Страница 199 из 1076
Согласно переписи ущерба
[1165]
[Guttzeit E. J. Op. cit. S. 179, 180.]
, поляки разорили весь юго-восток. На примере районов Хайлигенбайль и Прейсиш-Эйлау: город Цинтен подвергся нападению 18 августа 1414 г., потерпел убытки на 10 303 марки. Было разграблено церковной утвари на 200 марок. Женщины и девушки, которые прятались в кирхах, там же и насиловались, а трое мужчин были убиты. "Тело господа" враги бросили на землю и растоптали. В городе было убито 24 горожанина и угнано 10 юношей.
Замок Торн
В деревнях поляки творили те же бесчинства. Они грабили дома и церкви, поджигали здания, угоняли скот, забирали зерно и иное имущество. В лесном ведомстве Айзенберг опустошили 25 деревень. Многочисленные крестьянские дворы погибли в огне, были сожжены также кирхи в Хермсдорфе и Шёневальде. Прочие были разграблены. Более 1000 марок ущерба понесли Грюненфедьд, Хассельберг, Айххольц (включая кирху — 3100 марок), Лихтенфельд, Шёневальде, Тифензее, Хансвальде, Арнштайн, Хермсдорф (включая кирху — 2000 марок ущерба), Людткенфюрст, Бёнкенвальде, Айзенберг (включая город Цинтен — 31 875 марок). Это была огромная сумма, если учесть, что строительство кирхи тогда обходилось в 500 марок, хуфа земли стоила 15 марок, лошадь от 3 до 10 марок, корова 14 скот (Skot).
В каммерамте Цинтен 49 человек были убиты либо угнаны в плен, ущерб составил 17 900 марок. В 23 населенных пунктах района — 10 200 марок, 12 человек погибли, 10 девушек и один слуга угнаны в плен. Так как прусские деревни были меньше, чем немецкие, ущерб, нанесённый им, был не так велик.
Особенно пострадало орденское поместье Пеллен (3000 марок). Немало претерпели также Магген, Пайстеникен, Дигейн. Деревня Кукенен была сожжена. Через год прусс Наймо из Кукенена просил у комтура Бальги Ульриха Ценгера обновления грамоты на три хакена, комтур обосновал таковую тем, что "прежняя была сильно повреждена при прошлогоднем нашествии врагов". После этой краткой, но повлекшей многочисленные последствия войны потребовалось много лет, чтобы вновь заселить опустевшие крестьянские хозяйства.
В этом положении обе стороны получили от Сигизмунда послания, в которых римский король предложил окончить войну и весь спор внести на рассмотрение и решение предстоящего собора в Констанце. Начались переговоры и 7 октября 1414 г. воюющие стороны заключили между собой перемирие сроком на один год, с условием вынести спорные вопросы на решение собора в Констанце, обещая подчиниться решению столь высокого собрания.
Обе стороны остались при довоенном статус-кво, ни одна из сторон ничего не выиграла. Польский король вывел свои войска из Пруссии и стал готовиться к отправке своих депутатов на собор, открытие которого должно было последовать 1 ноября 1414 г.
Михаэлю Кюхмейстеру пришлось приложить немало усилий, чтобы рассчитаться с наёмниками. Было переплавлено огромное количество золотых и серебряных сосудов и сделаны внушительные займы у городов Данциг и Торн. В стране царил голод и нужда, росли цены. Торговля с заграницей ввиду "порчи денег"
{134}
сошла на минимум. Жители уничтоженных городов и деревень бродили по стране, не имея крова и содержания.
Кроме того, для поддержания статуса нужно было снарядить блестящее посольство на консилиум в Констанц, а это стоило значительных сумм
[1166]
[Voigt J. Handbuch. Bd. 3. S. 70, 71.]
