Моя умница

Мой ласковый и нежный зверь

Но... после этого что-то пошло не так.

Услышав дразнящие нотки в моем голосе, Чонгук сильнее сжал мою талию , а затем глухо рыкнул и плотоядно куснул меня в шею, ощутимо прихватив зубами кожу в изгибе плеча.

Я испуганно пискнула, совершенно не ожидая от моей разомлевшей сонной тигры ничего подобного, и тут же услышала его тихий смех, после чего возмущённо зашипела и от души треснула этого бандита в плечо .

---- Эй! Ты что творишь ?! Совсем обалдел?!

Чонгук снова засмеялся, но из рук меня не выпустил и далеко отодвинуться от него не дал, тут же зацеловывая место укуса мягкими губами, и хрипло шепнул:

----- Осторожней, котенок... ты разве не знала, что больших плохих тигр нельзя гладить против шерсти? Тем более, что желание сожрать тебя у ТВОЕЙ плохой тигры никуда не делось.

Разумеется, мне не было больно, но оскорбленная до глубины души его обманчивой безобидностью, скрывающей самое настоящее вероломство, я обиженно проворчала:

---- Какой же ты , оказывается, коварный... а ещё меня в этом обвинял... разве можно так себя вести? Вот сейчас выгоню тебя из постели и спи где хочешь, а утром пожалуюсь на тебя брату, будешь тогда знать!

Чонгук ахнул в притворном ужасе, прижав руку к сердцу, и пару секунд мы смотрели друг на друга, кусая губы, но затем нас обоих накрыло почти одновременно, и наш приглушённый смех заполнил полутемную палату.

---- Ты не можешь так со мной поступить, Бэмбиай... я ведь укусил совсем легонько... Прости, малышка... не смог удержаться... Ты такая сладкая... ---- с улыбкой шепнул он, наклоняясь ко мне, и, мягко сжав мой подбородок, чмокнул в кончик носа. Я фыркнула, поморщившись , и снова попыталась отпихнуть его от себя, проворчав:

---- И это ты называешь " легонько"? Да у меня там назавтра будет огромный синяк!

Но, услышав это, виновник всего этого полуночного безобразия лишь улыбнулся и снова притянул меня к себе, мягко поцеловав в пострадавшее место и шепнув:

---- Ну что ты, любимая... Я бы никогда не причинил тебе вреда. Неужели... и правда болит?

Первым моим желанием было заверить его, что нет, ведь и правда не болело, но, не желая прощать этого хулигана слишком быстро, я прикусила губы, пряча улыбку в их уголках, и кивнула:

---- Очень...

Чонгук на это выразительно выгнул бровь, как всегда видя меня насквозь, и, не сводя с меня глаз с тёплыми искорками в их золотой глубине, насмешливо уточнил:

---- Да ладно... Очень -- очень?

---- Очень -- очень -- очень... Просто ужасно больно, Чонгу, ---- жалобно захныкала я, с трудом сдерживая смех и с готовностью включаясь в очередную затеянную им игру.

И, поняв, что я в деле, Чонгук склонился надо мной, обнимая мое лицо теплыми ладонями, и хрипло мурлыкнул:

---- Ну что ж, раз моему главному пациенту так больно, мне ,как лечащему врачу, придется принять меры и начать интенсивную терапию. Самую что ни на есть интенсивную...

С моих губ сорвался нервный смешок ,и я подозрительно уточнила:

---- Какую ещё... интенсивную терапию?

Чонгук же, не выходя из образа коварного соблазнителя в белом халате, дерзко улыбнулся и, наклонив голову, шепнул мне в шею, почти касаясь ее тёплыми губами:

---- А ты чего так занервничала, малышка? Я ведь ещё ничего не сделал.

Я прикусила губы, невольно покрываясь мурашками от его теплого дыхания на моей коже и мысленно отмечая, что он за сегодня сделал уже достаточно, чтобы обеспечить мне непрекращающуюся тахикардию до самого утра, но в ответ выдохнула лишь:

---- Просто ты... можешь быть очень пугающим, когда сам этого хочешь... и твоя интенсивная терапия всегда включает в себя раздевание и всякие... непристойные вещи.

Услышав это, Чонгук понимающе усмехнулся, но все-- таки немного приглушил генератор своей темной секс---харизмы и погладил меня по щеке, с мягкой улыбкой шепнув:

--- Не думал, что это проблема, ведь я уже видел тебя обнаженной... Но не волнуйся, маленькая... Если не хочешь, чтоб я тебя раздевал, тогда просто поцелую -- и все пройдет...

