Страница 9 из 101
— Какого хрена здесь случилось? — будит меня громкий и полный непонимания голос Стана.
Распахиваю глаза. Причмокивая, облизываю сухие губы и приподнимаюсь на диване.
— Чёрт возьми, Русó, что здесь произошло? На тебя кто-то напал? — Стан, бросив свои вещи на пороге, влетает в гостиную и взволнованно смотрит на меня.
— Блин, я заснула и забыла всё помыть, — кривлюсь, садясь ровнее. — Нет, на меня никто не нападал. Я немного психанула.
— Психанула? — спрашивая, Стан оглядывает всё, что его окружает. А всё вокруг покрыто кровью. Ну, может быть, огромным количеством крови. Она уже засохла и стала вонючей.
— Да. Я облажалась.
— Ты конкретно облажалась, Русó. Что ты здесь устроила? Вечеринку без меня? — друг обиженно поджимает губы.
— Если бы. Не было вечеринки, если только гостями были страх, паника, ужас и безумное отчаяние. Я немного сошла с ума и сама сотворила всё это. Думала, что это мне поможет, или же меня это взбесило. Уже не помню. Я заснула, потому что очень устала.
— Выглядишь дерьмово. Ты вся грязная. Ладно, я пока ни черта не понимаю, но ты всё мне объяснишь. А сейчас иди и прими душ, от тебя уже воняет, — морщится Стан. — Я всё уберу здесь.
— Я посплю немного, — подавляя зевок, встаю с разодранного и покрытого тёмными разводами дивана.
— Нет. Ты примешь душ и придёшь сюда, Русó. Я не для этого прилетел сюда, и ты меня охренеть как напугала! Живо в душ и возвращайся, иначе силой вытащу тебя оттуда, — грозит он.
— Я королева…
— Да мне насрать. Для меня ты Русó. Твои королевские замашки меня не касаются. Давай, — Стан толкает меня в сторону лестницы, и мне приходится идти на второй этаж.
Я не выспалась, и поэтому моё настроение становится таким мрачным, что даже темнота ночи сейчас за полярным кругом не сравнится с ним.
— Даже не думай, — рычит Стан и дёргает меня за руку, сажая на кровати. Я сонно зеваю и одновременно издаю стон.
— Немного подремлю, ладно?
— Нет, — отрезает он и включает прикроватную лампу. — Что происходит? Почему вся кровь, которой ты должна была питаться целую неделю, облепила весь первый этаж? Что, мать твою, происходит, Русó?
— Меня немного стошнило. Потом я психанула, — признаюсь, издав тяжёлый вздох. — Я облажалась, вот и всё. Я умираю.
Стан бледнеет и садится рядом со мной. Его глаза выдают невероятный страх, а я… ничего не чувствую. Вот где нужно бояться. Ничего не чувствовать это хреново и странно.
— Говори, — хрипит он.
— Кажется, Ромá и другие из Совета были правы. Я умираю, Стан. Я заболела.
— Нет, это я понял. Я не идиот. Я хочу знать, как долго ты это скрывала? Почему ты не рассказала мне правду в Лос-Анджелесе? Почему так долго тянула с этим, Русó?
— Это важно? Мне нет, — дёргаю плечом и откидываюсь на спинку кровати. — Я знаю, что ты сейчас злишься, вижу это, но не чувствую. Я знаю, что ты в панике, и тебе плохо из-за бессилия. Ты считаешь, что я знала об этом давно. Нет. Я не верила, пока не убедилась в том, что я просто… кусок практически мёртвой плоти. И я позвала тебя, чтобы ты помог мне не в моём медленном самоуничтожении, а в другом.
— Я ни черта не понимаю. Не понимаю, — бормочет Стан.
— Мне нужно, чтобы ты кое-кого нашёл здесь и стёр их память. Одного врача и девушку. Убивать их не нужно, просто стереть воспоминания про меня, и всё.
— Всё? Это всё?
