Моя умница

... Мне показалось, что в его спальне, утопающей в синих предрассветных тенях, стало даже немного светлее, когда он наконец отстранился от меня спустя неизвестно сколько времени и хрипло шепнул в приоткрытые и уже немного припухшие от его жаркого напора губы:

---- Всегда мечтал это сделать...

Я улыбнулась, обнимая его за шею, лениво пропуская шёлковые тёмные пряди на его затылке сквозь пальцы и все ещё пытаясь прийти в себя.

---- Ты повторяешься, оппа. Ты ведь уже говорил, что мечтал разбудить меня поцелуями.

---- Ты права, милая. --- ласково улыбнулся он, погладив меня по щеке.--- Но это чистая правда...

--- А о чем ещё... ты давно мечтал?

----- У меня тут целый список...и постепенно я тебе его непременно озвучу... Но не раньше, чем ты будешь готова к таким откровениям... - доверительно сообщил мне он, спускаясь неторопливыми нежными поцелуями вниз по моей шее.

Я вздрогнула, неосознанно выгибаясь в его руках, когда его приоткрытые мягкие губы нежно провели по моим ключицам, и лениво проворчала :

---- Все ясно... Значит, в этом твоём списке одна сплошная пошлятина. Почему я даже не удивлена?

Он весело хмыкнул, улыбнувшись мне в шею, и хрипло мурлыкнул в нее же:

---- Ну почему сразу пошлятина, глупышка ? Я ведь уже говорил тебе, помнишь? Это не пошлость, а лёгкая... красивая ... И очень приятная эротика... тебе понравится, вот увидишь ...--- каждое его слово сопровождалось мягким ленивым поцелуем , от которых приятные волны мурашек разбегались во все стороны, но эту томную негу как ветром сдуло, когда Чонгук вдруг замер, прекратив целовать мои ключицы и плечи, и подняв голову, снова навис надо мной.

---- Кстати, Бэмби... Давно хотел спросить... Ты боишься щекотки? --- сверкнув коварной ухмылкой, поинтересовался он.

----- Что?! Нет, Чонгук, не смей! - мои глаза потрясённо расширились, когда я осознала, что он задумал, и дернулась, пытаясь выползти из-под него, но не тут-то было.

Он с поразительной лёгкостью перехватил мои руки, которыми я безуспешно пыталась спихнуть его с себя, и, зажав их одной рукой, прижал к кровати у меня над головой, с дьявольской улыбкой выдохнув :

----- Уже посмел... --- а затем навалился на меня всем телом и начал щекотать, с лёгкостью блокируя все мои попытки сбросить с себя его наглую тушу, которая по ощущениям весила почти центнер.

Я смеялась, брыкалась и отбивалась от него всеми конечностями, и даже, кажется, пару раз заехала ему локтем под дых, но освободиться никак не получалось, и в конце я уже в открытую умоляла этого слишком развеселившегося бандита отпустить меня, задыхаясь от смеха.

--- Чонгук, ну хватит!.. - взмолилась я, когда его пальцы в очередной раз прошлись по моим рёбрам, вызвав очередной приступ смеха и конвульсий, ---- Отпусти, прошу... я больше не могу... Я сделаю все, что захочешь, только отпусти !

----- Всё, что захочу ? - он выгнул бровь, лукаво улыбаясь, но, к счастью, наконец прекратил свою экзекуцию, позволяя мне немного отдышаться, и добавил, - Ты бы лучше не разбрасывалась такими обещаниями, Бэмби... ты ведь даже не знаешь, что я могу от тебя потребовать...

Я глубоко вздохнула, обдумывая его слова и переводя дыхание, а он подался бёдрами вперёд, снова сбивая его и вжимая меня в постель, и с моих губ слетел приглушенный беспомощный стон.

--- Чонгук... По... жалуйста... Пре...

крати... - задыхаясь уже не от смеха, а от совсем других эмоций, шепнула я непослушными губами, сжимая его напряжённые сильные плечи.

---- Что мне прекратить, сладкая? Я ведь ничего не делаю... - с лукавой улыбкой шепнул он, прекрасно зная, что я имела в виду.

