Страница 366 из 530
— Кончай нести чушь, дай лучше еще сигару. Говорю тебе, та груда обломков — это та груда обломков, а я — это я. Мы никак не связаны. Я теперь дух корабля Фури, и с тем старьем меня больше ничего не связывает, — тараторил Фури, протягивая руку к Хигуме за сигарой.
Хигума бросил ему целый ящик: — Обещанные десять ящиков. Вот первый, остальное — позже.
— Куда теперь? — небрежно спросил Фури, прикуривая новую сигару.
Хигума, от нечего делать, листал судовой журнал, который вела Нодзико. — В Флорианский Треугольник, посмотрим, не найдем ли мы того здоровяка Умибозу. А потом — на Амазон Лили.
Услышав, что они направляются в Флорианский Треугольник, Фури, до этого сосредоточенно пыхтевший сигарой, подпрыгнул на месте. От волнения его голос даже сорвался: — Что?! В это проклятое место?!
Глава 411.
Реакция Фури немало удивила Хигуму. Он небрежно отложил в сторону судовой журнал Нодзико и, взглянув на корабельного духа, спросил: — Ты же там уже бывал, чего так разволновался?
— Ты не понимаешь! Раньше я не знал, но теперь... ни за что не возвращайся в это проклятое место! — взмолился Фури. — Этот здоровяк — настоящий безумец!
Под здоровяком Фури, без сомнения, подразумевал Умибозу.
— Ты говоришь об Умибозу? Что тебе известно? Что он натворил в прошлом? — с любопытством поинтересовался Хигума.
Должно быть, Умибозу совершил нечто ужасное, раз его заточили во Флорианском Треугольнике. Это напоминало историю Занеши, который был наказан за тяжкое преступление вечно странствовать по Новому Миру, не имея права остановиться.
— Я не знаю подробностей, но знаю, что именно этот безумец отломил ветвь от Древа Адам.
Когда эта картина всплыла в сознании Фури, он словно заново пережил тот ужас. Под исполинским древом, уходящим в самые облака, окутанный белым туманом безумный силуэт в припадке ярости тряс могучее дерево. Неизвестно, сколько времени это продолжалось — год или два, десять или восемь, а может, сто или тысячу лет. Безумная фигура без сна и отдыха неистово раскачивала самую толстую ветвь дерева. Пока...
Крр! — Звук ломающейся ветви, подобный раскату божественного грома, сотряс весь мир. Но что по-настоящему потрясло всех, так это то, что фигура подняла необъятную ветвь и принялась хаотично размахивать ею, словно намереваясь смести всё на своем пути. С каждым взмахом ветви Древа Адам мир содрогался, небо и земля словно менялись местами, а с небес обрушивались ветер, громы, огонь, древесные обломки и даже земля — настоящий апокалипсис!
На этом видение обрывалось, но Фури был до смерти напуган этим безумным силуэтом. Он не знал, что тогда произошло, почему тот совершил столь отчаянный поступок и чем всё закончилось, а также кто его остановил. Он помнил лишь, что безумная фигура, размахивая ветвью, яростно ревела: — Я! Умибозу! Категорически не согласен!
Хигума шумно втянул воздух. Он снова и снова пораженно вдыхал, пытаясь осознать услышанное. Он примерно представлял себе величие Древа Адам, которое, несомненно, не уступало Солнечному Древу Еве. Самая большая его ветвь, должно быть, заслоняла собой небо. А если прибавить к этому рост Умибозу, превышающий десятки тысяч метров, то открывшаяся картина была просто невообразимой!
"Неужели у этого типа есть и такая сторона?" — Хигума уже дважды контактировал с Умибозу. И хотя он ни разу не видел его истинного облика, по голосу можно было судить, что характер у него довольно спокойный, совсем не похожий на того, кто способен на подобные безумства. Что же произошло в те годы, что довело такого, казалось бы, смирного гиганта до такого состояния?
Хигума решил во что бы то ни стало разбередить старые раны Умибозу. Фури был категорически против, но его возражения, очевидно, не имели никакого веса...
..........
На этот раз Хигуме даже не пришлось прилагать особых усилий — Умибозу сам вышел на связь.