Его губы уже почти касались моих, лаская теплым дыханием, поэтому я решила немного скорректировать вектор приложения его лечебных усилий, с улыбкой сообщив своему лечащему врачу:

---- Эй... вообще -- то, у меня болит шея, а не губы, господин доктор.

Чонгук на миг замер, но, поняв, что этот обманный маневр не прокатил, решил сделать вид, что так и было задумано.

-- Это превентивные меры, Бэмби. К тому же, одно другому не мешает, правда? -- с улыбкой шепнул он, все-- таки украв с моих губ мимолётный поцелуй, а затем, сверкнув золотыми тигриными глазами, наклонил голову и принялся лениво водить приоткрытыми губами по моей беззащитной шее, заставляя вздрагивать и покрываться мурашками от каждого поцелуя, беспомощно цепляясь за его широкие плечи и выгибаясь навстречу его неторопливым нежным ласкам. И мои сладкие вздохи звучали громче и красноречивее любых слов.

--- Вот видишь? Я прав , как и всегда, так что не спорь со своим лечащим врачом , солнышко... я знаю, что тебе нужно... --- мурлыкнул Чонгук мне в губы, наконец оставив в покое мою шею и снова нависая надо мной, и в этот раз отвертеться от очередного долгого поцелуя мне уже не удалось.

-- Все -- то ты знаешь, --- проворчала я, довольно жмурясь и не позволяя ему отстраниться, сцепив пальцы в замок у него на шее. Он потерся носом о мой нос, с улыбкой шепнув:

--- Я ведь на это учился, милая. Или ты сомневаешься в моей квалификации?

---- Квалификации в соблазнении собственных пациенток? О да, в этом ты просто ас, --- я выгнула бровь, с дразнящей улыбкой глядя на него из-под ресниц, на что Чонгук лишь закатил глаза, с тихим фырком отозвавшись:

--- Господи... Не нужны мне никакие пациентки. У меня жена есть. --- и с мягкой улыбкой добавил ,оставив лёгкий поцелуй на моих губах, --- Самая любимая и желанная... Хоть и жуткая вредина и капризуля...

--- Но ты ведь... Все равно меня любишь... правда? --- шепнула я едва слышно, желая снова услышать от него эти слова, хоть он и признавался мне в любви уже десятки раз. Чонгук улыбнулся невыносимо ласково, погладив меня по щеке, и хрипло шепнул:

--- Конечно, люблю, Бэмби. Никогда в этом не сомневайся. И этого ничто не изменит, сколько бы ты ни капризничала.

Его губы вновь накрыли мои, чтоб не задавала больше глупых вопросов, но надолго на них не задержались, начав неторопливо спускаться ниже и целуя все на своем пути. Я прикрыла глаза, обнимая его за плечи и дыша часто и неглубоко, хоть он и не делал ничего такого, но одни его поцелуи уже стабильно лишали меня способности нормально дышать, не говоря уже о других вещах, которые он делал со мной в постели, и о которых лучше было сейчас не думать в виду невозможности их осуществления. Мазнув своими бархатными губами по ямке между ключиц, Чонгук снова поднялся дорожкой из нежных поцелуев вверх по моей шее и хрипло шепнул на ухо, зарываясь ладонью в мои волосы и поворачивая мою голову так, чтоб открыть себе доступ к ещё большему количеству открытой кожи:

---- Ты вся дрожишь... не бойся, сладкая... больно больше не будет...

Но, вопреки его успокаивающему ласковому полушепоту, спустя всего мгновение я снова ощутила его зубы на своей шее. Но это было совсем не больно, а наоборот , так горячо и возбуждающе, что... черт.

Я уже почти задыхалась, а этот демон лишь лениво улыбался и продолжал неторопливо и со знанием дела сводить меня с ума одними только поцелуями, заставляя буквально плавиться в его руках.

---- Знаешь... Я давно подозревала, что ты упырь, но сегодня... окончательно в этом убедилась, ---- усмехнулась я, ощутив новый поцелуй--укус в изгибе плеча, на что мой граф Чонкула лишь весело хмыкнул, даже не думая отрываться от моей шеи и снова впиваясь в нее губами и зубами, чтоб перестала болтать и отвлекать его от этого увлекательного занятия.