Страница 158 из 530
— Вставайте, хватит притворяться! — Хигума, видя, кто пьян, а кто спит, пнул Зеффа и Тома, чтобы разбудить их. — Пошли, отплываем!
Они вскочили как ошпаренные, и все направились к Фури. Перетащив на борт золотые колонны, они, вычерпывая воду из трюма, поплыли в сторону Божьего острова.
Изначально Хигума планировал сразу покинуть небесный остров, но за всю ночь Энель так ни разу его и не обругал.
"Хм! Что за херня, я так издевался над Энелем, а тот даже не выругался в мой адрес. Похоже, атаки Гнева ему было недостаточно. Добавлю-ка я ему ещё перца!" — На краю облачной дороги Божьего острова Хигума оставил всех ждать на Фури, а сам вместе с Томом и Нодзико направился в определённом направлении.
Нодзико активировала силу фрукта Тишины, создав звуконепроницаемый барьер вокруг них троих.
Так они бесшумно прокрались внутрь.
Ковчег Максим.
Люди, строившие ковчег для Энеля, даже не успели заметить троицу, как были оглушены Королевской Волей Хигумы.
Том провёл рукой по золотому корпусу ковчега, начертив кривую линию: — Здесь можно резать, это не повредит мощную двигательную систему этого корабля.
Хигума, не говоря ни слова, взмахнул Сигурэ и отрезал огромный кусок золота: — Здесь тоже можно резать, но нужно быть очень осторожным, оставить хотя бы три миллиметра.
Шух-шух! — Ещё один большой кусок золота был отрезан.
— Это позолоченное лицо — просто роскошное украшение, можно резать.
Шух-шух!
— Это можно резать...
Шух-шух-шух!
..........
Обойдя ковчег по кругу, они значительно его "облегчили". И общий вес уменьшился как минимум на треть.
— Уходим! — Хигума был доволен. Если Энель и это стерпит, то Хигума признает своё поражение.
Взвалив на себя кучу отрезанных кусков золота, они тихо удалились, никого не потревожив.
Тяжело раненный Энель после вчерашней битвы и сбитый с толку словами Хигумы, чувствовал себя растерянным. Он всю ночь провёл в своей комнате в раздумьях, не обращая внимания на происходящее снаружи.
Когда же он наконец всё обдумал и пришёл к ковчегу, то увидел лишь похудевший на треть Максим, на корпусе которого была вырезана надпись: "Корабль слишком тяжёлый, много электричества жрёт. Я помог ему скинуть веса, чтобы сэкономить".
— МРАЗЬ!!! МРАЗОТА ИЗ СИНЕГО МОРЯ! — Энель долго стоял в ступоре, прежде чем выдавить из себя эти слова.
..........
На борту Фури, мчащегося по волнам к краю облачной дороги, Хигума, который всё это время ждал, вдруг улыбнулся.
Голос Энеля отчётливо донёсся до его ушей.
Одновременно с этим, в его сознании возникло изображение Энеля в реальном времени. Тот стоял рядом с уже бесформенным ковчегом Максим и со скрежетом зубов читал оставленную Хигумой надпись.
"Идеально!" — Хигума весело откинулся на своём Пустом Троне и посмотрел на край облачной дороги. Эта поездка, не считая трудного подъёма, прошла довольно гладко.
"А?" — почему-то у него возникло чувство, что он что-то забыл: "Ладно, неважно".
Настроение у него было прекрасное, с таким количеством золота можно было развернуть серьёзную деятельность.
В первую очередь — создание разведывательной сети, требующее огромных вливаний. Затем — сеть развлекательных заведений с морским рестораном в центре, которая тоже нуждалась в инвестициях.
К тому же, дела в Алабасте, должно быть, подходили к концу. Некогда процветающее королевство после проделок Крокодайла нуждалось в восстановлении, и это был отличный момент для захвата рынка.
Коммерческая империя, основанная на вапометалле, всё ещё находилась на стадии инвестирования и тоже требовала средств. И самый затратный проект — создание древнего оружия Плутон — теперь, с этим золотом, можно было официально начинать.
Хигума чувствовал, что его будущее надежно. Однако, пока он предавался мечтам, с наблюдательной вышки донёсся панический крик Бельмере: — Капитан! Впереди нет дороги, мы сейчас упадём!
