Немецкий орден

Из-за нерешительности Пауля фон Русдорфа, как ив 1414 г., орден избегал открытых сражений, защищаясь в своих замках. Под руководством фогта Диршау Иоганна фон Зельбаха город и замок Лёбау отчаянно оборонялись. Из-за недостатка тяжёлой артиллерии поляки так и не смогли его взять. Основная масса войск двинулась в Кульмскую землю, по пути разорив окрестности Братеана. Отдельные отряды отправились на север в Помезанию и дошли до Ризенбурга. Фогт из Помезании, укрывшись в замке и не надеясь отстоять город, поджёг его, превратив в пепел вместе с прекрасными кирхами. И. Фойгт пишет, что фогт это совершил из трусости

[1181]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 3. S. 105.]

. Не встречая сопротивления в открытом поле, польско-литовские отряды рассеялись по Кульмской земле и Помезании, всё уничтожая на своём пути. Отдельные отряды доходили до окрестностей Мариенбурга.

Вскоре, как и в 1414 г., обострился вопрос с продовольствием, обе стороны начали страдать от его недостатка, но на этот раз для ордена проблема была заметно тяжелее. Государство находилось в крайне критическом состоянии. Военные силы ордена обороняли замки внутри страны, не получая приказа от магистра дать сражение. Большая часть западных земель была захвачена, горели сёла у Страсбурга и замка Штум, расположенного недалеко от Мариенбурга. Когда поляки опустошали район Остероде, фогт Новой марки с трудом противостоял врагам под Вольденбергом.

Замок Голуб, фото XX в.

Верховный маршал Ульрих Ценгер был недоволен руководством Пауля фон Русдорфа. Приказы магистра часто противоречили друг другу, а потому вызывали путаницу и неразбериху. Находясь вдали от зоны боевых действий, Русдорф испытывал недостаток свежих сведений о боевой обстановке. Ввиду неясности его указаний орденский маршал вынужден был неоднократно вопрошать у магистра: "Как так можно было допустить, чтобы орденские отряды бродили по стране, не зная толком, куда они должны идти?"

[1182]

[Lückerath C. A. Op. cit. S. 39.]

Несмотря на вражеские действия в южных районах страны, магистр отказал маршалу в просьбе объединить орденские войска и громить отряды союзников по частям. Всё это увеличивало сторонников активных действий, которых раздражала робость Русдорфа.

Бывший магистр Генрих фон Плауэн с комтуром Кристбурга выяснили, что в районе реки Древенц есть возможность атаковать противника. Чтобы получить от магистра разрешение, Генрих попытался через комтура Эльбинга повлиять на Русдорфа и склонить последнего к более решительным действиям против врагов "и использовать при этом внутренние резервы (дворянство и кнехтов)". Русдорф опасался привлекать отряды местного ополчения, к тому же принятый ранее Советом страны закон разрешал им находиться в зоне боевых действий не более четырёх недель. Магистр явно недооценивал сословные формирования — в затронутой вторжением Кульмской земле они проявили себя стойко и храбро. Король Польши рассчитывал, что орденские подданные, как и в 1410 г., вновь присягнут ему, но эта надежда не оправдалась. Со всех сторон к магистру поступали просьбы о срочной помощи, особенно тяжёлое положение сложилось в Кульмской земле — там с трудом держались пограничные замки Голуб, Страсбург и Торн. Александру-Витовту удалось овладеть Бишофсвердером, после чего он направил свои силы к Голубу. Город был захвачен с помощью предательства, но замок продолжал отважно защищаться, пока тяжёлая артиллерия не обрушила стены и башню. Замок пал, 15 орденских рыцарей с комтуром пали в боях. Взяв этот замок, великий князь открыл прямую связь с Польшей. Следующей целью короля были Торн и Кульм. Верховный маршал советовал Русдорфу не затягивать войну, а собрать все силы ордена в Кристбурге или другом удобном месте и путем планомерных операций нанести врагу ощутимый ущерб, таким образом вынудив его отступить или держаться компактнее, не давая возможности мелким отрядам разорять территорию. Но на решительные действия верховный магистр так и не смог решиться. В своём письме ландмейстеру Ливонии Русдорф описал положение ордена в крайне покорно-вялых тонах. В начале сентября по побережью Жемайтии из Ливонии в Пруссию подошли два отряда под командованием ландмаршала и фогта Коркуса.

