Конец игры…

Дождавшись, когда «эвакуационная команда» скроется в зале, я тоже отступил за дверной проем и замер, прислушиваясь к движению снаружи здания. В этот момент, как это обычно и происходит, всё вокруг вдруг замолкло, и я чётко услышал двойное движение на входе в здание.

– Своя! – негромко оповестил я парней и запустил в фойе подарочек, сильно катнув гранату по полу, на манер броска в боулинге.

Через семь секунд здание в очередной раз тряхнуло, добавив в воздух солидную порцию взвеси, а из фойе послышались стоны раненых и крики на непонятном языке, скорее всего на иврите.

– Страйк, – прокомментировал я результат броска себе под нос, добавив пару коротких очередей вдогонку, и оглянулся назад, – что с ним?

– Жениться сможет, наверное, – хмыкнул Гус, срезая с раненого штаны, – седалище зацепило в двух местах и по лопатке, но там совсем царапина!

Убедившись, что Топтун отделался более-менее легко, я вновь переключился на коридор, простреляв весь сектор огня одиночными, и уточнил:

– Что это было?

– Мы завами двинулись и тут по нам палить стали, из синагоги. Мы внутрь заскочили, в ответку отработали, а тут бац, граната, фитильная, с потолка вроде упала. Первую Топтун выкинул за дверь, а в углу ещё одна шипит, мы на пол. Всё ему и досталось! – поделился своими наблюдениями Гус.

– Так и было Командир, – заорал Топтун, которого ещё вдобавок и хорошенько оглушило, – они дыру в потолке проковыряли и того!

– Аршин, сделай свет и осмотрись! – скорректировал я задачу, показывая пальцем на потолок, а сам усиленно гонял мысли в голове, пытаясь выстроить план дальнейших действий.

В этот момент кто-то из супостатов решил повторить мой трюк с гранатой и с грохотом катнул по коридору чугунный шарик с горящим фитилём, который я тут же отправил с носка обратно, добавив следом пару коротких в пелену. Сначала раздался крик, видимо я удачно отстрелялся, затем в фойе в очередной раз громыхнуло и, кажется, что-то немного обвалилось. В здании снова воцарилась тишина, прерываемая лишь затухающими предсмертными хрипами кого-то из представителей команды «хозяев».

***

– Командир, – послышался из угла зала голос Аршина, – кажисть нашёл!

– Кого или что?

– Смекаю, что барона, упокой Господь его душу грешную!

– Принял, держи вход, Гус пока занят!

Аршин шустро вернулся к двери, взяв под контроль коридор, а я двинулся в направлении источника света – небольшого факела, который он оставил на месте находки, пристроив на стене. Появившееся освещение позволило немного осмотреться по дороге и идентифицировать помещение, скорее всего, являющееся трапезной, если судить по мебели. Несколько длиннющих столов, лавки, разнокалиберные стулья, несколько полок с кухонной утварью на стене и огромный буфетный стол говорили об этом весьма недвусмысленно.

В углу, на освещенном неровным светом факела пятачке, стоял стул с привязанным к нему окровавленным человеком. Попытка приподнять склонённую на грудь голову успехом не увенчалась, трупное окоченение уже полностью охватило тело погибшего, а для констатации факта смерти даже не требовалось к нему приближаться, поскольку из груди торчала рукоятка кинжала. Я присел на корточки, чтобы идентифицировать личность, и понял, что предположение Аршина оказалось верным, хотя сейчас лицо барона Нордштеда представляло из себя изуродованную кровавую маску.

– Суки! – выместиля вспышку гнева на стоявшем рядышком небольшом табурете, отправив его с ноги в стену, и немного продышался, восстанавливая трезвость мысли.

В таких делах гнев плохой советчик, работать нужно с холодной головой. Шансов спасти барона у нас не было, смерть наступила, как минимум, часов двенадцать назад. Значит, узнав о провале операции в Гринвиче, эти пи..ры оторвались на пленнике, который не обладал никакой информацией обо мне, а потом решили ловить нас на живца, здесь. В принципе, задумка с их стороны неплохая, если не учитывать, что охотник всегда может поменяться местами с дичью. Времени на подготовку у них имелось ненамного больше нашего, поэтому они сейчас тоже работают «с листа», а народу, чтобы задавить «массой», видимо недостаточно.

