Страница 47 из 79
— Какое платье приготовить, ваша светлость? — спросила Салли, перед тем как помочь Виктории забраться в ванну.
— Синее, то, что с кружевной отделкой.
Опустившись в горячую воду, Виктория с наслаждением прикрыла глаза. Напряжение этого длинного дня понемногу отпускало, мышцы расслаблялись, а мысли наконец замедляли свой бег.
— Позвольте я вытащу заколки, — пробормотала Салли и, подвинув стульчик, присела у ванны.
Пока Салли вынимала шпильки из её причёски, Виктории на ум пришла ещё одна теория, которая могла объяснить сдержанность Ривенхола.
Возможно ли, что герцог боялся перейти некую черту? Всё-таки пережитая трагедия не могла не наложить на него своего отпечатка. Пусть он и говорил, что Виктория пробудила в нём прежние чувства, но.. исцелился ли он до конца? Настолько, чтобы снова быть с кем-то вместе. Физически.
С другой стороны, герцог и «боялся»? Это даже в мыслях звучало нелепо.
Ещё немного Виктория обдумывала это, пытаясь заодно припомнить какие-нибудь детали поездки или фразы, которые можно было счесть за намёки. А потом ей стало стыдно за собственные размышления.
Всё это было ужасно глупо. В конце концов, она давно уже не девочка, чтобы терзаться вопросом супружеских отношений. Так или иначе всё разрешится, нужно просто успокоиться и подождать.
— Знаете, ваша светлость.. — неожиданно заговорила Салли. Виктория обернулась и увидела, как на лице девушки расцветает смущённая улыбка. — Может, и мне когда-нибудь повезёт выйти замуж? По любви..
Под внимательным взглядом Салли быстро стушевалась.
— Если ты встретишь хорошего человека, — ответила Виктория мягко, — то я обязательно выделю тебе небольшой капитал. Для семейной жизни.
— Ох, леди Видмор.. то есть, ваша светлость.. Вы слишком добры! Герцогу очень повезло с вами.
Услышать столь смелое заявление из уст камеристки было действительно неожиданно. И в некотором роде даже трогательно.
— Одного везения для семейного счастья недостаточно, Салли, — пробормотала Виктория со вздохом, — поэтому выбирай себе мужа внимательно и придирчиво.
Ривенхол уже ждал её в небольшой отдельной столовой, которую, судя по всему, снял специально для ужина. Хотя Виктория сомневалась, что в этом была необходимость, потому что.. других постояльцев в «Рыжем льве» она пока просто не видела.
Мог ли герцог снять гостиницу целиком?
А если да, то зачем он это сделал?
Ответ на этот вопрос Виктория пыталась прочитать во взгляде, которым герцог встретил её появление. В тёмных глазах вспыхнул истинно мужской интерес.
— Вы прекрасно выглядите, — сказал Ривенхол, поднимаясь навстречу.
Он отодвинул для неё стул, а когда Виктория подошла, чтобы присесть, то ненадолго придержал её за плечо и, наклонившись, коснулся губами щеки.
И это был пятый раз.
По затылкупробежали мурашки. Герцог, который находился так близко за спиной, стал слишком большим испытанием для её выдержки. Присев на стул, Виктория расправила юбки и сосредоточила все усилия на том, чтобы никак не выдать своего волнения.
На столе уже стояло большое блюдо с запечённой сёмгой под сливочным соусом, мясной пирог с рубленной зеленью и глубокая чаша с овощным рагу, которую окружали судки с ароматными заправками, солью и перцем.
— Надеюсь, этот простой ужин вас не разочарует, — сказал герцог, усаживаясь напротив.
Виктория пробормотала доброжелательный ответ. Она уже не сомневалась в том, что хозяин «Рыжего льва» знал, как угодить знатным постояльцам. И сервировка, и атмосфера в уютной столовой, были выше всяких похвал. Свечи отбрасывали блики на тёмные деревянные панели, в камине тихо гудело пламя, наполняя комнату приятным теплом. Пожалуй, лучшего вечера Виктория и пожелать не могла.