--- Прекрати... Смущать меня... ----- потребовала я оскорбленным свистящим полушёпотом. Но он в ответ лишь вскинул бровь и дразняще улыбнулся, шепнув мне в самые губы:

---- А ты все ещё смущаешься, малышка? Даже после всего, что я делал с тобой этой ночью ?..

Я вспыхнула и прикусила губы, без слов подтверждая его слова, и, видя моё смущение и то, что я снова отчаянно краснею, он смягчился и обнял моё лицо ладонями, нежно поглаживая по пылающим щекам.

---- Не стесняйся меня, милая. Не стоит... Можешь смущаться где и с кем угодно, но только не со мной в постели, поняла ? То, что происходит между нами за закрытыми дверями моей спальни, должно приносить тебе только удовольствие... И между нами не должно быть никакой неловкости.

Я неуверенно кивнула, и его улыбка стала ещё мягче, когда он хрипло шепнул, обжигая мои губы жарким дыханием и не менее жаркими словами, заставив низ живота мучительно сладко сжаться, а меня саму - затрепетать в предвкушении:

----- Тем более, что я знаю, как сделать тебе настолько хорошо, что ты забудешь само слово "смущение."

И последовавший за этим поцелуй был просто невероятно смущающим, но таким же сладким и крышесносным.

Наконец оторвавшись от моих губ спустя, казалось, целую вечность, Чонгук набросил на нас покрывало, как Лео ДиКаприо из современной интерпретации моих любимых "Ромео и Джульетты" , и с улыбкой шепнул, снова наклоняясь и обнимая моё лицо ладонями :

--- Ну вот , Бэмби... Теперь тебе совершенно нечего смущаться, ведь здесь так темно, что я ничего не вижу.

Услышав это, я не выдержала и рассмеялась, наконец немного расслабившись , в очередной раз убеждаясь, что если Чонгук чего-то захочет, в конечном итоге все равно добьётся своего всеми правдами и неправдами и, признаться, такая целеустремлённость не могла не вызывать уважения.

Но вместе с тем не закатить глаза я тоже не смогла, ведь, хоть видеть он действительно не мог, но зато ничто не мешало этому хитрому пройдохе трогать, гладить и целовать, и в общем и целом снова сводить меня с ума, чем он и занялся, снова накрывая меня своим телом и целуя так жадно, нежно и страстно, что я и думать забыла о каком бы то ни было смущении, ведь мне было действительно невероятно хорошо... до дрожи во всем теле и звёзд перед закрытыми глазами.

Его горячие ладони неторопливо скользили по моему почти обнаженному телу, гладили, сжимали, побуждая стайки легкокрылых бабочек порхать в животе, посылая волны сладкой дрожи по ногам и спине, а губы ни на миг не отрывались от моих, заставляя забыть обо всем остальном мире, и я самозабвенно отвечала на его топкие поцелуи, выгибаясь навстречу его ласкам, скользя руками по его широким напряжённым плечам и путаясь пальцами в тёмных шелковистых волосах у него на затылке.

Мы с Чонгуком настолько увлеклись друг другом , что наши жаркие утренние поцелуи вполне могли плавно перетечь в не менее жаркий утренний секс, и даже против этого я уже была не в силах возражать, если бы не... Громкий телефонный звонок, раздавшийся в предрассветной тишине его синей спальни, что до этого нарушалась лишь сладкими звуками поцелуев и нашими приглушенными полустонами.

Чонгук в это время уже подбирался топкими неторопливыми поцелуями к моей груди, скользя по ней приоткрытыми влажными губами, и, услышав этот безумно раздражающий звук, вздрогнул и разочарованно застонал, уронив голову мне на плечо.

Я вздохнула, выныривая из того сладостного дурмана, в который он меня погрузил своими неторопливыми чувственными ласками , заставив забыть обо всем остальном мире, и погладила его по спине, шепнув:

---- Надо ответить, Чонгу...

Он поднял темноволосую голову и стрельнул в меня тёмным огнём из-под ресниц, сверкнув дерзкой улыбкой.

---- Думаешь? - его насмешливо приподнятая бровь лучше всяких слов говорила, что ее хозяин сам об этом думает , но я все равно кивнула.

Чонгук тяжело вздохнул, но все же подчинился, потянувшись к надрывавшемуся на тумбочке телефону, но, глянув на дисплей, тихо хмыкнул и покачал головой, не став отвечать.