можно было считать названым отцом Нами. Будь он сам на несколько лет моложе, этот человек стал бы ему наполовину тестем.
— Мы не пираты, мы исследователи, — нагло врал Хигума.
Бум! — Раздался выстрел. Пуля, выпущенная из пистолета в руке Гэндзо, устремилась прямо в плечо Хигумы.
— Хватит врать, на вашем корабле пиратский флаг! — прокричал Гэндзо.
Хигума не стал уворачиваться. С его лица не сходила дружелюбная улыбка, пока он спокойно держал в руке расплющенную и деформированную пулю, отскочившую от его плеча.
[Динь! Поздравляем, из красного трофея получен навык стрельбы. Навык изучен и автоматически преобразован в опыт.]
— Это его корабль, он пират, но я его одолел, и он решил отказаться от зла и встать на путь истинный, отправившись со мной в приключения, — продолжал нести чушь Хигума, указывая на Тома и бросая на землю искорёженную пулю.
Гэндзо застыл в полном оцепенении. Он сам не понял, почему вдруг выстрелил. Кажется, улыбка этого человека вызвала у него непреодолимое желание атаковать. Но еще больше его поразило то, что пуля, попавшая в цель, в итоге повредилась сама. А этот мужчина остался цел и невредим, даже его простая на вид одежда не пострадала: "Какой ужас, это вообще человек?!"
— Ты охотник на пиратов? — с долей веры в голосе спросил Гэндзо. Столь сильному человеку не было нужды его обманывать.
Однако, когда его взгляд упал на пиратский корабль, он отчётливо увидел, что огромная носовая фигура была точной копией стоявшего перед ним мужчины. После чего, он снова поднял оружие и нацелился на Хигуму. Хоть он и понимал, что ему не справиться, он не мог отступить, ведь за его спиной была деревня!
Хигума хлопнул себя по лбу: — А! Так вот в чём дело. Этот корабль изначально был моим, но потом этот проклятый пират его украл и превратил в пиратское судно. Я его только что отбил.
Том: ?
В этот момент Том понял, что у него появилась новая роль: козла отпущения: "Нелегко же придётся с таким капитаном".
Видя, что Гэндзо всё ещё сомневается, Хигума, привстав на цыпочки, стащил с плеча Тома потерявшего сознание Хачи.
— Я просто хочу зайти в деревню, чтобы пополнить запасы воды. Вот, я только что поймал в море этого осьминога, считайте это подарком за знакомство.
Теперь Тому стало немного легче, по крайней мере, кто-то оказался в еще более плачевном положении, чем он. Ведь Хигума только что представил его как морепродукт.
Хотя поведение Хигумы и казалось странным, Гэндзо, взглянув на искорёженную пулю на земле, подумал и всё же уступил дорогу: — Что ж, проходите. Раз вы хотите отдохнуть, пойдёмте ко мне домой.
В итоге, одним ударом снова отправив в нокаут только что очнувшегося Хачи, Хигума вместе с Томом последовал за Гэндзо в деревню Кокояси. Несмотря на то что деревня была небольшой, она процветала, вероятно, из-за близости к морю и часто заходящих торговых судов. Неудивительно, что в других деревнях на том же острове у многих не хватало денег на выкуп, в то время как в Кокояси только у семьи Бельмере не нашлось нужной суммы.
Высокий и странный вид Тома вызвал небольшое беспокойство среди жителей, но благодаря успокаивающим словам Гэндзо всё обошлось. Проходя по главной улице, Гэндзо вдруг быстрым шагом направился к книжной лавке. После чего, Хигума повернул голову и увидел, как тот поднял в воздух маленькую девочку.