Угощение действительно её не разочаровало. За непринуждённой беседой ушла и сковывающая неловкость; герцог завёл разговор, который плавно перетёк в любопытный монолог о местных фермерских хозяйствах и охотничьих угодьях, и Виктория с интересом слушала его, то и дело ловя себя на мысли, что видит перед собой совершенно новую сторону Ривенхола. Зрелую, рассудительную, даже мудрую. Он очень хорошо знал и любил свои земли. Это не могло не вызывать уважения.
На десерт жена хозяина гостиницы подала яблочный крамбл с заварным кремом. Пирог оказался изумительно вкусным, пожалуй, даже самая опытная кухарка Видмор-парка не смогла бы приготовить его лучше.
— Весь секрет в сорте яблок. В пироге местные яблоки, вы не найдёте их нигде больше, — отозвался Ривенхол, когда Виктория поделилась с ним своими впечатлениями. — Но только не говорите миссис Флеминг, что я раскрыл вам её секрет. Она не простит мне этого.
— Ни в коем случае, — пообещала ему Виктория с улыбкой.
Она хотела было спросить, как именно называется этот сорт яблок, но герцог откинулся на спинку стула и спросил:
— Не хотите немного прогуляться по парку?
Виктория растерянно моргнула.
— Прогуляться?
— Да. Вечер выдался тёплый и безветренный. Завтра нам предстоит почти весь день провести в дороге. Почему бы не размяться перед долгой поездкой, раз уж представилась возможность?
В самом деле, Виктория рассчитывала, что представившуюсявозможность герцог будет использовать по-другому. Идти на улицу, когда уже стемнело, вместо того, чтобы..
Нет, здесь определённо было что-то не так. И неужели только она ждала сегодняшней ночи?
Виктория тут же себя одёрнула. Она ждала первой ночи скорее потому, что хотела побыстрее развеять неловкую неопределённость. В конце концов, супружеские обязанности — это неотъемлемая часть жизни каждой замужней женщины. Даже мать Виктории когда-то давала ей наставления относительно этих обязанностей, говоря что жёнам полагается сносить их терпеливо, преисполнившись мыслями о зачатии наследника. Мыслей, как позже выяснит Виктория, будет недостаточно, однако к нынешней ситуации это отношения не имело.
Внутри тонким ручейком струилось разочарование. Если уж быть до конца откровенной, дело было не только в долге и обязанностях. Кое-какую роль в ожиданиях Виктории играло ещё и женское любопытство. Всё же герцог Ривенхол был привлекательным и хорошо сложенным мужчиной. И невольно Виктория задумывалась.. Она просто не могла не задумываться.
— Виктория?
— С удовольствием, — услышала она собственный голос, ровный и любезный. — Я с удовольствием прогуляюсь перед сном.
Герцог улыбнулся.
— Я буду ждать вас внизу. Оденьтесь теплее.
Октябрьский вечер принял их прохладными объятиями с ароматом земли и прелой листвы. Солнце давно село — осенью темнело рано, и к семи часам от дня не оставалось ничего, кроме узкой жёлто-оранжевой полосы на горизонте. Ривенхол предусмотрительно достал где-то масляный фонарь, и теперь его тёплый свет разливался в такт энергичным шагам, выхватывая из темноты ветки шиповника и влажную траву, наползающую на края дорожки.
Это было удивительно, но незапланированная вечерняя прогулка оказалась в некотором роде даже романтичной. Свежий воздух тревожил чувства, а необычайная тишина и темнота придавали их с герцогом уединению особого, будто запретного флёра. Ривенхол крепко держал Викторию за руку и двигался так уверенно, словно темнота была его привычной стихией.
Эти мысли Виктория даже решилась озвучить вслух.
— Я люблю гулять по вечерам, — сказал герцог в ответ. — Честно говоря, такая привычка пошла от бессонницы. Долгое время у меня были проблемы со сном, и решал я их бесконечными прогулками под луной.
Виктория подняла глаза от гравийной дорожки и взглянула на профильРивенхола.
Вот оно. Тот самый отпечаток, что наложила на него пережитая трагедия. Но была ли бессонница единственной его проблемой?