Немецкий орден

Орденские братья за пределами Пруссии и Ливонии придерживались более консервативных взглядов. Они представляли борьбу с язычниками, прежде всего, как борьбу против мусульман и верили в то, что когда-нибудь вновь отвоюют Святую Землю. Для этого, как они полагали, необходимо сохранить базу ордена в Италии, так как захват Палестины без флота Венеции будет невозможен. Верховный магистр Готтфрид фон Хохенлоэ в этом споре однозначной и решительной позиции не занял. Он не примкнул безоговорочно к прусским братьям, но и не давал твёрдой поддержки консервативной части братьев, ориентированных на Средиземное море

[488]

[Militzer K. Gottfried von Hohenlohe/ Die Hohmeister. S. 48.]

. Эта нерешительность хохмейстера подрывала к нему доверие всех орденских рыцарей.

Готтфрид и на этот раз не задержался в Ливонии, в самом конце 1302 г. он вновь собрался в империю. Когда на обратном пути он прибыл в Мемель, относившийся в то время к землям, управляемым ливонским ландмейстером, то на общем собрании перед ландмейстерами Пруссии и Ливонии, а также комтурами и другими должностными лицами предложил сложить с себя обязанности хохмейстера. Но собрание в Мемеле не было ни Генеральным капитулом, ни даже просто капитулом, на котором могла быть принята отставка магистра. И было ли действительно добровольным заявление Готтфрида об отставке, как уверяли участники этого собрания, остаётся неизвестным. То, что он ещё два года назад решил сложить с себя полномочия и якобы даже говорил об этом, кажется невероятным и не подтверждается другими источниками. Многое из того, что говорилось и делалось в Мемеле, покрыто мраком. Похоже, что на этом собрании или в это же время обсуждался вопрос о переносе резиденции из Венеции — ландмейстер Пруссии рекомендовал Германию, немецкий магистр настаивал на Марбурге.

Прусские и ливонские должностные лица ордена почувствовали, что отказ Готтфрида от должности в Мемеле может вызвать сомнения, и созвали осенью 1303 г. Генеральный капитул в Эльбинге, на котором присутствовали даже обычно находившиеся в Венеции великий комтур и верховный треслер. Они относились к тем членам ордена, которые усомнились в отставке и лично прибыли в Пруссию. Присутствовали также немецкий магистр, ландмейстеры Пруссии и Ливонии и другие должностные лица. На капитуле Готтфрид подтвердил свое намерение уйти в отставку. Он заверил также, что не вступит в должность даже в случае его повторного избрания

[489]

[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 19, 20.]

. Орденские братья приняли отставку и выбрали новым верховным магистром Зигфрида фон Фойхтвангена.

Складывается впечатление, что Готтфрид в Ливонии, Мемеле и в Эльбинге действовал под давлением. Орденские братья, которые в 1299 г. упрекали его в небрежении интересами ветвей ордена в Пруссии и Ливонии, осознавали, что Готтфрид не соответствует их представлениям о магистре. В Эльбинге консервативные силы не могли больше поддержать Готтфрида

[490]

[Militzer K. Gottfried v. Hohenlohe/ Der Hohmeister. S. 49]

. Но, независимо от его персоны, весь институт магистерства находился в состоянии тяжелого кризиса. Это было симптоматично для всего ордена, который переживал все большую внутреннюю поляризацию под влиянием вопроса о будущем курсе. При Конраде фон Фойхтвангене различные течения внутри ордена ещё искусно интегрировались, теперь же они вырвались наружу.

Вынужденный уйти в отставку, Готтфрид вернулся в немецкие баллеи, где обнаружил большое количество поддерживающих его орденских братьев, ратующих за средиземноморскую политику, которые продолжали считать его верховным магистром. Его опорой была, конечно, комменда Мергентхайм (Mergentheim), которую основала его семья и которой она располагала как своей домашней коммендой. Готтфрид подчинил себе и Дом ордена в Ульме. Он рассылал письма немецкому королю, королю Богемии и другим имперским князьям. Он также съездил ко двору немецкого короля и агитировал там за своё направление в орденской политике. До 1308 г. Готтфрид считал себя верховным магистром, но за пределы немецких баллеев больше не выезжал. Он пребывал преимущественно в Южной Германии, где его родственники могли служить ему опорой. Конечно, он мешал политике своего преемника, но перечеркнуть её уже не мог. Политика ордена при новом магистре приняла новое направление,

