Страница 46 из 1076
[327]
[Там же. С. 96.]
.
После наведения порядка вокруг Кёнигсберга была предпринята экспедиция вглубь Самбии — в район волости Побетен (Бетен), к деревне Драменов. В этой местности проживали многочисленные и воинственные самбы. Петер из Дусбурга полагает, что каждая деревня там могла выставить до 500 воинов. Напав на Драменов, орденский отряд перебил сопротивляющихся и захватил много пленных. Разграбив деревню, он с добычей двинулся обратно в замок. Однако пруссы, собрав большое войско, начали его преследовать. В завязавшейся схватке, в которой отличился брат Хайнрих Уленбуш, самбы отступили, и отряд благополучно вернулся в Кёнигсберг. Только к 1263 г. с помощью подошедших отрядов орденских рыцарей из Ливонии самбы были окончательно разбиты и, будучи не в состоянии больше оказывать сопротивление ордену, выдали заложников и вновь приняли христианскую веру
[328]
[Там же. С. 98, 99.]
.
Осада орденских крепостей: 1260–1264 гг.
Предводитель погезан Ауттум совместно с вармийцами и другими пруссами в 1261 г. осадил крепость Эрмландского (Вармийского) епископа Хайльсберг (пол. — Лидзбарк Вармински). Для штурма были подготовлены осадные орудия. Захваченный врасплох гарнизон, невзирая на нехватку продовольствия, долго противостоял врагу. Наконец, когда были съедены все 250 лошадей, гарнизон и жители крепости, захватив с собой заложников, скрытно покинули место и бежали в Эльбинг. За потерю Хайльсберга все 12 заложников были ослеплены и отправлены к своим.
После взятия епископского замка прусское войско осадило крепость Браунсберг (пол. — Бранёво). Штурм города и замка продолжался целый день, но все атаки были безуспешны. Епископ Ансельм, оказавшийся в этом замке, благословлял горожан и рыцарей к обороне. Пруссы, понеся потери, приступили к осаде. Для прерывания снабжения они в ключевых местах традиционно построили три укреплённых лагеря. Вскоре голод сломил мужество защитников, павший духом епископ сам предложил покинуть город и замок и искать убежища в Эльбинге. Связавшись с комтуром Эльбинга, он договорился о помощи для прикрытия отступления. Комтур отправил отряд, который скрытно расположился в окрестностях Браунсберга. Гарнизон и жители тайно перебрались под его защиту, а пятеро оставшихся добровольцев подожгли город и крепость, а затем также бежали в Эльбинг
[329]
[Voigt J. Handbuch. Bd. 1. S. 212, 213.]
.
В самом начале восстания был осаждён и замок Кройцбург
{58}
, находившийся в 30 километрах от Бальги, в глубине территории Солидов (Solidow). Место было очень удачное: вытянутый мыс, омываемый с трёх сторон ручьями, вдавался в глубокий овраг
[330]
[Sahm W. Op. cit. S. 16.]
. Доступ имелся только с юга. Первоначально, чтобы отсечь мыс от плато, были вырыты два глубоких рва и насыпаны два высоких вала, а за первой линией обороны устроен форбург. За форбургом проходила вторая линия обороны, отделявшая его от замка. Глубина рвов была разной: первый — до 20 метров, второй — до 25. Плюс валы высотой до 10 метров, которые были укреплены деревянным палисадом с надвратными башнями. Замок получил название Кройцбург — как полагают, в память утерянного в 1225 г. замка в Венгрии
[331]
[Ibid. S. 22.]
. Во время первого прусского восстания замок в 1243 г. был захвачен пруссами и сожжён. После подавления мятежа крепость в 1253 г. восстановили. Внутренний двор замка, вымощенный полевым камнем, был спланирован
с
наклоном, чтобы не застаивалась дождевая вода, построены деревянные блокгаузы для гарнизона.
Штурм орденской крепости
Как полагают, к этому времени замок имел два форбурга: один на юге, который отделялся от замка рвом, а второй на востоке за оврагом. Вблизи замка вскоре появилось поселение. Его жители при появлении пруссов укрылись за стенами замка. Крепость была осаждена одним из отрядов натангов вождя Геркуса Монте
[332]
[Bötticher A. Die Bau — und Kunstdenkmaler der Provinz Ostpreussen. Heft II. Natangen. Königsberg, 1898. S. 62.]
