Страница 8 из 39
Пищали, пушки, пистоли - не более чем самопалы. Ладно… Вот та пушка, вроде ничего ещё, да и полегче, чем другие. Пистоли – ужасного качества, но лёгкие и удобные. В мешок.
Порох. Прохор открыл маленький бочонок пороха и осмотрел его повнимательнее. Слишком много селитры и, похоже, разбавлено песком; такой порох будет давать слишком много дыма и мало инертной энергии. Своё оружие, Медведь заряжать таким порохом бы не стал. В Мрачновку.
Одежда из шкур – рванина.
Велес фыркнул. Взять вообще особо нечего. Полсотни викингов перебиты, а его награда за сей подвиг – всего несколько монет.
Мародёрство – вещь нехорошая, но вполне себе выгодная. А Гром-Медведю вообще не стоит задумываться хорошо ли это или плохо. Победил врага – забери всё что сможешь. Монстры идут в пищу. Трофеи разбойников, в обиход. Всё что годится для торговли, на продажу. А если разбойник – баба, то можно загнуть её раком и снять стресс.
Увы, но последняя выжившая баба побежала в лес кормить собой местную фауну.
Взяв в руки маленькую сапёрную лопатку, он начал выкапывать мины, что установил на берегу за полчаса до прибытия викингов.
- “Слишком много потратился на них.” – размышлял Прохор. – “Всё же, нужно было подождать пока они причалят, а самому затаиться в лесу. А потом, в лесу, перебить этих уродов по одному. Так, может быть трофеев было бы больше.” – тут Велес обмозговал этот вариант и помотал головой в знак несогласия. – “Не. Слишком долго. Плюс, их было бы банально больше. Так не получилось бы отправить половину из них на корм рыбам.”
Две из восьми мин сработали на славу. Остальные мины Медведь аккуратно вырыл, обезвредил и сложил в сумку.
Амулет, реагирующий на магические всплески резко похолодел. Велес насторожился и быстро огляделся. Тут, краем глаза, Прохор заметил, что воздух рядом с лодкой начинает дрожать. Так и есть. Сюда скоро явится злобный агрессивный дух. Велес приготовил топор. Грань между Явью и Навью рушится. Грядёт Разлом. А Разлом принесёт с собой Излома. Все знают, что грань между мирами довольно тонкая. Иногда Мир Материи и Мир Магии могут пересекаться.
Когда бушует стихийное бедствие – эта грань шатается. Эта грань становится тоньше, когда происходит сильный всплеск магии (допустим, если какой-нибудь чародей переборщит с количеством заклинаний). Ну и конечно же, грань мироздания нарушается, если в одном месте слишком резко умирают слишком много людей или животных. Души мёртвых летят в Бездну, а границы Яви и верхний слой Нави на миг, соприкасаются.
В воздухе проявились полупрозрачные бесформенные фигуры, отдаленно напоминающие то ли перьевые облака, то ли разорванных медуз, то ли обрывки паутины. Энергетические и эмоциональные всплески там в Нави обретают своё очертание.
Далеко не все духи злобные. Есть мавки, махаваны, домовые – эти духи, как правило, добрые. Иногда духи могут быть даже порождениями самой Бездны, как шишры или жердяи, но при этом, не несут сильной опасности. Удивительно, но и не все бесы несут в себе зло, хотя, они однозначно, те ещё засранцы.
Но Излом – иной случай.
Излом – создание потустороннего мира, обретшее свою сущность, непосредственно в момент буйства магической силы. Там – в Нави, Излом собирается из ошмётков пси – энергии и магии; из фантомов, что породили смерти людей; и из мелких психических всплесков – так называемых энергопиявок. Излом - бесформенная масса, со свирепой и агрессивной натурой.
Пройти сквозь грань мироздания очень и очень непросто. Может быть, в Нави свои правила, но и у Яви есть свои законы. В мире материи невозможно существовать без оболочки – без тела. По сути, когда дух проходит через Разлом, он должен обладать немалой силой, чтобы в момент появлении в Яви, обзавестись физической формой. А на такое способны далеко не все духи. Единицы – если быть точнее. Да и зачем им это? Шаг в Явь – билет в один конец. Зачем бессмертным духам приобретать смертное тело? Чтобы когда-нибудь состариться и умереть? И что бы, после смерти в Яви, их сознание полетело на корм Бездне?
