Немецкий орден

[686]

[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 110.]

.

После шестилетнего правления Карл фон Трир покинул Мариенбург, его сопровождали некоторые духовные лица и канцелярские работники, о содержании которых он позднее позаботится. Это был бесславный уход первого избранного в Мариенбурге магистра, который в этот замок больше не вернётся.

Вторая попытка ревизии ордена

После смерти папы Климента V около двух лет кардиналы не могли выбрать нового папу. Наконец осенью 1316 г. папский престол занял Иоанн XXII. Его активная деятельность в защиту прав церкви, её достоинства и чести вызвала в ордене особую озабоченность.

Первое серьёзное сообщение от Иоанна XXII верховному магистру и орденскому капитулу, пришедшее из Авиньона, гласило: "Мы узнали, что вы и ваш орден обязаны каждый год отчислять Римской церкви определённую денежную сумму. Но мы удивляемся тому сверх меры, что вы и ваши предшественники уже долгое время избегаете этих платежей и что вы могли позволить себе такое небрежение к выплате этого налога. Так как изо всех обязанностей, сопряжённых с нашей должностью, нам та более всего по сердцу, что состоит в восстановлении и сохранении прав церкви, то мы напоминаем вам и требуем серьёзнейшим образом в течение трёх месяцев внести в папскую казну выплаты за истёкшее время и безо всяких поблажек. И впредь должно это происходить в установленные сроки. Чтобы не нужно было упрекать вас в небрежности и применять иные средства для того, чтобы заставить вас выполнять долг"

[687]

[Voigt J. Geschichte Preussen. B. 4. S. 322, 323.]

. В этом послании речь шла о пфенниге Св. Петра

[688]

[Scriptores Rerum Prussiarum. Bd. 2. S. 458, см. сноску 29. S. 460, см. сноску 46.]

. Папа Иоанн XXII в 1317 г. потребовал выплаты этой церковной подати от Кульмской диоцезы и Померании под предлогом, что земли эти являются бывшими польскими владениями. Прусские владения Тевтонского ордена, в которые входила Кульмская земля, были освобождены от этой подати, таким образом, признание этой земли польской подрывало легитимность орденской власти и обязывало к выплате "подати Св. Петра". Более глобальной целью этого действа было введение папского сбора Св. Петра во всех землях ордена. Ландмейстером Пруссии Фридрихом фон Вильденбергом в 1318 г. был направлен протест против этого решения. Папа, однако, не отказался от своего намерения и буллой от 24 мая 1321 г. под угрозой интердикта потребовал от епископа Кульмского выплаты указанных отчислений в десятидневный срок. Интердикт, длившийся до 1329 г., показывает, что деньги переданы не были.

Старый противник ордена архиепископ Рижский Фридрих решил воспользоваться конъюнктурой и написал жалобу папе. В ней он обвинил орден в заговоре против церкви в так называемой "Клятве Зегевольда". По договору в ливонском Зегевольде от 26 апреля 1316 г. рижский соборный капитул и вассалы архиепископа заключили с орденом взаимный оборонительно-наступательный союз. Мотивировкой договора была борьба против язычников. Цель — препятствовать литовской агрессии. Но Фридрих, пребывавший в Авиньоне уже много лег, увидел в этом заговор против церкви и его лично и сразу после избрания Иоанна продолжил свои интриги против ордена. Ответом на Зегевольдский договор послужили новые буллы папы от 23 февраля и 1 марта 1318 г. В этих посланиях, он в резких словах обвинил орден в заговоре. Для всестороннего выяснения вызвал в Авиньон верховного магистра Карла фон Трира, ландмейстера Ливонии Герда фон Йоке (Gerd v.Jocke), а также ливонских комтуров из Фелина, Вендена и Дюнамюнде. Что скрывалось за столь неожиданным и грозным обвинением, стало известно от Халлера

[689]

[Haller J. Die Verschwörung von Segewold (1316), in: Mitteilungen aus dem Gebiete der Geschichte Liv — Est — und Kurlands 20.Riga, 1910. S. 152–168.]

, который в 1910 г. в архиве Ватикана нашёл документы за 1317 г., имеющие непосредственное отношение к данным событиям. Речь идёт о двух рижских канониках Лудфриде и Йоханне Круков (Ludfried und Joha

[690]

[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 130.]

.

