Страница 405 из 418
--- С чего вдруг такие выводы?
Я закатила глаза с весёлым фырком.
--- И ты ещё спрашиваешь? Ты же совершенно непредсказуемый, Чонгу.
Он тихонько фыркнул, с улыбкой протянув:
--- Да ладно... Разве? А я думал, за эти годы ты уже выучила все мои повадки.
Я улыбнулась, поднимая голову, чтоб полюбоваться на его идеальный профиль на фоне вечернего неба.
--- Да, но... Ты все равно удивляешь меня каждый день...
***
За всеми этими шутливыми разговорами мы добрались до байка всего за несколько минут, и только тут я вспомнила, что:
--- Нужно забрать мои босоножки...
--- Я помню, солнышко, не волнуйся.
Чонгук легонько мазнул губами по моему виску и, дойдя до байка, осторожно опустил меня на сиденье, а сам быстро сбегал за валяющимися на песке босоножками и, вернувшись, достал из своей сумки длинную сухую футболку, протягивая ее мне.
--- Беру свои слова обратно, Чонгу. Ты всё-таки не морской разбойник, а самая настоящая заботливая бабушка, --- дразняще улыбнулась я, погладив его по щеке и забирая из его рук сухую вещь.
Чонгук весело хмыкнул, закатив глаза.
--- Ну хватит уже меня подкалывать, малыш. Ладно бы хоть с дедушкой сравнила, но с бабулей... Мне теперь неловко.
Я тихо засмеялась, разумеется, не поверив ему, а он наклонился и, коснувшись моего лба тёплыми губами, выдохнул:
--- Переодевайся скорее, Бэмби. Нам совершенно не нужно, чтоб ты простыла и разболелась в самом начале отпуска.
И я уже собралась так и поступить, но Чонгук выбрал именно этот момент, чтоб выпрямиться, и стянул с себя мокрую футболку, а за ней и шорты, и я снова безбожно зависла, как в первый раз, когда увидела его без одежды.
Казалось бы, за эти годы и все проведенные вместе ночи я действительно должна была привыкнуть и не так остро реагивать на его обнаженное тело, но... Мой муж был настолько великолепен, что реагировать на него как-то иначе у меня категорически не получалось.
Заметив мой зачарованный восхищённый взгляд, который все никак не мог отлепиться от идеальных линий его тела и явно льстил его самолюбию, он лукаво усмехнулся и вкрадчиво шепнул, наклоняясь ко мне и опираясь руками о байк по обе стороны от меня:
--- Ты снова где-то не здесь, малышка... Что такое, мм? Неужели... я произвожу на тебя настолько... неизгладимое впечатление?
Я моргнула.
Потом сглотнула, с трудом проталкивая в горло целое море слюны.
А затем мне ещё пришлось тряхнуть головой --- и только после этого я, наконец, очнулась и вроде бы немного пришла в себя, тут же тушуясь под его ласковым смеющимся взглядом, и, нахмурившись, смущенно проворчала:
--- А то ты сам не знаешь, насколько хорош и какое впечатление производишь... и вообще... Я же не виновата, что мне в мужья достался такой редкостный красавчик.
Чонгук снова прыснул, уронив голову и уткнувшись лбом мне в плечо, но затем сгреб меня в охапку, и, чмокнув куда-то в шею, ласково проворковал:
---- Ты мое маленькое ворчливое чудо... Я тебя обожаю, Бэмбиай.
Услышав это, я немного оттаяла и улыбнулась, обнимая его в ответ, а Чонгук наконец отстранился и быстро натянул на себя сухие вещи из той же сумки, которую собирал утром, планируя наш день, и дышать и думать стало немного легче, но я по-прежнему сидела в мокрой одежде, продолжая пялиться на него, и, заметив это, он покачал головой, спрятав улыбку в уголках губ, и, вздохнув, снова наклонился ко мне, заглянув в глаза и шепнув:
--- Давай лучше я сам тебя переодену, малыш. Иначе мы и до утра домой не доберёмся, если будешь и дальше меня разглядывать.
Я зачарованно кивнула и послушно подняла руки, позволяя ему наконец стянуть с меня мокрую футболку, а затем оперлась о байк, когда Чонгук расстегнул мои шорты и опустился передо мной на колени, медленно стягивая их по моим ногам и при этом неотрывно глядя мне в глаза из-под мокрой темной челки.
