Страница 17 из 18
Инородные тела
Люди врут. Врут про алкоголь. Врут про диету. Но чистейшая брехня всегда звучит в приемном покое часа в два ночи. Время пациентов с инородными телами в тех местах, куда не проникает дневной свет. Респектабельные мужики. Директора, менеджеры, отцы семейств. Сидят на кушетке, пялятся в кафельный пол и гонят один и тот же заученный тупой сценарий. Мыл полы голым. Поскользнулся. Упал прямо на освежитель воздуха. Споткнулся о кота и сел на дезодорант. Ни один еще не сказал: доктор, мне просто стало скучно и я засунул себе в задницу посторонний предмет. Героев в этом жанре не бывает.
Ну а мы киваем и молчим. Умение держать абсолютно пустую рожу вшивается хирургу в подкорку на первом году ординатуры. Ни один мускул не должен дрогнуть при извлечении куска телевизионного пульта из взрослого мужика. Внутри можно орать от абсурда происходящего. Снаружи ты просто делаешь грязную работу. Улыбнешься хоть раз, и пациент начнет качать права или сбежит в ночь с куском пластика в жопе. А к утру этот пластик может прорвет стенку и убьет его каловым перитонитом. Труп с идеальной репутацией нам ни к чему. Живой идиот всегда предпочтительнее.
Обыватель думает только про банальные секс-игрушки. Он недооценивает тягу человеческого мозга к саморазрушению. За годы дежурств мы собираем инвентарный список гаража сумасшедшего: градусники, магнитные шарики, строительная пена в уретре, стальные шурупы, гайки на основании члена, магнитные шарики… а, они уже были, ну, надо сказать, они бывают часто. Один гений засунул свой орган в еловую ветку.
Вернемся к телевизионному кабелю. Поступает дед. В моче кровь, в глазах паника. Колешь вопросами. Минут через двадцать ломается и признается. Решил почесать внутри уретры. Взял кусок жесткого антенного кабеля и начал толкать. Толкал до самого мочевого пузыря. Дальше физика. Кабель скрутился внутри в петлю. Дед запаниковал, дернул за конец. Петля затянулась в узел. Достать обратно через узкий канал невозможно. Берешь в операционную. Заходишь цистоскопом. В пузыре плавает пластиковый узел. Слизистая разодрана в кровь. Заводишь эндоскопические ножницы и кусаешь кабель по миллиметру. Разрубаешь узел прямо внутри деда. Риск повредить стенку пузыря большая. Потом по частям тянешь это наружу. Люди просто творят дичь, а мы просто достаем ее из их тел.
Мужчина сорока пяти лет. Потеря инородного тела в уретре во время мастурбации. Что он туда засунул? Церковную свечку. Прошло четыре часа. Мужик честно пытался вымочить свой грех. Хлестал воду литрами, в надежде, что свечка выйдет с напором мочи. Боги, вероятно, в тот вечер были глухи к его молитвам. Физиология отработала жестко. Сфинктер спазмировался. Инородное тело ушло глубже. На УЗИ в проекции пузыря болтается гиперэхогенный сигнал. Наркоз. Операционная. Цистоскоп. От тепла тела свеча согнулась в идеальную подкову, воск мягкий, металлические щипцы мгновенно забиваются и соскальзывают. Ухватить за конец невозможно. Стандартные протоколы можно засунуть туда же, куда пациент засунул свечу. Пришлось импровизировать. Эндоскопическими ножницами начаем соскребать воск в центре изгиба. Строгаем его под ирригацией, пока не добираемся до фитиля. Перерезаем нитку. Развернули фрагменты вдоль уретры и потянули конструкцию наружу за веревку. Два куска воска. Полноценный наркоз. Риск сужения уретры в будущем. Анатомия не прощает идиотов. Но идиоты узнают об этом слишком поздно.
Женщины в вопросах анатомического экстрима отставать не любят. Привозят даму. Вибропуля улетела прямиком в мочевой пузырь. Женская уретра короткая и широкая. К моменту прибытия на кресло уретра пациентки была настолько разбужирована предыдущими экспериментами, что эндоскопия не понадобилась. Дежурный врач густо намазал палец вазелином. Зашел в пузырь. Нащупал жужжащий девайс. Развернул его в продольном направлении и прямо по пальцу вытащил обычным зажимом. Чистая сантехника.
