Страница 59 из 79
Парк покорил Викторию сразу. Он был совсем не похож на привычные глазу Уэйтфорширские сады, где гладкие луга простирались за горизонт, каждый куст знал своё место, а деревья были подстриженыв строгом соответствии с замыслом садовника. Природа Ривенхол-парка была совсем другой. В ней не было показной упорядоченности и стремления произвести впечатление, она жила по собственным законам и казалась настоящей. Неприукрашенной, но от того лишь более притягательной. И она удивительно подходила характеру самого герцога Ривенхола.
Дорожка, которую выбрала Виктория для прогулки, петляла меж старых дубов, ветви которых сплетались в позолоченный свод высоко над головой. Сквозь поредевшие кроны пробивалось солнце, оно раскрашивало ковёр из опавших листьев причудливыми пятнами света и тени.
— Какая же красота, ваша светлость! — выдохнула Салли, когда они вышли на небольшую поляну, окружённую высокими буками.
Их гладкие серые стволы блестели на солнце совершенно сказочным образом. Где-то высоко в ветвях перепевались птицы, шелестела листва. Виктория сделала глубокий вдох и подняла лицо к небу.
— Просто дух захватывает, — восхищённо продолжила Салли. — Пожалуй, я прямо сейчас готова простить Ривенхол-парку каждую скрипящую половицу и ступеньку! Ох, то есть, я совсем не имела в виду, что мне не нравится ваш новый дом.. Смотрите, ваша светлость, там, кажется, озеро!
Виктория повернула голову. Вдалеке действительно блестела вода — должно быть, то самое озеро, которое было видно из окна её новой спальни.
Тропинка тем временем уводила их всё дальше от дома. На место ухоженному парку с аккуратными дорожками пришла едва различимая тропка. Деревья здесь были ещё выше и гуще. Настолько, что солнечный свет едва пробивался сквозь кроны.
— Ваша светлость, не пора ли нам вернуться? — неуверенно предложила Салли. — Мы уже и так далеко забрели..
— Ещё немного, — откликнулась Виктория. Она и сама чувствовала, что нужно возвращаться, но что-то толкало её вперёд.
Лес вокруг изменился окончательно. Виктория не сразу поняла, что именно поменялось, но потом осознала: вокруг стояла совершенно неестественная тишина. Птицы умолкли, слышно было разве что как под ногами хрустят листья и ветки.
Она уже хотела поделиться этим открытием с Салли, но неожиданно что-то стремительное мелькнуло в воздухе совсем рядом, и Виктория инстинктивно отшатнулась, зажмурившись. В следующее мгновение раздался тихий удар о землю.
Салли вскрикнула.
— Господи, что это?!
Виктория стояла неподвижно, пытаясь унятьсобственный пульс. Когда она обернулась, то обнаружила птицу, лежащую на ковре из пожухлой листвы. Кажется, это был дрозд, обычный певчий дрозд с рыжеватой в тёмную крапинку грудкой.
— Это птица? Она упала? — раздался испуганный шёпот Салли позади. — О Господи, я чуть от страха не умерла.
Виктория не сумела выдавить ни слова в ответ. Она сделала шаг вперёд, потом ещё один, присматриваясь внимательнее. Птица лежала на боку с поджатыми лапками, её глаза-бусинки были открыты. Никаких видимых повреждений или крови не обнаруживалось, просто маленькое неподвижное тельце. Такое безобидное и такое неправильное в своей неподвижности.
А затем Виктория посмотрела по сторонам и взгляд выхватил ещё одну птицу. Она лежала чуть поодаль, почти скрытая опавшими листьями. Виктория шагнула вбок от тропы и обомлела.
Третья птица выглядела уже так, будто.. лежала здесь не первый день. Четвёртую, с такой же крапчатой грудкой, Виктория рассмотрела у корней дуба в нескольких ярдах.
Сердце словно обдало холодом. В горле пересохло.
— Леди Видмор!! В-ваша светлость, умоляю, пойдёмте отсюда! Пожалуйста, пойдёмте!!