— Я и раньше чувствовал знакомую ауру, а это, оказывается, старый знакомый пожаловал.
Слова Умибозу были обращены не к Хигуме, а к Фури. Хотя вокруг стоял густой белый туман и ничего не было видно, тело Фури неудержимо дрожало, а лицо стало мертвенно-бледным. Хигума никогда не видел Фури в таком состоянии, очевидно, воспоминания произвели на него неизгладимое впечатление.
— Фури кое-что рассказал о тебе, — Хигума незаметно положил руку на голову Фури, даря ему толику чувства безопасности. — Что же тогда произошло? Почему ты сломал Древо Адам?
С таким древним существом, прожившим невесть сколько лет, лучше было не хитрить. Прямой разговор действовал куда эффективнее, чем хождение вокруг да около. Умибозу, очевидно, заметил страх Фури.
— Эх... Похоже, ты получил лишь часть воспоминаний. Тебе не стоит меня бояться, — с ноткой разочарования в голосе протянул Умибозу. — Все из-за Урана, которого вы зовете древним оружием, Небесным Королем.
Это было и ожидаемо, и в то же время удивительно. Хигума предполагал, что заставить такое существо, как Умибозу, сражаться в полную силу мог лишь кто-то еще более могущественный. Но он не ожидал, что Умибозу окажется настолько силен, чтобы выжить после битвы с Небесным Королем.
— Я не мог смириться с их действиями и хотел их остановить, поэтому и произошло то, что произошло. И именно из-за этого я оказался в таком положении.
Хигума терпеливо ждал, но в итоге услышал лишь эти две туманные фразы. Он не получил практически никакой информации, кроме того, что Умибозу пытался бросить вызов Небесному Королю.
— И это всё? — Хигума был не слишком доволен.
— Я не могу сказать больше. То, что я рассказал, — уже предел.
Как и Занеша, Умибозу был связан множеством ограничений.
— Хорошо, тогда я буду спрашивать, а ты отвечай только да или нет, — Хигума решил попытаться обойти систему.
Умибозу промолчал.
— Если хочешь узнать о Небесном Короле, пересеки тот континент. Там есть остров, куда бьют молнии. Там должны были остаться кое-какие следы. — Сказав это, Умибозу исчез, и окружающий белый туман рассеялся.
— Остров, куда бьют молнии? Он, должно быть, говорит об острове Райдзин. Какое отношение он имеет к Небесному Королю? Неужели эти молнии и есть дело рук Урана?
Это было весьма вероятно. Из трех древних оружий Посейдон мог общаться с Морскими Королями, будучи по праву богом морей. Плутон мог разрушать и пересоздавать землю, что делало его владыкой суши. В таком случае, Небесный Король, скорее всего, управлял погодой. Однако, если его сила ограничивалась лишь этим, он был бы слишком слаб. Ведь истинная мощь Плутона заключалась не в разрушении, а в созидании. Значит, и у Небесного Короля, помимо управления погодой, должна была быть и другая, более могущественная сила.
— Пойдем, сначала заглянем на Амазон Лили, а потом надо бы проверить, как там дела у Эйса.
С островом Райдзин можно было и повременить. Хигума обещал Зеффу и остальным отправиться с ними в Новый Мир. А вот что касается Эйса, то Хигума отсутствовал уже довольно долго, и пора было по-настоящему отточить свой навык царапающей атаки. Чтобы добраться до Амазон Лили, кратчайший путь лежал через эксклюзивное вихревое течение Мирового Правительства.
— Амазон Лили ведь находится в Калм Белт, ты движешься не в том направлении, — заметил Фури. Будучи корабельным духом, он каким-то образом умудрялся ориентироваться на Гранд Лайн. Возможно, это был врожденный талант, ведь на Гранд Лайн существовали и другие существа, способные определять направление, например, южные птицы с острова Джая.
— Прямой путь займет слишком много времени, мы срежем, — беззаботно ответил Хигума.
Маринфорд, некогда главная база Морского Дозора, теперь стал базой G1. Именно туда Хигума и направлялся, чтобы срезать путь.