Услышав слово упадём, все, кроме Айсы, пришли в ужас. Они уже пережили это один раз и не хотели повторения.
Клац-клац-клац! — С механическим скрежетом Пустой Трон вместе с Хигумой развернулся.
— Чего боитесь, я всё предусмотрел, — сказал Хигума и поманил Айсу.
— Отец, что-то случилось?
Хигума достал маленький свисток и протянул его Айсе: — Осьминог-шар, ты ведь умеешь его призывать?
Этот свисток Хигума специально выпросил у пьяного вождя именно для такого случая. Как капитан, он должен был заботиться о безопасности плавания. Хотя конечно, капитаны типа Луффи — исключение.
— Да! Умею, отец, не волнуйся, предоставь это мне, — сказала Айса, ударив себя в грудь.
В этот момент Фури вылетел за пределы облачной дороги и завис в воздухе. Внизу была пустота высотой в десять тысяч метров.
— Тууу! — Айса особым образом дунула в свисток, и из облачной дороги выскочил осьминог. Он вытянул щупальца и обхватил весь корабль. Затем его голова быстро надулась, превратившись в подобие воздушного шара, и Фури повис в воздухе.
— Фу-у-ух... — Увидев это, все вздохнули с облегчением.
Бонни, глядя на осьминога-шара, восхищённо сказала: — Невероятно, что этот осьминог может удержать столько золота.
Сказано было без злого умысла, но у Хигумы от этих слов ёкнуло сердце. Он наконец-то понял, что он забыл!
Глава 175.
Бум! — Едва слышный звук донёсся до ушей команды, и в тот же миг Фури резко накренился на один бок. Одно из щупалец осьминога-шара лопнуло!
"Вот чёрт!" — Хигума уже вскочил на ноги. Он забыл посчитать вес золота, которое только что срезал с ковчега Максим. Ведь Осьминог-шар просто не мог выдержать такой вес.
— Всем держаться!
— Зефф! Паруса!
— Бонни! За штурвал!
— Дадан! Включай ветряные ракушки!
— Том... — Не успел Хигума договорить, как Том уже вернулся с кучей инструментов.
— Капитан, я уже развернул оба крыла в нужную сторону!
Хигума опешил: — Чёрт! Так быстро!
Не зря его звали лучшим кораблестроителем в мире, такая скорость была просто нечеловеческой. Раньше, чтобы лучше оседлать Бьющий вверх поток и не дать кораблю вылететь, Том установил на Фури два крыла для увеличения давления. А теперь, развернув их, он превратил корабль в подобие самолёта.
Разница в давлении сверху и снизу крыльев создавала подъёмную силу.
— Отличная работа! — похвалил Хигума и, посмотрев на Айсу, которую защищала Нодзико, сказал: — Пусть он отпустит Фури, мы взлетаем!
Хигума не только содрал с Энеля слой золота, но и прихватил с собой тринадцать ветряных ракушек.
Теперь они пришлись как нельзя кстати. Вместе с той, что уже была на Фури, и той, что Дадан отобрала у судьи Гэдацу, получалось ровно пятнадцать.
Пять ракушек в группе, три группы, работающие поочерёдно, обеспечивали тягу. Тяга есть, крылья есть — в нормальных условиях Фури мог бы парить в небесах.
Конечно, речь шла о нормальных условиях.
Доннн!
Доннн!
Доннн! — В этот момент в небе раздался прекрасный звон колокола. Хотя для Хигумы этот звон и не был таким же приятным, как игра Бонни на арфе, но в нём была своя прелесть.
Он был наполнен тяжестью истории, словно голос самого острова. Неудивительно, что жители Шандоры называли Золотой Колокол Светом Шандоры. Такой звон давал надежду и успокаивал даже самые бурные эмоции.
— Всё-таки зазвонили! — сказал Хигума, глядя в сторону Деревни Скрытого Облака. Он уже рассказал вождю и Вайперу всю правду о Ноланде и Крикете. Так что звонить в колокол или нет — решать было им самим.
Деревня Скрытого Облака.
Услышав звон, которого не было слышно четыреста лет, шандийцы радостно кричали в сторону края облачной дороги.