Бесперспективно.
Да вот только на Изломов эта логика не распространяется. Их примитивный разум просто не способен понять, что они делают и куда направляются. Смысл их существования – убивать и жрать. В Мире Духов они нападают на другие Сущности, а попав в Явь – запросто полакомятся первым кого увидят. А насчёт перехода из Нави в Явь у этих тварей вообще какая-то странная “скидка”, им просто не нужно иметь много силы.
В центре места где дрожал воздух, началась накапливаться едва заметная сфера. Сфера начала быстро расти, пока не лопнула словно мыльный пузырь, а из неё на прибрежные камни вывалился человекообразный монстр. Злобный дух перешёл из одного мира в другой, приобретя тело из плоти и крови.
Гомункул под два метра ростом. Одна рука больше другой. Сами руки мускулистые – мощные. Длинные острые когти. Шипастая спина. Две головы, в одной из которой Прохор узнал того викинга с перерубленной шеей. Очевидно Излом впитал в себя предсмертную агонию главаря норманнов. Огромная зубастая пасть в области живота, из которой торчал раздвоенный змеиный язык.
Мерзость. Жуть. Но Прохору было не привыкать. Излом хоть и выглядел опасно, но в этом мире есть твари и поопаснее. А Велес для того и существует, чтобы минимизировать угрозу со стороны всякой нечисти.
Медведь, конечно, пожалел, что расстрелял последние патроны, чтобы потешиться над нормандкой. Но у него ещё оставались бомбы.
В монстра почти сразу же полетел взрывоопасный снаряд, угодил прямо в открытую брюшную пасть. После того как прямо внутри чудовища раздался хлопок Прохор налетел на него с топором. Тварь была дезориентирована, но всё ещё продолжала оставаться опасной. Пара ударов, пара уклонений, и вот наконец чудь рухнула на землю. Велес добил монстра несколькими ударами по головам.
Готово. Не так уж и тяжело. Вот только на мужчину навалилась какая-то странная усталость. Видимо, он уже был не в той форме. Шатуна даже немного испугала эта мысль. Может дело в возрасте? Всё-таки, сорок четыре года – это уже не юноша. Это не тот возраст, когда бегают по лесам и бьют монстров и разбойников.
Да не… фигня. Евлампий – отец Прохора, оставался Велесом вплоть до семидесяти пяти лет.
Прохор подтянулся и стряхнул с себя усталость. Надо продолжать работу. Столкнуть лодку норманнов на воду, а потом сжечь трупы. Может ещё и тех сбежавших придурков поискать? Особенно ту рыжуху. Не то чтобы мужчина был обделён женским вниманием, но сейчас ему чисто по-человечески хотелось бабу. А потом выпить холодной медовухи. И спать. Да уж... С возрастом, энергии в нём действительно становится всё меньше, раз уж он мечтает о таких мелочах. Где, то вдохновение и желание защищать людей от смрада этого агрессивного мира? Где тот задор и жажда приключений, что бушевал в нём ещё десяток лет назад?
Его мысли отвлекли всплески в воде. Прохор вновь сжал в руке топор.
Выживший. Из воды на берег ковылял еле живой и перепуганный северянин. Норманн трясся от холода и всё время оглядывался назад, будто, то и дело, боялся, что на него набросятся со спины. А ему было чего боятся. В этом месте дно уходит в глубь под очень крутым, почти отвесным углом. Даже если ты рядом с берегом и, казалось бы, до суши оставалось несколько метров, не факт, что тебя не схватит осмарук или дельруг. Однако, Прохор помнил, что из воды, на несколько секунд показался огромных хвост. Чудо-юдо. Видимо чудо-юдо и распугал всех мелких монстров, потому, этому счастливчику и удалось спастись.
Счастливчику ли?
Вопрос - что делать с этим “счастливчиком”? Викинг был облачён в кожаную броню и шлем с кольчужной сеткой на лице. Броня довольно лёгкая – потому он и не пошёл на дно с остальными. По телосложению, разбойник напоминал юнца. Молодой совсем, даже убивать жалко.