И я...снова зависла. Намертво.
Завороженная этим темным взглядом и его ласковыми руками, неторопливо скользящими по моим голым ногам, я не могла даже пошевелиться, пока он сам не приподнял по очереди мои ноги, стягивая с них мокрую ткань, и я послушно переступила через нее, оставшись в одном белье.
Но дело было даже не в том, как обжигающе и всепоглощающе он на меня смотрел.
Было что-то... невыносимо завораживающее в том, чтоб видеть его на коленях у моих ног.
Кошмар... Когда я стала такой испорченной?..
...У одного кинк на связывание, у другой --- на игры в госпожу...
Стоп, что?..
Как эта мысль вообще пробралась в мою голову?!.
Но разобраться в этом мне не дали теплые губы мужа, внезапно прижавшиеся к моему колену, и я вздрогнула, а с моих губ невольно слетел тихий рваный вздох, так как я совершенно не была к этому готова, а Чонгук и правда... умел удивлять.
Тем более, что его губы вовсе не собирались на этом останавливаться и продолжали неторопливо скользить по моей коже, поднимаясь все выше вслед за горячими ладонями, и мое дыхание в считанные секунды сбилось и стало совсем поверхностным, а этот бандит лишь выгнул бровь, и его грешные губы, ненадолго замерев на середине моего бедра, едва заметно дрогнули в улыбке, когда он хрипло мурлыкнул голосом на две октавы ниже обычного:
--- Что с тобой, лапочка? Почему дрожишь?
--- Что... ты делаеш... хулиган? --- слетело с моих губ сиплым шепотом, --- Мы же... не в нашей спальне, --- я судорожно вздохнула и вцепилась руками в стоящий позади меня байк, ощутив, что ноги вдруг резко перестали меня держать.
И, словно почувствовав, что мне жизненно необходима его поддержка, Чонгук выпрямился, поднимаясь на ноги, и властно притянул меня к себе, заставив запрокинуть голову, чтоб продолжать смотреть ему в глаза, а затем нежно заправил ещё слегка влажную прядь волос мне за ухо, погладив по щеке и вкрадчиво шепнув:
--- Но я уже изнываю от желания в ней с тобой оказаться, сладкая... поэтому одевайся скорей и поехали.
Одевайся...
Легко сказать.
Как спрашивается, я должна была это сделать, когда он так крепко меня держал, не давая не то что отодвинуться, а даже вздохнуть полной грудью, и смотрел при этом так пронзительно, что я уже начала плавиться под этим жгучим темным взглядом, совершенно забыв о холоде? Да и, к тому же мечтая сделать прямо противоположное и, наоборот, раздеться...
Я прижала руки к его горячей груди, ощутив, как сильно и уверенно бьётся под моими ладонями его сердце, а Чонгук склонил голову к плечу, неотрывно глядя мне в глаза и буквально гипнотизируя своим тигриным взглядом, и, беспомощно утопая в этих завораживающих бездонных омутах, я тихо выдохнула:
--- А белье с меня ты снимать не будешь?.. Оно ведь... тоже мокрое.
И не только от воды.
Мысленно добавила я, кусая губы и стараясь успокоить окончательно сбившееся дыхание.
Манящие губы напротив тронула темная... завораживающе чувственная... невыносимо порочная улыбка, которая была мне слишком хорошо знакома, и Чонгук наклонился ещё ближе, почти касаясь моих губ своими, и хрипло мурлыкнул:
--- Если я это сделаю, то, боюсь... до дома мы с тобой не доедем... Или ты хочешь... заняться любовью прямо здесь?..
Я вся покрылась мурашками, взволнованными его непозволительно близкой, провокационной, дерзкой близостью и такими же провокационно дерзкими словами, озвученными томным бархатным полушепотом, а он дразняще мазнул губами по моим губам, выдохнув в них:
--- Что скажешь, сладкая? Решение за тобой... --- и наконец стёр разделявшие нас миллиметры дыхания, целуя сильно, крепко, подавляюще, предельно ясно давая понять, что меня ждёт этой ночью, но больше... не давая ничего, и, ощутив, что все мое тело уже ломит от желания поскорее это получить, я обняла его за шею, зарываясь уже немного дрожащими вовсе не от холода пальцами в его мягкие волосы, и прошептала в воспламенившие мою кровь всего одним поцелуем дерзкие губы: