Страница 57 из 919
— Ну как же. Мы теперь в одной упряжке. Не только я не могу нарушить слово, но и вы больше не имеете права выказывать мне недоверие по данному вопросу. Ни единого недоверчивого звука, Данимира Андреевна! Молчание и ангельское согласие — таков ваш девиз на то время, пока не будет исполнено королевское слово. В противном случае для вас все кончится скверно… — И тут всегда ровный холодноватый тон Кайлеана изменился. Он не просто усмехнулся — он счастливо оскалился во все тридцать два зуба: — Лесопилка закрылась, Данимира Андреевна!
Я на какое-то время замерла, уставившись на эту зубастую пасть, а потом обиделась за свое второе «я». Да если б он только знал, сколько раз моя бабуся наступала на горло своей песне!..
— Ах, лесопилка?!
Кайлеан скрестил руки на груди.
— Да, лесопилка.
Я набрала побольше воздуху… и выдохнула.
— Закрылась так закрылась, Кайлеан Георгиевич. Как скажете.
Очередной приступ кротости спровоцировала некая фраза в королевской клятве.
«Куда бы ни открылся портал». И куда же он откроется?
— А кстати, Ваше Высочество, куда откроется портал? — спросила я спустя неделю после получения королевского слова. — Фигурально выражаясь, куда подкоп роем?
Мы, как обычно, находились в библиотеке. Наступило время дозволенных речей — Кайлеан бросил карандаш, всласть потянулся и объявил перерыв на кофе.
— Разумеется, я пролагаю путь в Эрмитанию, куда же еще? — Он повращал кистью руки и взялся за чашку. — В идеале мы должны переместиться прямиком в замок Карагиллейнов. В моей башне есть специальное место, я регулярно использую его в качестве… м-м… посадочной площадки. Но это в идеале. Прежде я никогда не действовал, не имея представления о координатах отправной точки. Так что на практике может получиться по-другому. Главное — не угодить в леса.
Тут я вспомнила, что и Чудовище считал, что в лес без охраны лучше не попадать.
— А что не так с вашими лесами? — спросила я.
Кайлеан вздохнул.
— Вы совсем ничего не знаете о Конфедерации. Как вы умудрились прожить столько лет в таком невежестве?
— Я патриотка своего измерения. Да что там измерения… За последние сто лет я даже из России никуда не выезжала. Признаться, иногда даже путаю: то ли Париж — столица Лондона, то ли наоборот.
— Париж — столица Франции, — снисходительно сообщил мне демон.
— Уверены? Вам-то откуда знать?
— В отличие от некоторых я любознателен, и память у меня хорошая.
— Когда вам будет столько же, сколько мне, ваша любознательность несколько поутихнет, поверьте. Про память вообще не будем — трагическая тема. Так что там с вашими лесами?
А с лесами было вот что.
— Изначально — сразу же после начала колонизации — адские измерения были единым пространством без деления на отдельные государства. Но очень скоро среди любителей свободы начались раздрай и междоусобицы; как опята после дождя повырастали королевства и княжества, которые с упоением и с переменным успехом принялись завоевывать друг друга. Как-то раз одному из правителей пришла в голову мысль обезопасить владения, окружив королевство магической чащей — зарослями с повышенной неприветливостью к чужакам и повышенной способностью к регенерации.
— А, знаю, это как в «Спящей красавице», — вставила я.
Кайлеан нетерпеливо дернул подбородком (я уже начинала понимать язык его тела: ни о каких спящих красавицах он не слыхал, и не то чтобы они его сильно интересовали) и продолжил экскурс в историю Ада.
— Чтобы усилить защитный эффект, сообразительный правитель быстренько настряпал мантикор, химер, василисков и прочих чудищ, причем в том виде, в каком он их себе представлял, и ничтоже сумняшеся выпустил их на волю. Твари радостно упрыгали в леса и принялись там жить-поживать да добра наживать. А заодно кушать всех, кто имел неосторожность зайти на их территорию.
— Что, и своих тоже?
— Свои в тот лес не совались.
— Понятно, с грибочками да ягодками было покончено. Бедное население. Так что же, королевство самоизолировалось? А как же импорт-экспорт, обмен культурными ценностями и все такое прочее, вроде отправления деток на лето к бабушке в соседнее королевство?
— Для всего такого были проложены магические просеки, защищенные от проникновения растений и зверей. Волшебная чаща в них сплетается над дорогой, образуя тоннель. У каждого входа и выхода на дорогу располагается сторожевой пост, проникнуть в королевство без ведома стражи после этого стало практически невозможно. Нововведение показалось удачным и другим правителям, началось повальное возведение заколдованных лесов. Теперь у нас все королевства имеют лесную защиту, сквозь которую ведут магические тоннели. Только звери у всех различаются — они же создания воображения, а оно у всех разное.
— Тоннели из сплетенных ветвей… Как странно…
— Это красиво, Данимира Андреевна… — неожиданно мягко сказал Кайлеан. — Особенно в солнечный день… Едешь на коне по тоннелю, слушаешь неторопливый перестук копыт, дыхание живого леса… поднимаешь голову, а там, наверху, — зеленое сияние, золотые блики, все колышется, переливается… — Закончил он еще более неожиданно: — Если бы я родился не в королевской семье, то, наверное, пошел бы в Лесную Стражу. Это достойная работа. И опасная. Хотя сейчас уже не такая опасная, как раньше, — сказал он с явным сожалением. — На Эрмитанию уже лет пятьдесят никто не нападал. Но, бывает, защита от зверей дает сбой, тогда случаются прорехи в стенах, и твари выходят на дорогу. Иногда и в лес приходится выходить. Так что в лесники берут лучших.
— Вас бы взяли?
— Шутите? Меня бы взяли, даже если я не был бы принцем.
Что-то в его словах было такое, отчего простодушное Чудовище как бы проглянуло сквозь демоническую личину. Я снова потеплела душой к Кайлеану Карагиллейну Третьему. Нет, положительно из него выйдет вполне приличный король… Он смог заметить и зеленое сияние, и золотые блики… есть в нем что-то человеческое… вероятно, его жизненный план не так уж плох… особенно если Кайлеан предоставит определенную степень свободы своей несчастной жене. Быть может, для остальных граждан страны его правление станет благом?
Я задумалась вслух:
— Ваше Высочество, а вот, допустим, женитесь вы на выходе к морю, или на полезных ископаемых, или еще на чем-нибудь полезном… — Лицо Кайлеана начало каменеть, но я продолжала: — А вот ваша жена, допустим, встретит хорошего человека… или хорошего демона… другого, не вас… и, допустим, у нее возникнут…
чувства… не к вам… вы же закроете на это глаза? Ну, учитывая ваши реальные мотивы для женитьбы…
— Нет, — сказал Кайлеан, и это «нет» прозвучало лязганьем опустившейся тюремной решетки. — Наш союз будет сделкой с весьма определенными условиями, и — учтите — насильно под венец я никого не поведу. Так что лучше бы моей гипотетической жене не проделывать таких штук. Ее хождение налево может быть приравнено к государственной измене. Впрочем, все это глупости. У меня нет сомнений, что супружеский долг я смогу выполнить… э-э-э… при любых условиях. Королеве не понадобится кто-то другой.
И все, очарование разрушилось. Он же вообще не понял, что я имела в виду, и назвал чудо любви «хождением налево». И как я смогла углядеть милое Чудовище под этой маской? Передо мной снова был мультипентаграммный демон с темной непонятной душой.
— А с чего вас так заинтересовала моя личная жизнь? — холодно спросил демон.