Виктория почувствовала, как Салли схватила её за руку, и это прикосновение вырвало её из оцепенения. Она резко развернулась, подхватила юбки и быстро зашагала прочь, увлекая за собой причитающую камеристку.
Разум же продолжал лихорадочно соображать. Что это? Какая-то эпидемия? Или они чем-то отравились? Птицы ведь не падают замертво в полёте. А если и падают, то не так массово.
Всю обратную дорогу они с Салли шли молча. Виктория не могла выбросить из головы поляну с птицами и тот момент, когда одна из них едва не врезалась в неё в своём предсмертном полёте. И как бы рационально Виктория не смотрела на жизнь, она не могла не усмотреть в этом дурной знак.
Они уже почти вышли к главной аллее, когда вдалеке раздался стук копыт.
Звук приближался со стороны главных ворот, и Виктория невольно замедлила шаг, присматриваясь к подъездной дорожке. Несколько мгновений спустя из-за поворота показался крупный и широкоплечий мужчина верхом на лошади тяжеловозной породы. Всадник заметил их почти сразу, без колебаний натянул поводья и направил лошадь шагом прямо к ним. Затем и вовсе ловко спешился.
Чембыстрее сокращалась дистанция между незнакомцем и Викторией, тем отчетливее она понимала, кем именно был этот гость.
Мистер Мартин Диксон оказался действительно внушительным мужчиной. Ростом, пожалуй, на полголовы выше герцога Ривенхола, с крупными запоминающимися чертами лица и улыбчивыми глазами. Добротный коричневый сюртук для верховой езды сидел на нём будто бы с трудом, а шейный платок явно выдавал в хозяине человека, не слишком беспокоящегося о мнении окружающих.
Мистер Диксон остановился в нескольких шагах и приветственно склонил голову, коснувшись пальцами полей шляпы.
— Позволю себе предположить, — заговорил он, — герцогиня?
Голос у него был низкий и глубокий, очень подходящий плотному сложению.
— Всё верно, — отозвалась Виктория с вежливой улыбкой. — А вы, полагаю, мистер Мартин Диксон.
Салли заблаговременно отстала на несколько шагов, и Виктория мысленно поблагодарила её за сообразительность. Из-за случившегося в парке она всё ещё чувствовала себя потерянной, а неожиданная встреча только усугубила это состояние.
— Очень рад нашему знакомству. Я только сегодня вернулся из Лондона, поэтому никак не мог нанести вам визит раньше. Как вы.. поживаете?
— О, не беспокойтесь. Всё более, чем прекрасно.
Виктория снова изобразила улыбку. Разумеется, ей пришлось слукавить, но она не могла заводить разговор о мёртвых птицах, едва начав знакомство с этим джентльменом.
И если уж быть до конца откровенной, она вообще не представляла, о чём заводить разговор с мужчиной, с которым они были представлены лишь заочно. К счастью, мистер Диксон таких неудобств явно не испытывал:
— Признаться, герцог меня очень удивил, — проговорил он добродушно. — Насколько я знаю, когда он отправлялся в столицу, женитьба в его планы не входила. Я даже письму его не сразу поверил, но теперь встретил вас и понял, в чём дело.
— В самом деле? — Улыбка чуть не сползла с лица Виктории, когда она уловила скрытый намёк. — Что ж, полагаю, удивление в таких обстоятельствах вполне оправдано. Вы не желаете выпить чая, мистер Диксон?
— С большим удовольствием, ваша светлость.
Мистер Мартин Диксон развернул коня, и они не спеша побрели к конюшням.
Беседа не клеилась. Виктория пыталась развлечь собеседника разговором о необычайно тёплой для октября погоде, но тот неожиданно сделался очень задумчивым и лишькоротко соглашался с её репликами.
— Вы гуляете в парке в сопровождении одной горничной, ваша светлость? — неожиданно спросил её мистер Диксон.
— Да..
— На мой взгляд, это весьма неосмотрительно, — заметил он. Его добродушные глаза вдруг сделались цепкими и строгими. — Раз уж герцог попросил меня позаботиться о.. Ривенхол-парке и его обитателях, я могу составлять вам компанию на прогулках.