Готтфрид же со своими сторонниками всё больше уходил в тень. Новому магистру уже не стоило его опасаться. Когда в 1309 г. Зигфрид фон Фойхтванген перенес главную резиденцию ордена из Венеции в Пруссию и торжественно въехал в Мариенбург, Готтфрид фон Хохенлоэ спустя чуть больше месяца после этого события умер в Марбурге. Случилось это 19 ноября 1309 г. Он был похоронен в орденской кирхе Св. Елизаветы

[491]

[Ibid. S. 48, 49.]

.

Зигфрид фон Фойхтванген: 1303–1307 гг.

Итак, в Эльбинге был найден кандидат в магистры в лице комтура Зигфрида фон Фойхтвангена из Вены. В пользу Зигфрида говорило, в первую очередь, его происхождение из семьи Конрада фон Фойхтвангена, в несколько меньшей степени — предыдущая биография. Кроме недолгого выполнения обязанностей немецкого магистра, он до тех пор не занимал иной высокой должности, в Пруссии и Ливонии ранее тоже нигде не фигурировал. Но он казался, ввиду своего происхождения из славного рода, наиболее подходящим для устранения обостряющихся конфликтов внутри орденских ветвей.

После своего избрания новый магистр тотчас уехал в главную резиденцию ордена в Венеции. Очевидно, речь шла о том, чтобы укротить разбушевавшиеся после низложения Готтфрида умы. Сохранившиеся фрагменты дорожных счетов от путешествия в Венецию свидетельствуют о том, что Зигфрид занимал деньги у лотарингского ландкомтура Карла фон Трира. Очевидно, Карл фон Трир присутствовал в Эльбинге и сопровождал нового главу ордена. Ещё приблизительно полгода он оставался ландкомтуром в баллее Лотарингия, затем магистр призвал его к себе в Венецию. При Зигфриде Карл достиг ранга великого комтура, второго человека после магистра.

В Венеции магистр и новый великий комтур узнали, что Готтфрид фон Хохенлоэ, вернувшись в Германию, снова заявил о себе и потребовал послушания от тамошних орденских братьев. Двое верных ему рыцарей, Конрад фон Вайда и Эгон фон Штауфен, даже напали с отрядом воинов на орденскую резиденцию в Ульме, рыцари которой отказывались его признавать. Обо всех этих событиях мы знаем из письма Зигфрида фон Фойхтвангена, датированного июнем 1304 г.

[492]

[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 21]

Зигфрид просил прусских орденских братьев о поддержке, и в первую очередь свои просьбы он обратил к ландмейстеру Конраду Заку, который в 1299 г. возглавлял движение, направленное против Готтфрида.

Верховный магистр Зигфрид фон Фойхтванген

Магистр просил его представлять интересы ордена в дружественных ему правительственных домах, в частности у короля Германского и у короля Богемии, таким образом, чтобы дискредитировать Готтфрида. Наряду с этим Зигфрид сообщал, что Хохенлоэ попытался привлечь на свою сторону не только короля, разных епископов (Вюрцбургского, Шпайерского) и графов (Катценельнбогенского, Йеттингенского и Кастельского), но и орденских братьев в империи, используя при этом фальшивую печать. Подлинная печать — tyranium — находилась в руках Зигфрида (что доказано). Готгфрид мог пользоваться лишь имитацией, которую мы ещё сегодня можем видеть в государственном архиве Вертхайм.

То, как Зигфрид изображал события, соответствовало действительности. Его предшественник пытался сохранить за собой титул магистра с помощью поддельной магистерской печати. То, что это была копия, однозначно доказано, хотя она и имела тот же иллюстративный мотив — Богоматерь с младенцем. Несмотря на это, Готтфрид явно не нашёл в империи большой поддержки, но и абсолютно бесполезными его усилия не были. Как свидетельствует договор с епископом Андреасом Вюрцбургским, приверженцем Хохенлоэ, Готтфрид мог в Мергентхайме действовать как магистр, не будучи разоблачённым. О расколе речь, однако, идти не может, тем более что король Германский Альбрехт вёл себя сдержанно, факт активного его вмешательства на стороне Готтфрида не зафиксирован