После отставки Карла фон Трира прусские братья недооценили общую ситуацию в ордене. В Эрфурте был собран Генеральный капитул, на который были приглашёны маршал Хайнрих фон Плоцке и другие прусские правители. На капитуле в марте 1318 г. верховным магистром вновь был избран Карл фон Трир. Но он не вернулся в Пруссию, пойдя на компромисс с прусскими правителями. В Мариенбурге вновь должность великого комтура занял его ставленник Вернер фон Орзельн, а Фридрих фон Вильденберг в отсутствие магистра управлял страной в должности ландмейстера Пруссии

[691]

[Conrad K. Karl von Trier // Der Hochmeister. S. 58.]

. Сам магистр отправился в Авиньон к папе Иоанну XXII с задачей быстро отстоять интересы ордена в Ливонии. К папскому двору Карл явился до прибытия орденских братьев из Ливонии. Надежды на Лудфрида и его брага оказались напрасными, при встрече с папой они перешли на сторону архиепископа. Это нанесло сильнейший удар по престижу ордена, угрожая всем его достижениям последних десяти лет. После такой неожиданности на совете с орденским прокуратором Конрадом фон Брюлем и ландмейстером Ливонии Гердом фон Йоке магистру пришлось круто менять свою позицию. Когда казалось всё потерянным, Карл проявил себя блестящим представителем своего ордена. В этой трудной миссии он прекрасно использовал своё знание французского языка, общаясь без переводчиков с папой и кардиналами курии. Вскоре он переломил кризисную ситуацию и произвёл на папу столь благоприятное впечатление, что к концу своего пребывания при дворе вызывал большую симпатию Иоанна XXII. На всё это потребовался не один месяц. Петер из Дусбурга пишет в своей хронике: "Он со многими братьями целый год оставался при римской курии и уладил многие насущные дела ордена"

[692]

[Петер из Дусбурга. С. 170.]

. Все обвинения архиепископа Фридриха были отвергнуты, папа утвердил за орденом покупку и владение замка Дюнамюнде. Остаётся загадкой, что повлияло на такую перемену во взглядах папы: красноречие и любезность Карла фон Трира, конкретные доказательства, политические соображения или очень большая взятка. Вероятно, был задействован весь этот комплекс, но в любом случае обе стороны оказались довольны друг другом.

После того как магистр Карл заболел в Авиньоне, он вернулся в Трир, где провёл остатки своих дней. После продолжительной болезни скончался 10 или 12 февраля 1324 г. Братья Круков не были забыты орденом. Когда выяснилось, что главную роль в провокации играл старший брат Лудфрид, он был убит в ночь с 3 на 4 апреля 1326 г.

[693]

[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 130, ссылка 87.]

Проблема с епископствами Восточной Померании.

Во время отсутствия Карла в Пруссии обострилась ситуация с польскими епископствами Восточной Померании (Помереллен). Когда орден приобрел эти земли, епископы сохраняли спокойствие, полагая, что их церковные отношения не претерпят никаких изменений. Они надеялись в условиях новой земельной власти сохранить в полном объёме свои права. Однако орден придерживался иного мнения. По папским предписаниям привилегии и преимущества, данные ордену, поставили его в совершенно особое положение, и ограничивали этих епископов во многих отношениях, и даже делали их зависимыми от него. Первое столкновение произошло с епископом Куявским при назначении на вакантную должность пресвитера в церковь Швец, принадлежавшую Куявской епархии. Орден, согласно своему патронатному праву, предложил в эту церковь своего человека из орденских братьев. Епископ, прекрасно зная об этом праве ордена, медлил с его назначением. Чувствуя себя ущемлённым, орден счёл нужным обратиться к папе. Папа, в свою очередь, поручил декану эрмландского капитула в качестве третейского судьи решить этот вопрос. Естественно, решение было принято в пользу ордена. Более ожесточённые споры произошли между орденом и архиепископом Гнезенским и епископами Познани (Позен), Леслау и Плоцка. Здесь решался вопрос о десятине. Ранее она выплачивалась епископам в виде натуральных продуктов, а орден предложил им выплачивать деньгами. Но так как сумма епископам показалась слишком маленькой, они настаивали на прежних условиях. Разгорелся крупный спор, и прелаты отлучили орден от церкви, а орденские кирхи подвергли интердикту. При этом они совершенно не учли, что такое наказание ордена являлось прерогативой папы