Немецкий орден

Кёнигсберг, 1400 г.

Ворота во двор здания конвента находились в северном флигеле. С западной стороны над крепостным рвом, по которому протекал ручей, стояла башня данцкера, куда можно было попасть через сводчатый проход от юго-западного угла крытой галереи дома конвента

[500]

[Lahrs F. Op. cit. S. 30–33.]

.

Южнее замка в пойме реки Прегель образовалось новое поселение. Предварительно эта территория была осушена, а берега реки укреплены. Уличная сеть заложена в форме решётки, в центре города выделено место под рыночную площадь

[501]

[Гаузе Ф. Кенигсберг в Пруссии. С. 13.]

. Ландмейстер Конрад фон Тирберг 28 февраля 1286 г. дал горожанам Кёнигсберга городские привилегии с Кульмским правом. Кёнигсберг быстро заселился, и вскоре к северо-востоку от него за ручьём Лёбе (Кацбах) образовалось новое поселение. Кёнигсбергский комтур "27 мая 1300 г. даёт Новому городу (Нойштадту) у дороги при нижней мельнице права Старого города (Альтштадта) Кёнигсберга"

[502]

[Sattler Carl. Der Handel des Deutschen Ordens in Preussen //M. Perlbach Regesten der Stadt Koenigsberg, 1256–1524. S. 4–6.]

(в связи с этим первое городское образование Кёнигсберга стали называть Альтштадт). Название города Нойштадт не прижилось, верх взяло прусское название Лёбенихт. К началу XIV в. начали заселять и остров напротив замка, называвшийся Фогтсвердер.

Верховный магистр ордена Вернер фон Орзельн 6 апреля 1327 г. пожаловал этому поселению Кульмское городское право. Новый город назывался Прегельмюнде, или Нойштадт, однако верх взяло старопрусское наименование Книпав, в онемеченной форме — Кнайпхоф

[503]

[Ibid. S. 8, 9.]

.

В начале лета прибыл новый ландмейстер Хельвиг фон Гольдбах, назначенный Генеральным капитулом во Франкфурте. Сам Хельвиг был родом из Тюрингии, но очень хорошо знал Пруссию. В прошлом фогт Натангии, он несколько лет был маршалом, потом хаускомтуром Редена и дважды занимал должность комтура Кристбурга. Затем был направлен в Тюрингию ландкомтуром, после чего руководил комтурством Ротенбург в Германии

[504]

[Voigt J. Geschichte Preussen. Bd. 4. S. 160, 161.]

.

Во времена его недолгого ландмейстерства на границе с Литвой происходили постоянные столкновения. Нападения литвинов то большим, то малым войском продолжались, и всё чаще они применяли тактику прусских вольных штрутеров (Struterie): небольшими отрядами в количестве 70–80 человек проникали на прусские земли и грабили маленькие деревни и поместья. Так, уже осенью 1300 г. отряд в 75 человек вторгся в Эрмланд и дошёл до Глоттау. Внезапно напав на деревню, они разграбили её, перебив население, и подожгли дома. Едва эта весть дошла до Бранденбурга, комтурский кумпан Вальтер Гольден с небольшим отрядом бросился в погоню. Он сумел перехватить литвинов у брода на реке, и когда те попытались прорваться, то практически все (кроме троих) были перебиты. Отомстить язычникам был отправлен брат Хайнрих фон Добин из Кёнигсберга с рыцарским отрядом и двумя сотнями прусских витингов. Они подвергли разграблению земли Оукайма и сожгли шесть деревень. На обратном пути отряд настигли литвины, и в бою многие рыцари были тяжело ранены. Но взятую добычу и пленных отряд Хайнриха фон Добина сохранил. Десятки таких разбойничьих набегов, к которым литвинов толкала жажда наживы, не оставили существенного следа в истории. Большую опасность представляла угроза с юга. В 1300 г. литвины, собрав отряд в 600 воинов, вторглись в польское княжество Добрин. Не встретив никакого сопротивления, они захватили огромную добычу и большое количество пленных. Около сотни наиболее отчаянных воинов перешли пограничную реку Древенц, ворвались в Хельмскую землю и разорили несколько деревень. На обратном пути их настиг орденский отряд и в стычке перебил около 70 человек. В литовском войске поднялась паника, и оно поспешно отступило за реку Нарев.