А иногда пациенты получают инородные тела не по своей воле. Иногда их засовываем мы. Смежная операционная. Анестезиологи интубируют пациентку. Ларингоскоп в рот. Нужно отжать корень языка и завести трубку в трахею. Сухой паскудный хруст. Анестезиолог бледнеет. Зубной мост из четырех зубов просто исчезает. Отлетел в неизвестном направлении.
Паника. Где зубы. В трахее или в пищеводе. Вызывают эндоскописта. Делают ФГДС. Желудок пустой. Дыхательные пути чистые. Кладут под рентген. Мост ярко светится в проекции носа. Застрял в носоглотке. ЛОРов в больнице нет. Выходной. Звонят дежурному урологу.
Уролог берет свой профильный инструмент. Мининефроскоп. Тонкая оптическая трубка для дробления камней в почках. Логика простая. Проходит в узкие чашечки почки, значит пройдет и в нос. Заходит через носовой ход. Находит мост в слизистой. Проталкивает глубже в носоглотку и достает через рот длинным корцангом. Хирургия часто сводится к тому, чтобы протолкнуть застрявшее любым куском железа, оказавшимся под рукой. Наутро у пациентки были огромные отеки под глазами от ирригационной жидкости. Больше ничего не выдавало участия уролога. Очередной локальный пиздец успешно купирован.
Бывает, абсурд спасает жизни.
Привезли вахтовика. Эталонный запойный элемент. Развлекался с советским граненым стаканом. Стекло лопнуло внутри прямой кишки. Кровища, рваные раны, каловый перитонит на подходе. Чудом вытащили с того света. Хирурги вывели на живот стому. Кал уходит в мешок, кишка заживает. Отправили домой. Через несколько месяцев он приезжает стому закрывать. Плановая операция по сшиванию кишки. Делают рутинное КТ живота для оценки рубцов. На снимке рентгенолог случайно цепляется взглядом за почку. Там рак. Первая стадия. Крошечная опухоль. Никуда не проросла. Опухоль поймали в идеальный момент. Вырезали с частью почки и забыли. Не засунь этот суровый мужик стакан себе в задницу, он пришел бы к нам года через три, когда начал бы ссать кровью, а метастазы сожрали бы кости. Граненый стакан подарил ему жизнь – судьба обладает извращенным чувством юмора.
Достать предмет из тела это только половина дела. Нужно пережить утреннюю планерку. Административная мясорубка убивает надежнее калового перитонита. Дежурство молодого уролога. Второй год работы. Одно экстренное отделение на весь регион. На нем висит город, районы и смежные отделения. Заведующий отделением человек военный. У него не больница, а казарма. Приказы не обсуждают. Ослушаешься и получишь показательное унижение на утреннем рапорте. Зав звонит молодому вечером. Завтра приедет женщина сорока двух лет. В мочевом пузыре шариковая ручка. Прямой приказ. Консервативно не лезть, эндоскопию не делать. Брать на стол, резать живот. Вскрыть пузырь, достать ручку, ушить наглухо и оставить катетер. Зав уходит домой. Молодой выдыхает. Пациентка приедет завтра. Она поступает по скорой в десять вечера. Прямо в его дежурство. Любой дежурант знает эти круги ада. Чтобы ночью взять пациентку на стол, нужно уговорить анестезиологов и пнуть операционных сестер. Молодой нарушает прямой приказ. Решает рискнуть. Берет ее в цистоскопическую. Надеется вытащить ручку без разрезов.
Шеф оказался прав. Ручка провалилась без колпачка. Острый конец врезался в ткани под уретрой. Натянул слизистую. Вот-вот пробьет стенку насквозь. Достать снизу не выйдет. Надо резать. Ночная экстренная операционная. Парень идет мыться. Ему страшно. Вокруг собираются дежурные хирурги, ординаторы и анестезиологи. Пришли поддержать пацана, который впервые ночью вскрывает женский пузырь. Оперирует сам. Делает всё аккуратно. Разрез. Пузырь. Пинцет. Ручка в лотке. В конце происходит сбой. Палец нащупывает подозрительно истонченный участок на стенке мочевого пузыря. Уролог пугается. Нервы дают трещину. Вместо того чтобы зашить пузырь наглухо, он решает перестраховаться. Выводит из живота дренажную трубку. Цистостому. Хирурги над столом пожимают плечами. Урологу виднее. Операция закончена. Осложнений нет. До утра он не спит. В приемнике еще пять человек. Протокол сам себя не напишет.