. Пруссам удалось захватить восточный форбург, но дальнейшие попытки натолкнулись на яростное сопротивление, которое вызвало большие потери среди нападавших. Они вынуждены были перейти к планомерной осаде. Осаждавшие по своему обычаю устроили вокруг крепости три укреплённых лагеря
[333]
[Петер из Дусбурга. С. 94.]
: первый на возвышенности у старого церковного двора, второй на месте захваченного форбурга, третий с южной стороны на месте будущего городского выгона. Противники установили три камнемёта и подвергли замок интенсивному обстрелу
[334]
[Там же. С. 101.]
. Орденские рыцари неоднократно делали вылазки. Осада затянулась, а блокада оказалась настолько плотной, что не было возможности подвозить припасы и поддерживать связь с Бальгой. Ситуация усугублялась ещё и тем, что помимо гарнизона в крепости находились и беженцы-христиане. У осаждённых закончилась провизия, в 1263 г. начался голод, становившийся всё ощутимее. Питались шкурами ранее съеденных животных. Наконец, потеряв надежду на снятие осады, люди были вынуждены ночью незаметно оставить замок. Отходили они по оврагу. Обнаружив утром, что гарнизон покинул укрепление, пруссы кинулись в преследование. Из-за отсутствия лошадей, съеденных во время осады, отступавший гарнизон был настигнут и в кровавом столкновении почти полностью перебит. Спаслись только двое орденских братьев, сумевших пробиться к Бальге
[335]
[Там же. С. 101.]
.
Стоявший на границе с Галиндией гарнизон Рёсселя (пол. — Решель), узнав, что осаждены замки Кёнигсберг, Кройцбург и Бартенштайн, собрал совет. Там долго решали — оборонять замок или уйти без разрешения ландмейстера. В конце концов уговорили себя покинуть замок.
Спалив крепость дотла, ушли в леса, пробиваясь к своим
[336]
[Петер из Дусбурга. С. 94.]
. Это был единичный случай в Пруссии, когда замок был брошен без сопротивления и приказа ландмейстера.
Для обороны замка Бартенштайн в 1263 г. собрались верные ордену пруссы, и численность гарнизона увеличилась до 400 человек. Осадивших замок насчитывалось до 1300. Соорудив, как обычно, три укрепления вокруг крепости, восставшие барты установили три камнемёта, из которых обстреливали стены. Судьба сложилась так, что известный витинг из Самбии по имени Милигедо оказался в этом замке. Чтобы убить его, барты неоднократно устраивали засады и в конце концов при помощи хитрости достигли успеха. Таким же образом, из засады, они уничтожили другого мужественного и решительного воина — Троппо. В отместку руководитель обороны Бартенштайна маршал Дитрих приказал повесить у ворот замка 30 прусских заложников.
Недалеко от замка Бартенштайн (12 километров), в Бартии, у слияния рек Губра и Лына
[337]
[Там же. С. 300.]
стояла небольшая крепость Вайстотепила
{59}
, захваченная орденскими братьями ещё в 1239 г. Её небольшой гарнизон вёл активные действия вблизи замка против восставших пруссов, мешая им осаждать Бартенштайн. Вождю бартов Диване надоели эти беспокоящие вылазки, и, взяв с собой большую часть войска, он осадил этот маленький замок. Попытки с ходу взять его штурмом не увенчались успехом, и пруссы, перетащив из-под Бартенштайна три камнемёта, обстреливали из них крепость. Как-то ночью братья сделали вылазку и захватили один из камнемётов. Притащив его в крепость, они использовали его для обороны. Когда у гарнизона иссякли припасы, рыцари с кнехтами незаметно покинули замок и двинулись на юг, в союзное им княжество Мазовия. Когда об этом стадо известно Диване, он выяснил, куда направились братья, и пустился за ними в погоню. Во время преследования многие всадники отстали, и только 13 человек продолжали погоню. Настигнув обессиленных от голода рыцарей, Диване обрушился на них. В схватке три орденских брата погибли, но и сам вождь бартов был тяжело ранен. Воспользовавшись этим, рыцари оторвались от преследования и ушли в Мазовию.