— Ага. Остальное не так важно, потому что я, правда, сильно облажалась. В общем, я была у психолога в тот день, когда на меня наорал твой отец. Я не особо слушала инструкции, поэтому пропустила тот момент, когда мне сообщили, что Сав приедет ко мне и что, вообще, его зовут Сав. Я сама поехала в город, нашла, по моему мнению, ту самую клинику и отправилась на приём к врачу. Но я облажалась. Они, видимо, перепутали клиента, а я перепутала врача. И я сказала человеку, причём довольно тупому, что я вампир, и мне много-много лет. Вероятно, я ещё упомянула про оргии, но не суть. Теперь этот придурок считает, что я шизофреничка, и отправил меня к другому врачу. Его имя — Соломон Ман. Когда я поняла, что ошиблась, поехала туда, чтобы всё исправить, но того врача, Уильяма, там не оказалось. Он, как мне сообщили, перестал консультировать и закончил практику. Он больше там не работает, что довольно хреново. Поэтому я попыталась забраться в голову к обычной девчонке, и в итоге меня чуть не забрали в психушку. Помимо этого, я бежала оттуда со всех ног. Я имею в виду, что реально бежала, а не делала это, как вампир. Я ничего не смогла сделать: ни загипнотизировать человека, ни прочитать его мысли, ни сбежать нормально. А ещё я заснула по пути домой и врезалась в дерево. Машина немного помялась, но я жива. Вот так. Найди их и подчисть всё за мной, а? По старой дружбе сделаешь это?
С надеждой и даже натянутой виноватой улыбкой смотрю на ошарашенного Стана.
— Ты это серьёзно? То есть факт того, что ты умираешь ничего, а то, что тебя какие-то люди посчитали сумасшедшей, для тебя очень важен? Ты нормальная? — повышает голос Стан.
— Нет. Ненормальная. Я больная, это уже факт, — хмыкаю.
— Господи, Русó! Ты потеряла свои силы! — Стан подскакивает с кровати, словно до него только сейчас доходят мои слова.
— Ну да, я об этом тебе и сказала.
— Как такое возможно? Ты же древняя! В тебе огромная сила! У тебя кровь самая чистая из всех нас! Господи, надо звонить отцу! Это же…
— Нет, — резко перебиваю Стана и хватаю его за руку. — Нет. Нельзя. Никто не должен знать об этом. Я не хочу всей этой возни вокруг меня. Не хочу, чтобы меня насильно заставляли лечиться и другую чушь. Не хочу, понимаешь? Ты сейчас испытываешь эмоции, а мне всё равно. Ты боишься, а я нет. Поэтому я хочу просто подчистить за собой, Стан. Подчистить, пока я ещё могу соображать. Это мой долг. Я не смогу умереть нормально, если буду знать, что снова подставила свой народ. Я не… смогу, Стан. Второй раз я стала причиной вероятного истребления нашего вида. Нет. Пожалуйста, никому не говори. Никому.
— Но… но… Русó, — издав, тихий стон Стан опускается на кровать и переплетает наши пальцы. — Русó, как же так? А кровь? Почему внизу всё в крови?
— Я решила, что мне просто нужно поесть, чтобы мои силы вернулись, и не смогла. Я выпила целый пакет, но потом меня тошнило фонтаном. Я не шучу, это был грёбаный фонтан из крови, Стан. А затем я психанула. Пошвыряла пакеты в разные стороны и уснула. У меня больше нет сил. Я слабая, как человек. Я ничего не могу сделать. Совет считает, что я ещё в силах убить одним пальцем, но это не так. Они не должны даже догадываться о том, что я бесполезна, иначе меня убьют, а мне хотелось бы умереть нормально. Всё паршиво. Ты был прав. Твой отец был прав. Все были правы, а я облажалась. Вы выиграли.
— О чём ты говоришь, Русó? Кто выиграл? Думаешь, что кто-то из нас желает тебе смерти? Нет, — Стан крепче сжимает мою руку, и это физически больно.
Я кривлюсь и дёргаю рукой.
— Полегче.
— Прости, — он ослабевает захват. — Но мы всё решим, ясно? Ты ещё не гниёшь. Ты просто потеряла силы, не можешь питаться и слаба, как человек. Ничего. Всё можно вернуть, Русó.
— Я не хочу этого, слышишь меня? Не хочу, — злобно дёргаю головой. — Не хочу.
— Ты умереть хочешь? — возмущается он.
— Да! Тебе станет лучше, если я скажу, да? Хочу, наконец-то, умереть и стать свободной от всего этого дерьма! Хочу умереть! — выкрикиваю я.