Большая часть добычи, взятой литвинами в Хельмской земле и Добринском княжестве, попала в руки орденских рыцарей. После этих событий в Пруссии и Ливонии наступило некоторое затишье.

В Пруссии ландмейстер Хельвиг фон Гольдбах тем временем устранил проблемы в отношении раздела епископских и орденских земель. С епископом Помезанским Хайнрихом разрешился спор о принадлежности нескольких озёр. С епископом Зигфридом Самбийским ландмейстер устранил аналогичные недоразумения. Епископы, наконец, принялись деятельно проявлять заботу о христианском просвещении пруссов, многие из которых по-прежнему хранили старые языческие обычаи. Эрмландский епископ в местностях, где язычество ещё не было искоренено, размещал немецких переселенцев, чтобы с их помощью изгнать остатки старых верований. На Самбийском полуострове в этом отношении большую роль сыграло создание соборного капитула, его значительным успехом было строительство соборной кирхи в Кёнигсберге. Для более активной христианизации населения епископ выделил капитулу треть епископских земель. На доходы с этих земель капитул строил новые кирхи, в которых прихожанам проповедовалось слово Божье

[505]

[Ibid. S. 166–168.]

.

Новый ландмейстер Пруссии Конрад Зак (1302–1306) продолжил борьбу с литвинами. В самом начале его правления владелец жемайтийской крепости Оукайм Драйко решил принять христианство. Он тайно послал своего сына Пинне к комтуру Рагнита Больраду с предложением срочно прибыть в Оукайм, где он передаст эту крепость ордену с условием, что они освободят его от язычников. Комтур по совету ландмейстера спешно отправился к крепости с большим отрядом. Ночью, когда Драйко отвечал за охрану, он открыл ворота. Орденские рыцари с витингами вошли в крепость и перебили весь его гарнизон, кроме второго сына Драйко — Сударге. Затем крепость, включая форбург, была сожжена. Оставшихся женщин и детей витинги увели в плен. Драйко со всей семьёй был крещён в часовне замка Рагнит

{73}

.

По-прежнему небольшие отряды литвинов продолжали грабительские набеги на прусское приграничье, часто они пробирались в глубь страны, доходя до Кристбурга. С ними вели ожесточённую борьбу комтуры и гарнизоны замков. В ответ на эти нападения совершались ответные рейды, которые выливались в опустошение приграничных территорий Жемайтии и Литвы

[506]

[Петер из Дусбурга. С. 159, 160, 162.]

.

Наконец, после более чем тридцатилетнего перерыва, в конце 1304 г. в Пруссии вновь появились пилигримы из Германии. Это были Адольф фон Винтемиль с братом, рыцарь Дитрих фон Эльнер с братом Арнольдом и многие другие благородные рыцари из Рейнланда. Во главе этого отряда прибыл граф Вернер Хомбургский из Швабии. Ландмейстер снарядил два отряда для похода в Литву. Во главе одного из них стоял комтур Бранденбурга Конрад фон Лихтенхаген, второй возглавил комтур Кёнигсберга Эберхард фон Бирнебург. Первый отряд, чтобы отвлечь на себя внимание литвинов, направился в район Гродно. Второй, в количестве 2 тысяч всадников, по распоряжению ландмейстера двумя днями позже вторгся в район Пограуден. Но противник не выступил навстречу ни первому, ни второму войску, земли были разграблены, деревни выжжены, более тысячи жемайтов и литвинов убиты или взяты в плен. Отряд Эберхарда фон Бирнебурга подошёл к крепости Гедемина и стал перед ней на высоком холме. Установив орденское знамя, герольд объявил традиционную формулу посвящения: "Кто рискнёт оспаривать рыцарское звание благородных людей с Рейна или кто знает о каком-либо деле, недостойном рыцаря, тот может вступить в единоборство с обвиняемым, пока развевается орденское знамя". Наступил полдень, но никто не объявил о вызове. Дворяне с Рейна были признаны достойными рыцарской чести, и орденские комтуры посвятили их в рыцари. Первым был посвящён граф Вернер Хомбургский, затем все прочие. Опасаясь, что на обратном пути литвины, как обычно, будут преследовать войско, комтуры расставили засады. В одну из них попал литовский отряд, который с потерями отступил. В этом же году комтур Кёнигсберга совершил ещё один поход в Литву, с помощью предателя была вновь захвачена и сожжена крепость Оукайм (Аукаймис)