– Ну всё твари, п..ц вам, кто не спрятался, я не виноват, кто спрятался, тоже, – аккуратно вынул я из груди барона кинжал, которым какой-то шутник приколол к его груди записку, послание мне, с коряво написанной русскими буквами фразой «Ти следусчий Иван», – посмотрим, кто из нас окажется следующим!

В этот момент вновь раздалась серия приглушённых расстоянием выстрелов из кремневого оружия и несколько пуль с хрустом и брызгами щепок влепились в стену и буфетный стол, стоящий напротив дверного проёма. В ответ отработал одиночными чей-то автомат.

– Гус! – окликнул я шведа, осматривая потолок и накидывая план прорыва.

– Командир!

– С Топтуном закончил?

– Закончил!

– Я в норме Командир, вести бой могу! – уже почти нормальным голосом ответил раненый.

– Да ему даже стрелять не нужно, он всех врагов своим перемотанным задом распугает! – подколол своего неразлучного товарища Гус.

– А то, спецназовец сам по себе смертельное оружие, даже без портков! – поддержал хохму её герой.

Значит контузии нет и боевой дух в норме, с удовлетворением отметил я про себя, услышав ответ Топтуна и двинулся к двери, через которую с улицы доносились звуки, похожие на работу молотками, а по залу начал распространяться запах горелой тряпки. Видимо, собираются притравить нас дымком, словно тараканов и взять тёпленькими или просто гранаты закончились, отметил я про себя, и не теряя времени принялся раскидывать задачи.

– Аршин, разломай скамейку, из одной доски должен получиться штурмовой шест, Гус, на тебе защита из столов в дальнем углу, сейчас здесь будет оченьшумно, постарайся, чтобы нас своими осколками не зацепило!

Убедившись в том, что Топтун на позиции, а в коридоре всё пока спокойно, если не считать пелены дыма, от которой уже начинало першить в горле и щипать глаза, я взял у Гуса и Аршина три гранаты и бегом вернулся обратно. Потолки в зале оказались невысокими, поэтому мне хватило двух стульев и табурета, чтобы оказаться на самом верху и пристроить в углу связку из двух гранат, использовав в качестве крепления вражеский кинжал. Затем я протянул до баррикады, возведение которой завершал Гус, тонкий кожаный шнурок для инициации «фугаса», а после мы вдвоём с ним перенесли тело барона по защиту деревянной «крепости». Аршин к этому моменту завершил «борьбу» со скамейкой и пристроил импровизированный трёхметровый «шест» у стены. Можно начинать.

– Топтун, закинь им одну, чтобы жизнь мёдом не казалась!

В фойе полетела очередная граната, Аршин подхватил под руку Топтуна, помогая ему сделать заключительный рывок до баррикады, и я дёрнул за шнурок. В этот момент, уже привычно, громыхнуло в фойе, а следом в углу зала, и это оказалось очень громко.. Теперь следовало не зевать.

Топтун поковылял на позицию у двери, Гус с Аршином бросились к шесту, а я рванул убедиться в полученном результате, который меня полностью удовлетворил. Фугас свою задачу выполнил, пробив в дощатом потолке дыру, достаточную для проникновения взрослого человека.

– Хватай! – раздался за спиной голос Аршина.

Я ухватил конец доски под мышку, удерживая её одной рукой (вторая держала готовую к бою гранату) и побежал вверх по стене.

– Стоп! – скомандовал я, зависнув почти в горизонтальном положении под дырой, словно какой-то человек-паук.

Спусковой рычаг со звоном шмякнулся на пол, раздался хлопок капсюля-воспламенителя, а я закрыл на мгновение глаза, молясь о том, чтобы именно в этом запале не «нарисовались» проблемы со стабильностью горения замедлителя, и выждав три секунды, чтобы наверняка, сунул руку в дыру и зашвырнул туда «подарочек». Взрыв. Получив в лицо порцию пыли и щепок, я ухватился за брус потолочного перекрытия и втянул свою тушку наверх.