. Верховный магистр во главе делегации поставил рижского архиепископа Иоанна Валленрода и орденского прокуратора при папе Питера Вормдита. Туда же вошли ландмейстер Германии (немецкий магистр) Конрад фон Эглоффштайн, орденский трапиер Фридрих фон Велен, соборный пробст Эрмландского епископства, а также комтур, советники и уполномоченные. Всего в свите архиепископа было 180 представителей. Магистр отправил письма римскому королю и германским князьям с изложением бедственного положения ордена с просьбой помочь ему как твёрдому оплоту христианства
[1167]
[Чешихин E. В. Указ. соч. T. 3. С. 49.]
.
В польскую делегацию вошли архиепископ Гнезненский, епископы Куявский, Плоцкий и Познанский, Завиша Чёрный из Грабова, Каштелян Калишский и другие.
Констанцский собор
В католическом мире уже давно высказывались требования о созыве собора, но когда количество пап достигло трёх, а в Чехии Ян Гус в своих проповедях требовал церковной реформы, которая коснулась самой сути католичества, то медлить и откладывать было уже нельзя. Папа Иоанн XXIII и король римский Сигизмунд в ноябре 1413 г. объявили о созыве собора на 1 ноября 1414 г. Этому собору предстояло разрешить множество важных вопросов, имеющих отношение к церкви и светской жизни. На собор прибыли из разных стран 30 кардиналов, 4 патриарха, 33 архиепископа, 150 епископов и несколько сотен прелатов и докторов. Светскую власть представляли 4 курфюрста, 24 герцога и князя, 78 графов и 676 баронов и дворян. Прибыли многочисленные депутации от городов, корпораций, различных духовных учреждений и монастырей. Сигизмунд короновался 8 ноября в Ахене и прибыл только на Рождество. Всего собор продолжался до 21 апреля 1418 г., состоялось 45 заседаний, и по существу он не оправдал ожиданий католиков. Избрание нового папы было решено провести в конце.
Собор начался с процесса по делу Яна Гуса, все прочие вопросы были отложены. Пока длился этот процесс, архиепископ Рижский Иоанн Валленрод убедился, что без денег и подкупов он ничего не добьётся. Архиепископ доносил магистру, что польские послы, одаривая папу Иоанна, короля римского Сигизмунда, нужных кардиналов и князей, снискали себе друзей и приверженцев, ему же с пустыми руками нечего надеяться на успех. Магистр отвечал: "Как вы пишете, что папа, кардиналы и каждый человек стремится к деньгам и дарам, и вы, вероятно, опасаетесь, что с пустыми руками можно мало блага приобрести, то вы ведь знаете, что мы этого не имеем, потому ордену остаётся лишь возложить упование на бога"
[1168]
[Zimmerling D. Op. cit. S. 269.]
.
Времена изменились, правители Европы, включая королей, постепенно расставались с представлением, что на восточных границах ещё сохранились язычники. Всё более стало преобладать убеждение, что задача ордена в Пруссии решена. Конкретно это нигде не формулируется, кроме как в булле папы десятилетней давности (1404 г.). Но за эти десять лет ситуация резко изменилась, и благодаря активной пропагандисткой деятельности польского короля и литовского князя орден изображался в очень неприглядном виде
[1169]
[Ibid. S. 269.]
.
Положение ордена в 1415 г. оказалось крайне неблагоприятно, практически все соседи были настроены крайне агрессивно. Только Ноймарк прикрывался правителем Бранденбургской марки бургграфом Фридрихом. Продолжались старые раздоры с князем Слупским (герцог Штолпский) Богуславом. Из-за столкновений на границах с Мазовией появились проблемы с князем Земовитом V. Отряд поляков в двести человек вторгся со стороны Мазовии в орденские пределы, ограбил территорию и захватил пленных.
Консилиум в Констанце
Для прекращения таких вторжений ливонский ландмейстер Дитрих Торк направился в Тракай, где находились Александр-Витовт и Владислав-Ягайло, и предложил 15 июля 1415 г. провести переговоры. Согласие было получено, но сам Дитрих до встречи не дожил, он тяжело заболел и 17 августа умер. Новый ландмейстер Зигфрид Ландер фон Шпанхайм был избран в сентябре и принял участие в переговорах. Впрочем, они прошли впустую, верховный магистр заявил, что в ожидании решения спора Констанцским собором он не согласен ни на какие уступки.