Немецкий орден

После договора с Москвой о разрыве мира с орденом в Ливонии великий князь перебросил войска в Мазовию. Польский король спешно ввёл войска в Добринскую землю. Эти угрожающие манёвры заставили магистра выдвинуться в Кульмскую землю. Все ожидали окончания срока перемирия 12 июля 1419 г. Тут снова в дело вступил папа, спешно отправив в Пруссию архиепископа Бартоломеуса Капра с целью предотвратить начало боевых действий и продлить перемирие. Тем временем под давлением фюрстов и император был вынужден изменить свою позицию и уговорить короля Польши сохранить мир. Сигизмунд обещал лично прибыть в Пруссию и решить вопрос. Когда наступило время третейского суда, император получил от курфюрстов послание, в котором они со всей серьёзностью указали императору на его долг по сохранению ордена и тот позор, который его ожидает, если он поспособствует Польше и Литве в его уничтожении.

Настроенный в таком духе, император 5 января (по другим данным, 6 января

[1174]

[Чешихин Е. В. Указ. соч. Т. 3. С. 54.]

) прибыл на съезд в Бреслау (Вроцлав), на котором, помимо внутренних проблем, связанных с искоренением гуситской ереси, должен был решиться и вопрос с орденом. На этом собрании присутствовали представители ордена, в том числе маршал Мартин фон дер Кемнате (Кемнатер), госпитальер Пауль фон Русдорф и комтур Меве Иоганн фон Зельбах. С польской стороны — архиепископ Гнезенский, епископы Краковский, Плоцкий и Познаньский, королевский маршал и воеводы. Вскоре по прибытии Сигизмунд объявил своё решение: Торнский мир должен соблюдаться по всем пунктам. Границы Померании, Кульмской и Михайловской (Михелау) земель, замка Нессау с прилегающим районом остаются согласно прежним договорам. Также и границы Мазовии, определённые князьями этой земли и верховным магистром Лудольфом Кёнигом. За разрушенную в Добринской земле крепость Злоторие орден должен в течение двух лет заплатить польскому королю 25 000 венгерских гульденов, орден в течение шести лун обязан снести крепость и мельницу Любич на реке Древенц. Все пленные должны быть освобождены, все ущербы, нанесённые враждующими сторонами, забыты. Жемайтия остаётся в пожизненном владении короля и великого князя литовского, но только на время их жизни и в строго определённых границах. В этих областях ни одна из сторон не должна строить крепости. Если данный вердикт вызовет сомнение, то император оставляет за собой его толкование. Неисполнение вердикта наказывается штрафом в 10 ООО марок. Если король в течение двух месяцев не передаст ордену замок Яснитц (Jasnitz), он будет подвержен такому штрафу

[1175]

[Voigt J. Geschichte Preussen. Bd. 7. S. 366.]

.

Польские уполномоченные, потрясённые столь благоприятным для ордена вердиктом, отказались получать этот документ в императорской канцелярии. Король Владислав-Ягайло, находившийся в Литве у великого князя, узнав о содержании вердикта, был крайне возмущён и велел передать императору, что тот создал не мир, а бросил между противниками кровавый меч. Сигизмунд в подробном письме пытался оправдаться перед королём, излагая причины своего решения, в то же время настаивая на его выполнении. Польский король, чтобы не нарваться на оговорённый в вердикте штраф, велел передать замок Яснитц ордену. Александр-Витовт выступил очень резко, утверждая, что вердикт учитывает только благо ордена и он ни в коем случае не подчинится ему. Владислав-Ягайло был осторожнее и ждал только повода обвинить верховного магистра в неисполнении.

Новая война, июль 1420 г.

