Страница 5 из 16
- Двенадцать пятьдесят три, двенадцать пятьдесят три, – повторила Мальвинка, хотя только железная воля удерживала её от нарушения правил.
О, когда увидел тебя в толпе,
Почти лишился разума.
Шёл за тобой тайком,
Мог бы так всю жизнь идти.
Мальвинка знала строгие правила телефонисток, запрещающие частные разговоры. Глаза её наполнились слезами.
- Двенадцать пятьдесят четыре, двенадцать пятьдесят четыре – говорила она.
Но сладкой была та минута,
Хоть пнули меня как мячик.
Прощаюсь в боли и тревоге
Что мне осталось – ухожу.
- Двенадцать пятьдесят четыре, двенадцать пятьдесят четыре…
- Щелкнула положенная трубка. Мальвинка разрыдалась. Никому не пожелаешь такого выбора: долг или чувства? А прекрасная Мальвинка пережила две тяжелейшие минуты своей жизни от двенадцать пятьдесят трех до двенадцать пятьдесят пяти.
И не известно, как бы закончилась вся история, если бы не рассеянность Фикандра. В отчаянии, повторяя мысленно: «что мне осталось… ухожу», вышел из телефонной будки, надел заранее упакованный рюкзак и пошел. Так как не все книжки поместились в рюкзаке, он нес несколько и в руках, а его длинный, романтический шарф разматывался все больше, волочился по земле и уже вскоре поэт смог убедиться, откуда взялось его унаследованное от предков имя. Так перекувыркнулся, что когда пришёл в себя, повторял перепутанные слова «что мне ушло – остаюсь», а над собой увидел склонённую Мальвинку, которая меняла ему компресс на голове.
Кувыркнулся так неудачно (или удачно, кто как считает), что должен был пролежать в постели три дня, и каждое утро приходила Бромба измерить ему температуру стеклянным градусником. Мальвинка варила ему сливовый компот. Так как Каэтан Хрустов как раз изобрел магнитофонно-временно-телефонное устройство, она могла ходить на работу, когда ей захочется, даже когда Фикандр выздоровел.
Перед белкой ещё раз извинились вместе и прочитали специальное извинительное произведение под названием «Пустые сожаленья, сад опустел». С той поры они расстаются очень редко, но эту часть истории оставим самому поэту…
Каэтан Хрустов
Чем, а точнее кем, является Каэтан Хрустов?
Есть такие, которые могли бы о нем рассказывать часами; есть и другие, которые страшатся даже произнести его имя или фамилию; есть, наконец, и такие, которым он помог и исчез, прежде чем они успели выдавить из себя слова благодарности.
Он является единственным зверьком, который имеет и имя, и фамилию (не считая сотен псевдонимов, под которыми скрывается); единственным зверьком, по настоящему детективным.
Он приходит на помощь, разгадывает загадки, арестовывает (да!) виновных, раскрывает тайны преступлений и борется во имя закона.
Легенда гласит, что он родился в лабиринте, и тут же вышел из него, используя метод дедукции.
С тех пор он повел такую решительную войну с Зверьковой преступностью, что в последнее время у него мало работы – сочиняет головоломки для развлекательных журналов, чинит старые часы.
Но было время, когда он работал, не покладая лапок, и должен был преодолевать нагромождения препятствий, в одиночку сражаться с волком-убийцей, куницей-злодеем, и с другими коварными, злобными преступниками.
Каэтан Хрустов всегда оставался несгибаемым и упорным. И никогда не свернул с намеченной дороги долга.
Для точности надо пояснить, что ошибочны слухи, будто его силы были неисчерпаемыми. Напротив, он уставал, как и любой другой.
Случалось ему даже жаловаться на ревматические боли в хвостике, особенно когда осенними вечерами он вел какое-то запутанное дело, требующее долгих скитаний.
Видимо, его вытертая зелёная курточка (в карманах которой были отличная рогатка, увеличительное стекло и коробочка кнопок) не всегда могла уберечь его от осенних холодов.
Можно было бы, конечно, посвятить отдельную книгу приключениям Каэтана Хрустова (и такая книга пишется, а автор, Бромба, дала ей рабочее название «Каэтан Хрустов начинает действовать»), но сейчас речь идет о скромном представлении личности и характера, а не о всесторонней оценке его обширной деятельности.
Нельзя не упомянуть в нашем рассказе и факт написания Каэтаном «Марша Терпеливых Сыщиков». Вот он:
Терпение – достоинство сыщика.
Будь неутомим в поисках истины,
Будь всегда!
Мышленье правду нам откроет,
Потому верно предполагай, верно рассуждай,
верно рассуждай!
Припев:
Хоп! Хоп! Рассуждение!
И холодная логика!
Нужно убедиться,
Что из чего вытекает,
Хоп! Хоп! Хоп!
И потому проложим новые пути,
Двигаемся, имея в голове план,
хитрый план!
Поможем тем созданиям,
Которым трудней, чем нам,
именно нам!
Пусть справедливость торжествует там,
куда направим мы свой шаг,
смелый шаг!
А после всех невзгод
нам сладок будет смородиновый сок,
вкусный сок!
Смородиновый сок – это единственный напиток, который употребляет Каэтан Хрустов.
Даже во время необычного поединка с так называемым гениальным злодеем…
Но начнём по порядку. Однажды, туманным октябрьским утром, когда падающие листья скрывают следы, а осенний дождь смывает вещественные доказательства, Каэтан Хрустов стоял за углом большого каменного дома N 17.
Уже несколько недель он расследовал особо изощренное преступление, но преступник был неуловим, путал следы, и Каэтан Хрустов чувствовал, что имеет дело с незаурядным умом, который обходит хитроумные ловушки Каэтана, а иногда просто насмехается над неутомимым сыщиком.
Разносчик молока как раз выходил из дома N 17, а Каэтан проскользнул в дверь, повторяя про себя: - Может успею, может успею…
Однако, остановившись перед дверями на третьем этаже, он заметил, что одна из бутылок пуста. Так бывало всегда. Хрустов уже давно установил, что пират, бесчинствуя на улицах Большого Города, всегда выбирает какой-нибудь большой многоэтажный дом под номером 17, и что всегда пропадает молоко только из одной единственной бутылки (хотя разносчики ставили молоко почти перед каждыми дверями).
Загадка состояла в том, какие именно двери выбирает преступник - и почему. Невозможно было ежедневно обходить все дома с номером 17, оставалось надеятся на то, что в конце концов Каэтан Хрустов найдет ключ к этой загадке.
Сыщик знал очень много. Знал даже кто его противник, так как встревоженный преступный мир часто повторял это имя со страхом и почтением, а стражи порядка с неохотой и скрытой озабоченностью – Кот Макавитий.
Макавитий был фигурой почти мифической. О нем говорили, что он выглядит как обычный кот, что живет где-то в Большом Городе, и что именно он является тем неуловимым гением, который планирует, за мелкие в общем-то вознаграждения, самые сложные ограбления.
Макавития никто никогда не видел, данные касательно цвета, породы и даже размера были противоречивы. Но Макавитий должен был есть, и поэтому Каэтан Хрустов с маниакальным упорством проверял все дома с номером 17. И на этот раз осмотр места преступления не принес особых результатов. Маленькая круглая дырочка в тонкой крышечки из фольги, никаких отпечатков когтей, а все окна закрыты.