Страница 59 из 1076
После отставки Бурхарда фон Швандена он являлся, бесспорно, самым высокопоставленным орденским рыцарем. Самое раннее осенью 1291 г. (точная дата не отражена в источниках), вероятно, в Венеции состоялись выборы. Конрад фон Фойхтванген стал новым хохмейстером — верховным магистром. Такой выбор был ожидаемым и логичным
[423]
[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 6.]
. На этом же капитуле было решено главную резиденцию магистра учредить в Венеции, где орден уже несколько десятилетий имел свой конвент.
Ещё в период крупных войн Венеции с Генуей Тевтонский орден всегда выступал на стороне города на островах. Рыцари ордена рассматривались как особые друзья республики. В середине века дож Венеции Ренье Цено (Renuer Zeno) в качестве благодарности рыцарям велел построить в городе церковь Св. Троицы, передав её ордену, к тому же отписал им значительные доходы
[424]
[Voigt J. Geschichte Preussen. Bd. 4. S. 71. Le Bret, Friedrich Joha
.
Тамошний Дом Тевтонского ордена стал его постоянной резиденцией, в которой, как и в Акре, расположился Малый совет в лице великого комтура, маршала, казначея (треслера) и госпитальера. Сюда были перевезены архивы ордена и его казна. К тому же Венеция в то время представляла европейский информационный и управленческий центр как империи, так и церкви.
В этот период Пруссия ещё не рассматривалась как главная база Тевтонского ордена. Его деятельность оставалась направленной на Ближний Восток, и ни папа, ни король Кипра не допускали мысли, что Святая Земля навсегда останется во власти неверных. Их надежды на скорое освобождение потерянного королевства, без сомнения, разделял и магистр Тевтонского ордена.
В день Святого Иоанна в 1293 г. должен был начаться новый крестовый поход, но уже в апреле 1292 г. папа неожиданно умирает, и все его усилия оказались напрасны. В последовавшие годы эти планы никто уже не смог претворить в жизнь.
ГЛАВА 9
Хозяйственная деятельность ордена в Пруссии в конце XIII в.
Орденские рыцари должны были сами заботиться о своём содержании. Из статутов ордена следует, что физический труд был занятием полубратьев, слуг и кнехтов, которые служили за деньги. Орден на своей территории имел право устанавливать налоги и прочие платежи, назначать еженедельные и другие рынки (ярмарки), прописывать правила землепользования, пользования водоёмами, а также владеть соляными и другими разработками. Орден получил от пап некоторые торговые привилегии, но папа Урбан IV (1261–1264) пытался ограничить орденскую торговлю только товарами собственного производства.
Инвестиции.
Покорение Пруссии продолжалось более 50 лет, что, естественно, требовало финансирования. Так как мирное землепользование стало возможным лишь после покорения пруссов (1283), орден был вынужден с 1231 г. полагаться на материальную поддержку извне. Эта поддержка поступала из орденских владений (баллеев) в Германии и других европейских стран. Основной задачей этих владений было служить надёжным тылом для отрядов, ведущих борьбу с язычниками. Помощь оттуда поступала не только материальная, но и персональная — в лице орденских братьев.
В период ожесточённого сопротивления пруссов было необходимо ввозить в Пруссию оружие и продукты питания. Если при выполнении военных задач орден мог опираться на немецкое дворянство, то в хозяйственной сфере его важнейшим партнёром было бюргерство (города). Это сотрудничество в рамках ганзейского хозяйственного пространства проявилось при основании и обустройстве крупных городов в Пруссии (Кульм, Торн, Эльбинг, Кёнигсберг). Прежде чем орден смог заняться заселением сельхозугодий, он должен был провести значительные культивационные мероприятия. После покорения пруссов было необходимо, по крайней мере, ограничить опасность непредвиденных наводнений и сделать более безопасным речное судоходство. В конце XIII в. орден начал проводить работы по строительству дамб в устье Вислы. Начало этих работ организовал ландмейстер Майнхард фон Кверфурт
[425]
[Jähnig B. Zur Wirtschaftsführung des Deutschen Ordens in Preußen vornehmlich vom 13. bis zum früher 15. Jahrhundert/Quellen und Studien zur Geschichte des Deutschen Ordens. Bd. 38. Marburg, 1989. S. 121.]
. Предположительно, для этих работ орден привлёк специалистов из Голландии. Дамбы также играли роль искусственных дорог, строительство которых в то время даже не планировалось. В этот период для ордена более существенным являлись водные пути. Основной путь из Кёнигсберга в Ливонию шёл по косе Курише Нерунг (Куршская коса). Частое размывание во время штормов, например, у Заркау (Лесное), вызывало необходимость постоянных ремонтных работ. На косе Фрише Нерунг большое значение играли три пролива: Лохштедтский (первое упоминание в 1246 г., занесён песком в XVI в.), пролив напротив Бальги (первое упоминание около 1300 г., занесён песком в XVI в.) и Новый пролив у Пиллау (упоминается в 1376 г., с 1497-го — главный вход в залив). Поддержание в порядке проливов и косы требовало немалых затрат.
Главными путями вглубь страны были реки, по ним было очень выгодно транспортировать большие объёмы грузов. Пологость ландшафта делала возможным судоходство даже по маленьким рекам. Значение рек как путей сообщения являлось решающим, и в узловых местах для большей безопасности судоходства строились замки, а на берегах рек основывались города.
Кёнигсберг с Мемелем связывал водный путь, благодаря усилиям ордена ставший судоходным. Для соединения Прегеля с заливом Курише Хафф служила Дейма. Вначале это была небольшая речушка, расширенная и углублённая орденскими строителями. Пользоваться этим путём стало возможно после строительства шлюзов у Тапиау и Лабиау (документально существование этого пути засвидетельствовано в 70-е годы XIV в.)
Создавался этот путь для походов на Литву, затем использовался для перевозки стройматериалов и снабжения замков на реке Мемель (Неман). Но так как выход в залив был достаточно опасен (известно пять караванов, потерпевших крушение в водах залива), то началось строительство канала вдоль берега.
Значительные инвестиции орден делал в заселение земель, планомерно осуществляемое с конца XIII в. Новые деревни, заполняющиеся немецкими поселенцами, получали до 120 хуф (2043 га) лесов под разработку. Орден оказывал и финансовую поддержку вновь прибывающим. Наряду с немецкими и прусскими деревнями существовали и крупные поместья, принадлежавшие прусским нобилям и свободным пруссам (с Прусским правом). Также некоторое число крупных поместий принадлежало немецким дворянам (с Кульмским правом), получившим землю в награду за службу.
Сооружение мельниц третьим лицам производилось только с позволения ордена. Так же обстояло дело и с рыболовством, право на него орден давал особо. В сельской местности большое значение имели трактиры и их владельцы.
Янтарь орден также не выпускал из своих рук, хотя небольшую часть в этом предприятии имел и Самбийский (Замландский) епископ.
Леса и пустоши использовали для бортничества, а также производства древесного угля, дёгтя и добычи железной руды для потребностей края
[426]
[Ibid. S. 123.]
.
Пруссия и Литва: 1285–1299 гг.
После окончательного завоевания Пруссии в 1285 г. и выхода на границу с Литвой у ордена не было сил для продолжения своего наступления против язычников. Началось освоение покорённой территории и тактическое улучшение обороны от начавшихся нападений со стороны Литвы.