Все дальнейшие попытки императора и его посланников заключить твёрдый мир были напрасными. Как только закончился срок перемирия, польский король объявил ордену войну. Его заранее подготовленные войска тотчас перешли границы Пруссии и вторглись в Кульмскую землю. Союзник короля князь Мазовии Земовит V, давно находившийся с орденом в состоянии раздора, вторгся в район Остероде. Наступление было столь неожиданным для ордена, что он не смог оказать врагу достойного сопротивления. Большая часть Кульмской земли была разорена. Осаждённые замки Голуб и Реден подверглись жестокому обстрелу из тяжёлых орудий. Над Торном тоже нависла большая опасность. Пограничные замки Зольдау и Найденбург были бы наверняка взяты войсками Земовита, но на помощь подошёл отряд верховного госпитальера и спас их от штурма. Великий князь литовский в войну не вступил, его больше беспокоила ситуация на севере, где ещё в 1418 г. Псков заключил с ландмейстером Ливонии союз против Литвы

[1176]

[Гудавичус Э. Указ. соч. Т. 1. С. 238.]

. В этой ситуации Владислав-Ягайло, не надеясь добиться скорой победы, пошёл на заключение очередного перемирия сроком на год.

Гуситский фактор.

Следующий год (1421) прошёл спокойно, срок перемирия завершился, но боевые действия не начались. Император и германские князья всё своё внимание направили в сторону Чехии, где с 1419 г. начались гуситские войны, угрожающие охватить всю Германию. Дело гуситов получило такой размах, что Сигизмунд опасался потери Богемии.

Замок Реден, фото XX в.

Польский король решил воспользоваться этим и в своей игре против императора всячески их поддерживал. Гуситы были ему столь благодарны за это, что направили к нему посольство с предложением чешской короны. От принятия столь заманчивого предложения он пока воздержался, чтобы иметь возможность при необходимости воспользоваться помощью гуситов в борьбе против Сигизмунда и ордена. Император решил силой занять чешский престол. Он объявил крестовый поход против гуситов и летом 1420 г. подошёл к Праге. В сражении у столицы Чехии 14 июля он был разбит. Ещё одна попытка захватить Прагу осенью этого года также закончилась неудачей. Чешские чашники из именитых дворян и горожан, стремясь найти союзников в лице правителей Польши и Литвы, предложили корону одному из них. Понимая, что их согласие вызовет в католической Европе гнев, Владислав-Ягайло и Александр-Витовт не решились на подобный шаг, но и не отвергли столь нужную им дружбу чехов. Тем не менее литовский князь прислал в Чехию своего наместника Сигизмунда Корибутовича с шеститысячным войском, набранным в Червонной Руси. Православные воины не видели особых проблем в гуситско-католических трениях. От имени Александра-Витовта 16 апреля 1422 г. Сигизмунд Корибутович объявил войну императору Сигизмунду Люксембургскому.

В этой ситуации император решил привлечь орден в качестве силы, могущей угрожать Польше. Весной 1421 г. в Нюрнберге на рейхстаге (имперский съезд) германские фюрсты (князья) приняли решение идти в поход против гуситов. Руководство ордена получило требование подготовить все свои силы для борьбы с королём Польши и великим князем литовским, если они посмеют оказать открытую помощь еретикам

[1177]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 3. S. 95.]

.

Верховный магистр на ландтаге в Эльбинге после детального обсуждения (беспорядки в Чехии приносили вред и Пруссии, так как ещё в 1420 г. граждане Гильгенбурга жаловались на своих пасторов за их гуситско-еретические проповеди) принял решение начать подготовку страны к войне. Было сочтено благоразумным не посылать войска в Чехию, а оставить их пока в стране, таким образом угрожая Польше в случае её вооружённой помощи гуситам. Официально было заявлено, что Пруссия вооружается против еретиков в Богемии. В такой непростой обстановке закончился 1421 г.

{135}

Отставка Михаэля Кюхмейстера.

Владислав-Ягайло, не добившись своей цели с помощью императора, переключился на папу. Он направил к нему посланников с дорогими подарками, призвав его в качестве третейского судьи. Папа Мартин V, подвигнутый большой взяткой, попытался расследовать жалобы короля и в начале 1422 г. направил в Глогау доктора прав нунция Антония Зенона для ознакомления с положением дел. Узнав об этом, император и курфюрсты оказали давление на папу, направив ему письмо, в котором ходатайствовали о сохранении и соблюдении Бреславского вердикта. Слабый и нерешительный Мартин V оставил дело в покое, заявив, что он не хочет быть судьёй, а только желает подумать над способом достижения мира