По настоятельному требованию орденского маршала и большинства высших чиновников магистр с войском вошёл в Кульмскую землю. Его ограниченной целью являлась деблокада осаждённого Редена. Но даже это незначительное движение заставило короля снять осаду с Торна. Владислав-Ягайло, опасаясь быть зажатым в угол между Вислой и Древенцем, сосредоточил войска в глубине Кульмской земли у озера Мелльнозее (оз. Мельно). Частью сил он осадил город Кульм.

Кульм выдержал польский натиск. Для предотвращения прорыва противника на север орденский маршал собрал войска, в том числе и ливонские, между Роггенхаузеном — Ризенбургом.

Александр-Витовт, опасаясь усиления Польши, не желал полного краха ордена и 7 августа предложил магистру начать переговоры о мире. В расчете на мифическую помощь Сигизмунда и империи Русдорф отверг это предложение. В Пруссии среди комтуров также имелись сторонники продолжения войны — это комтуры Бальги, Бранденбурга и Торна, они рассчитывали на помощь из империи. В своем выступлении на рейхстаге 17 августа, посвящённом подготовке к войне с гуситами, комтур Бранденбурга Иохан фон Бихау в полном согласии с магистром Германии (немецкий ландмейстер) предостерегал Пауля фон Русдорфа от заключения мира.

К тому времени когда-то богатейшая в стране Кульмская земля после третьего за последнее десятилетие нашествия лежала в руинах. Прекрасно понимая, что помощи не будет, а император просто использовал орден, оттянувший на себя Польшу, союзницу гуситов, Пауль фон Русдорф новое предложение великого князя воспринял более обдуманно. Александр-Витовт в своём новом послании писал:

"Если хотите заключить мир с моим братом и мной, то сделайте это в то время, пока мы ещё не слишком сильно разорили вашу страну"

[1183]

[Ibid. S. 41.]

. Когда ужас войны продлился до сентября, готовность Русдорфа к переговорам возросла значительно. К этому его подталкивал и съезд сословий в Мариенвердере, который единодушно проголосовал за мир.

Мелльнонский мир.

Магистр направил посольство в королевский военный лагерь у озера Мелльнозее близ замка Реден, где 27 сентября 1422 г. был заключён мир. По мирному договору орден уступал Польше южный плацдарм на левом берегу Вислы с замком Нессау и несколькими деревнями. Сам замок орден должен был снести до основания в оговоренный срок. Жемайтия и большая часть Судовии с точно обозначенными границами отходили Литве. По мирному договору торговля между государствами не отягощалась пошлинами и объявлялась свободной

[1184]

[Zimmerling D. Op. cit. S. 273.]

.

Все грамоты и договоры ордена на владение Нессау, грамоты Торнского мира, оба вердикта Сигизмунда в Буде и Бреслау, а также грамоты польского короля на отказ от Жемайтии и Судовии возвращались последнему. Все привилегии ордена, которые противоречили этому мирному договору хоть в одном пункте, должны были быть признаны недействительными. Поморье, Кульмская земля и Михелау (Михайловская земля) оставались во владении ордена. Все предатели должны были быть изгнаны из владений короля. В конце договора значилось: "Если одна из сторон нарушит мир, то её подданные не обязаны подчиняться и оказывать содействие"

[1185]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 3. S. 107, 108.]

. Таким образом, сословия получили право контроля над внешней политикой, а также право решать, нарушает ли орден условия договора.